Кристофер Банч - Король-Воитель

Вдвоем со Свальбардом мы с трудом подняли люк, который шел так тяжело, что поначалу показалось, будто к нему прикреплен противовес. Под ним открылся уходящий полого вниз проход.

Оттуда пахнуло ужасным смрадом, и мы поспешно зажали рты.

— Мне это не нравится, — сказал я.

— И все же пока не чувствую никакой непосредственной опасности, — отозвалась Симея. — Впрочем, мы можем отказаться от этого здания и расположиться снаружи, под стенами. Или вообще подыскать другое укрытие.

— Нет, — решил я. — Это место кажется мне идеальным едва ли не во всех отношениях. И все же нужно посмотреть, что делается внизу.

У нас с собой были толстые лучины, прошедшие магическую обработку. Я высек огонь, они сразу загорелись ярким, но спокойным пламенем, и мы направились вниз, в темноту.

Там оказалась большая круглая комната, из которой во все стороны шли коридоры. А в промежутках между ними находились двери, на каждой из которых имелись массивный засов и маленький глазок.

— Темница, — предположил Свальбард.

Я был уверен, что он не ошибся. Курти отодвинул один из засовов, с усилием распахнул дверь и осветил камеру своим факелом.

Там лежали кости, как будто хозяева, покинув замок, специально оставили узника взаперти. Но эти окаменевшие за многие столетия кости принадлежали не человеку.

Я почувствовал, что по спине побежали крупные мурашки, но не сказал ни слова, и мы пошли дальше. Все коридоры заканчивались тупиками, упираясь во внешнюю стену, и лишь в одном обнаружилась дверь, перегороженная четырьмя толстыми каменными брусьями, на каждом из которых был вырезан странный символ.

Я сразу вспомнил другого демона, обитавшего глубоко в скале под другим древним замком, и то, как заклинание Тенедоса освободило его; в результате замок оказался разрушенным до основания, а все, кто в нем укрывался, погибли. Мне не нужно было спрашивать совета у Симеи, чтобы принять решение не прикасаться к этой двери. Мы повернули назад и с радостью вышли во двор. Уже начало смеркаться.

У ворот, широко расставив ноги, стоял Ласлейг. Это значило, что весь отряд благополучно прибыл.

Я отвел Симею в сторонку.

— Ну что?

— Не очень-то мне нравится это место, — сказала она. — Здесь когда-то, очень-очень давно, произошло что-то ужасное, и до сих пор сохраняется великая печаль. Я не чувствую здесь никакого следа человеческого присутствия, как будто строители этой башни не были людьми.

— Демоны?

— Никогда не слышала, чтобы демоны нуждались в жилье, — ответила она, пытаясь говорить шутливым тоном.

— Значит, мы должны убраться отсюда?

— Это вам решать. Хотя я как не чувствовала, так и не чувствую угрозы. Но я ни разу не оказывалась ни в одном месте, которое воспринималось бы настолько мертвым, как будто оно умерло тысячу тысяч лет назад и все еще продолжает умирать. — Она досадливо сморщилась и помотала головой. — Я понимаю, что все эти слова не имеют никакого смысла…

Мне очень хотелось уйти из замка, но уже почти совсем стемнело. Вряд ли одна ночь могла сильно навредить нам.

Я приказал поставить крышку люка на место и лично проследил за этим. Она скользила по камням легко, как будто была сделана из пемзы, но все равно производила впечатление несокрушимой прочности. Я также внимательно следил за поведением лошадей и мулов, когда их вводили внутрь, поскольку верю в то, что животные способны ощущать неладное, даже сверхъестественного происхождения, лучше людей. Но ни одно из животных не казалось возбужденным, напротив, все они явно были довольны тем, что наконец оказались под крышей.

Я собрал людей, велел им выбирать себе комнаты на четырех человек, приказал выставить караул и послал тех, кто желал вымыться, к ручью, до которого нужно было пройти около трети лиги обратно по дороге. Прочих я направил на поиски сухого хвороста для костров.

Мы приготовили пищу, поели, а затем я снова собрал свой отряд.

— Все вы вызвались добровольцами, не зная, на какое дело идете, но теперь даже самый тупоголовый рекрут легко догадался бы, что мы пришли сюда, чтобы учинить майсирцам несколько пакостей. Я хочу бить этих ублюдков здесь, там и повсюду. Долбать их в хвост и в гриву, заставить их шарахаться от собственной тени, сделать так, чтобы эта земля показалась им хуже ада. Я хочу, чтобы они чувствовали себя как человек, заблудившийся в лесу, которого жрет мошкара, в которого впиваются клещи, который оставляет клочья кожи на колючих кустах, путается в лианах, который с каждым шагом все больше и больше лишается рассудка и уже сам не знает, куда хочет выйти.

Когда погода изменится, они пойдут на север, на Никею, но пойдут так, как побрел бы человек, блуждающий по лесу. Когда они доберутся к нам, в Каллио, то будут способны только на то, чтобы умереть.

Наверно, многим из вас доводилось видеть сову, которой удалось на самой заре поймать жирного кролика. Она взлетает на сук, намереваясь попировать, и тут попадается на глаза стае проснувшихся ворон. Они начинают клевать ее со всех сторон, пока не доводят до полного отчаяния. Довольно скоро она решает, что ну его к демонам, этого проклятого богами кролика, и удирает в чащу леса, а воронам достается отличный обед. Несколько человек громко расхохотались.

— Ну, так мы — это вороны, а майсирцы — сова. Мы хотим поиметь их в… то есть, я хочу сказать, отобрать у них кролика.

Мне пришлось переждать, пока солдаты отсмеются.

— Но не забывайте еще об одной вещи. Если ворона нападает слишком нагло, то сова отрывает ей голову.

Тут же вокруг меня воцарилась тишина, словно кто-то опустил тяжелый занавес.

— Вы все хорошо поняли меня, — продолжил я. — Так что лучше не выпендривайтесь, а ведите себя как те вороны. Или помогите мне стать такой вороной. Мы при шли сюда, чтобы помочь сдохнуть за свою страну не скольким чужеземным ублюдкам, а не помереть самим.

Теперь разойдитесь по своим комнатам. Завтра будем отдыхать и готовиться. Почистите и наточите оружие, проверьте лошадей, отоспитесь и будьте готовы выступать по первому приказу. А когда мы выйдем отсюда, я намерен показать вам куда больше этих проклятых кроликов, чем любой из вас мог когда-либо себе представить! Только коли да подвешивай к поясу.

Я распорядился выставить многочисленные караулы. Не столько потому, что опасался происков врагов, сколько из-за того, что не доверял самому этому замку.

Кутулу занял комнату рядом с моей, а Симея следующую. Свальбард и Курти настояли на том, чтобы ночевать в коридоре перед моей дверью, хотя я и сказал им, что они могут занять любую из комнат, так как опасаться здесь совершенно нечего.