Стас Бородин - Погребальные костры

— Слушаюсь, господин колдун! — мальчишка вскинул руку к фуражке. Лицо у него было бледное и испуганное, однако руки не тряслись, а зубы не стучали, словно кастаньеты. — Какие еще будут приказы?

Я закусил губу, глядя на поле боя.

— Не попадись одному из шазаров, другого посыльного у меня нет!

Мальчишка коротко кивнул, выдернул из ножен миниатюрный прямой меч и помчался вниз с холма, ловко лавируя между палаток.

— Не добежит, — фыркнул мастер Ингио. — Гляди сколько тварей повсюду!

Справа от нас разъяренные шазары копались в окровавленных лохмотьях оставшихся от полевой столовой. Еще несколько зверей дралось над останками выпотрошенного дестриэ, а еще дальше, вниз по склону, целая стая мохнатых чудовищ атаковала отряд арбалетчиков, прячущихся за сомкнутыми павезами.

— Добежит, слишком уж он незавидная добыча, — возразил я, всем сердцем надеясь, что я прав.

Громадная окровавленная морда, со свисающими из пасти потрохами, поднялась от растерзанной жертвы, и проводила бегущего посыльного ленивым взглядом.

— Видишь, — я торжествующе взмахнул рукой. — Я был прав!

Мальчишка перепрыгнул через тлеющий костер и скрылся из виду.

Световая сфера, висящая высоко над лагерем и освещающая поле боя, точно маленькое солнце, мигнула и потухла. Перед моими глазами заплясали яркие пятна, и расплывающиеся концентрические круги. Лагерь утонул во тьме будто продырявленная лодка в морской пучине.

— Проклятье! — зарычал мастер Ингио.

В руке у толстяка вспыхнул крохотный голубой шарик. Я увидел его напряженное лицо, вытянутые трубочкой губы, и ощутил тугой поток манны, закручивающийся вокруг меня точно ледяной пенистый водоворот.

Яркие лучи просочились меж унизанных кольцами пальцев, и засверкали в глазах подбирающихся к холму шазаров.

— Вот вам! — мастер Ингио размахнулся и метнул светящийся шар вверх. Я увидел, как задрожала тонкая нить, связывающая его с чародеем. Поток манны, словно фонтан бил из тела волшебника, заставляя голубую сферу подниматься все выше и выше, одновременно увеличиваясь в размерах.

Длинные черные тени побежали прочь от нашей палатки, и призрачный голубой свет выхватил из темноты сверкающие доспехи фирганцев, взбирающихся на холм сомкнутым строем.

— Придется вам биться самому, господин колдун, — по лицу мастера Ингио покатились крупные капли пота. — Если я хоть на секунду отвлекусь, нить разорвется, и тогда всему конец!

Высоко в небе голубой шарик превратился в огромный шар, окруженный ярящимися призрачными протуберанцами. Свет, исходящий от него был каким-то жутким, потусторонним, неверным. Лица людей сразу же приобрели отвратительный мертвенный оттенок, а пламя костров стало ядовито зеленым.

— Командир! — громадный фирганец протянул мне закованную в сталь ручищу. — Я рад, что вы будете командовать в этом бою! — Верзила окинул взглядом своих соплеменников. — Мы все давно готовы обрести бессмертие, под синим светом звезды Солт!

Фирганцы заревели так, что испуганные шазары поскуливая бросились наутек. Капитан Мордад зловеще расхохотался.

Я окинул взглядом полированные шлемы отороченные мехом, исцарапанные кирасы и покрытые зарубками щиты. Фирганцы все до одного были закаленными в боях ветеранами, прошедшими с десяток компаний и без счету мелких стычек. С таки воинами я бы с легкостью разбил неметов и асакаров, но выстоят ли они против этого…

Мой взгляд вернулся к великану, окруженного лесом колышущихся пик. Как одолеть это чудовище? Быть может, оно и вовсе бессмертно? Вся спина и плечи гиганта были усеяны стрелами. Несколько арбалетных стрел торчало даже из шеи и щек, однако это, судя по всему, ничуть его не беспокоило.

Пикинеры громко крича пошли в атаку. Пики наклонились, впиваясь великану в грудь. Дерево затрещало, древка изогнулись дугой, и великан, потеряв равновесие, опрокинулся на спину.

— Вы это видели? — Мордад в сердцах хватил кулаком по щиту, висящему на спине оруженосца. — Теперь вся слава достанется этим миносским сосункам!

Громадная нечеловеческая рука поднялась над толпой, и копейщики полетели в разные стороны, точно куклы, которые разбрасывает сердитый ребенок.

— Боюсь, что славы на всех хватит с избытком, — пробормотал я. — Стена щитов!

— Стена щитов! — заревел Мордад, внимательно наблюдая, как фирганцы споро разворачиваются в боевое построение. — Телемар, Дугрир, Фермор и Табарт в первый ряд!

Четверо лучших бойцов, вооруженных тяжелыми боевыми молотами вышли вперед. Доспехи на этих молодцах были покрыты кольцами черной тевалийской стали.

— Не волнуйтесь, господин, мы завалим этого задиру-переростка, — Табарт пропустил меж закованных в сталь пальцев седую бороду, заплетенную в косицу. — Сделаем из его черепа походный котел!

Тем временем великан вновь поднялся на ноги. Вся земля вокруг него была усеяна изувеченными телами и залита кровью.

Нашарив оброненный таран, он поднял его над головой, и грозно зарычав, обрушил на фалангу пикинеров.

— Переломаем ему сперва ноги, а потом добьем на земле, — Мордад хладнокровно отдавал приказания. — Видите, плоть у него вязкая, копьем его не одолеть. Проверим, насколько прочны его мослы.

На штабном холме надрывно загудел сигнальный горн. Я обернулся, и увидел генерала Эмбодио, окруженного офицерами и посыльными. Чуть дальше, за его спиной, виднелась деревянная платформа, на которой столпились миносские принцы в шелковых одеждах и разноцветных шляпах украшенных кружевами и перьями.

— Они думают, что находятся в безопасности! — фыркнул мастер Ингио. Во все стороны полетели голубоватые искры, и шар у нас над головами вспыхнул еще ярче. — Какие глупцы!

Великан тоже услышал рев трубы и замер на секунду, вскинув подбородок. Я увидел, как из его раздувающихся ноздрей вырвалось облачко пара, могучие плечи напряглись, и чудовищная дубина взлетела в воздух, разбрасывая во все стороны всадников и пехотинцев.

Переступив через груду трупов, гигант уверенно зашагал к штабному холму.

— Отец Великанов, — пробормотал я. — Он же ничего не видит! Он просто идет на звук трубы!

Мордад усмехнулся.

— Ты тоже догадался?

Топча палатки и сдвинутые стеной телеги, великан врезался в восточную оконечность лагеря. Пехотинцы безуспешно пытались его остановить, кромсая исполинские ноги мечами, тыча его в грудь копьями, и осыпая градом стрел. Новая волна пикинеров хлынула с холма, и ощетинилась частоколом тридцатифутовых пик.

— Глядите, это еще что за напасть? — палец Мордада нацелился на секцию восточной стены, которая вдруг пошла волнами, точно ковер под ударами исполинской выбивалки.