Наталья Мелиоранская - Академия Измерений

Ознакомительный фрагмент

— О, Творец! Через пять минут пара начнется! — внезапно подскочила Ако'Йели.

Мы сорвались с мест и со всех ног помчались на пару. О, что это была за гонка! По дороге мы приложили дверью какого-то препода, но извиняться уже не было времени. На лестнице нам попался под ноги старшекурсник. Он оказался умным и резво отскочил в сторону. Второй оказался не таким проворным и был затоптан.

Как ни странно, на пару мы успели. Только уселись за парты, как вошёл преподаватель. Невысокий худой старик в чистеньком сером костюме самого что ни на есть земного покроя. Редкие седые волосы были гладко зачесаны назад. Шел он невероятно величественно. Такие обычно считают всех студентов непроходимыми тупицами, а занятия ведут так, словно делают огромное одолжение.

— Меня зовут Василий Лукьянович Мировой. Я буду вести у вас мироведение.

Иллюзий я не испытывала, поэтому не очень расстроилась, когда поняла, что этот интересный предмет в исполнении нашего профессора становится всё более нудным. Спустя час даже самые стойкие начали зевать. В нашей группе оказалось всего двое русских, т. е. я и Романова и Мировой пообещал нам пристальное внимание, что значило придирки со стороны соотечественника.

— Ничего себе «мировой»! Да он нас со свету сживет, хрыч старый! — недовольно прошептала Ирка.

— Романова, вы что-то сказали? — дед подозрительно оглядел студентку.

— Я говорю: «ах какой интересный предмет!» — не моргнув глазом, соврала Ирка.

— Ну, если так, Романова, то вам будет несказанно приятно подготовить к следующему занятию реферат на тему «Миры Куирского Треугольника Времени», — довольно потирая потные лапки, сообщил Мировой.

От такой «радости» Ирка едва не свалилась со стула. Я успокаивающе похлопала подругу по руке, за что тоже получила реферат. За компанию с нами сия сомнительная честь досталась и гному, который умудрился на паре рассчитывать размеры новой секиры.

— Чёрт! — ругалась Ирка после пары. — И почему этот дед так не любит соотечественников?!

— И гномов! — внес свою лепту наш пострадавший одногрупник, пряча лист с рассчитанной секирой в сумку.

— И гномов, — согласилась Романова.

Ругая Мирового, на чем свет стоит, мы дошли до следующей аудитории. Надо признаться, что с непривычки все уже устали и едва ли слушали спокойный голос преподавателя по теории измерений. Он не настаивал на всеобъемлющем внимании, сказал в каких книгах можно найти нужный материал и отпустил нас.

Добравшись, наконец, до комнаты мы свалились прямо в гостиной. Сил не было. Даже неземная красота Ирки как-то поблекла.

— Ща умру, — пообещала Романова.

— И я, — поддержала я её инициативу.

— Может всё не так страшно? — послышался от дверей голос Олега.

Мы синхронно развернулись к нему. В руках брат держал небольшую бутылку и радостно улыбался.

— Ир, он нас уже поминать собрался, — решила я.

— Не поминать, а воскрешать! — торжественно возвестил Олег, разливая содержимое бутылки в бокалы и протягивая нам.

Я осторожно понюхала содержимое. Пахло апельсинами. Ирка залпом осушила бокал и блаженно зажмурилась. Не отравилась и не захмелела, значит пить можно. Я пригубила напиток. По вкусу — обычный апельсиновый сок, только синего цвета. Допив я почувствовала, что усталость проходит.

— Это сок дикой ламани. Он хорошо восстанавливает силы, — пояснил брат.

— Спасибо. Только с чего такая забота? — с подозрением спросила я.

— Как с чего?! Ты же моя сестра!..

— Не вешай мне лапшу на уши!

— Ну хорошо. С тобой хочет познакомиться мой друг.

— Какой друг?!

— На которого ты вчера напала.

— Дарк?!

— Творец с тобой! — возмутился брат. — Его зовут Дариэль. Вспомни, у него ещё глаза такие странные, всё время цвет меняют. Ну?

Что-то такое было… Глаза помню…

— Хорошо, — сдалась я. — Веди этого Дариэля.

Олег вышел. Ирка бросилась наводить красоту, а я… А мне было лень вставать, поэтому вернувшись с другом брат застал меня всё также безвольно валяющейся на диване.

— Упс, — выдавил он, заметив мой пофигизм. — Дариэль, знакомься, эта лентяйка и есть моя сестра Ольга.

— Лентяйка?! — в Олега полетела подушка.

Брат ловко увернулся. У него был богатый опыт общения со мной, поэтому он легко предугадал мою реакцию. Просвистев в воздухе, подушка нашла таки свою жертву. Из коридора послышался вопль и недовольный голос:

— Олег, чем ты кормишь свою сестру?!

— Таблетками от бешенства! — радостно ответил брат, поглядывая в мою сторону.

— Мало. Надо больше и внутривенно!

Я собралась было запустить в обоих чем-нибудь потяжелее, но… Из неоткуда вдруг возникли удивительные радужные глаза.

— Обалдеть…

— По крайней мере, честно, — засмеялся обладатель глаз.

Поняв, что не моргая смотрю в глаза парня я смутилась. Ну что я могу поделать, если его взгляд действует на меня как-то гипнотически?! Друг Олега был очень даже ничего. Высокий, в меру мускулистый, с тонкими сильными пальцами.

Отворилась дверь в спальню и на пороге возникла Ирка. В этот раз она превзошла сама себя и была ослепительно красива. У моего братца моментально отвалилась челюсть.

— Добрый день, я подруга Оли. Меня зовут Ирина, — мягким, завораживающим голосом сообщила Романова.

— Рад встрече, — Дариэль галантно поцеловал протянутую руку.

И так всегда! Когда людей знакомят со мной, вечно происходят какие-то казусы. Я завистливо поглядела на Ирку. Вот везёт. Красивый парень при знакомстве воспитанно облобызал ручку. Мило и романтично. Чем я хуже?!

Дариэль, видимо, заметил мою обиду и поспешил исправить положение, пригласив на вечеринку в общий зал. Я заверила его, что непременно приду (хотя бы для того, чтобы сделать там какую-нибудь гадость брату). Он всё понял, улыбнулся и вышел.

Вечером ко мне зашёл Олег. Вид у него был какой-то виноватый. В руках брат мял большой пакет.

— Оль, не сердись на меня.

— Подробнее, — кровожадно потребовала я.

— Ну, я не так хотел тебя представить. Получилось как-то нехорошо. Я сказал Дару, что ты вовсе не такая истеричка… Просто это была неудачная шутка с моей стороны…

Вот за что я так люблю своего брата. Он умеет признавать свои ошибки. Ну разве можно на него после сердиться?! Я бросилась к нему на шею, поцеловала в щеку. Олег засмеялся.

— Я знал, что ты меня помилуешь! Вот, это тебе, — протянул он мне сверток.

Внутри оказалась бордовая рубашка из шелка, кожаные черные штаны в обтяжку и сапоги. Интересно, кто помогал брату выбирать одежду? Сам он вряд ли догадался бы что купить.