Ив Форвард - Анимист

– Проклятый дурак, обезьяна несчастная! – взревел Генерал, бросаясь к нему и перепрыгивая по пути через трауса. Со вставшими дыбом перьями он казался вдвое больше и вдесятеро ужаснее. Пылинка вцепилась в седло и запищала на надвигавшегося теропа. – Пьяный идиот! Ты навлек унижение на всех нас! Позор! Бесчестье!

Зрачки его глаз расширились от ярости.

Алекс, успев откатиться, чтобы на него не приземлились, закричал:

– Они вызвали чуму! Это проклятие! Волшебство Чернана!

Он с трудом встал, когда Генерал, взмахнув окостеневшим хвостом, снова лягнул его. Удар в грудную клетку сбил Алекса с ног, выбив воздух из легких. Сохранись у Генерала когти на пальцах ног, он бы вскрыл свою жертву, как банан. Нога подцепила его и подбросила в воздух.

– Успокойся, Генерал! Стой! – завопил Валенс.

Генерал не услышал – или сделал вид, что не слышит – и закатил Алексу оплеуху, от которой тот перевернулся в воздухе и снова свалился в пыль. Стиснутые когти оставили длинные рубцы на груди.

– Глубокие корни не таковы! Нет! – предостерег король Кэрэван, махнув недоеденным фаршированным яблоком.

Генерал, уже занесший ногу, чтобы раздавить извивающееся тело, глянул на короля и медленно опустил ногу и гребень. Он пристально посмотрел на Алекса, двигая челюстями, потом приподнял другую ногу, осторожно снял Пылинку, вцепившуюся зубами ему в лодыжку, как маленький, но яростный бультерьер, и бросил крысу на ее анимиста. Алекс сел, тяжело дыша; из носа и по груди текла кровь.

– Чума… они породили… чародей… проклятие… – хрипел Алекс, пока Пылинка пыталась привести в порядок его щеку.

– О чем ты говоришь? – спросил Темит, наклоняясь с трауса.

Алекс судорожно вздохнул, сплюнул кровь и встал, настороженно поглядывая на сердитого Генерала.

– Болезнь… солдаты, грызы. Она волшебная. Это проклятие. Я не мог четко разглядеть, но теперь знаю. Это сделал Чернан – через грызов. Вот почему они построили Визжащие башни: чтобы грызы не смогли вернуться и заразить их.

– Алекс, ты что, пьян? – ласково спросила Меридиан. – Это действительно очень…

– Нет! Я трезв! Послушайте, я знаю, что это правда. Это имеет смысл. Кроме того, я прочитал записи Чернана… послал Пылинку заглянуть в его бумаги, – ответил Алекс, пристально глядя на Генерала. – Но она не умеет читать. Так что мне пришлось… поменяться с ней местами. Это она ела те сигары, не я.

– Я все еще не совсем понял, что ты имеешь в виду, – сказал озадаченный Темит. – Но, с другой стороны, волшебные средства всегда ставили меня в тупик…

– Мне кажется, волшебство – только часть этого. Темит, ты говоришь по-грызски. Ты изучал их, я знаю, как изучал все остальное, – настаивал Алекс. – Что бывает, если согнать большую толпу? Почему, например, на корабле их не должно быть слишком много?

– Они сражаются за жизненное пространство, – медленно сказал Темит. – Становятся очень агрессивными. И похоже, ничего не могут поделать с собой… как лемминги.

– Правильно! Они так устроены! Почему? Почему они начинают сражаться за жизненное пространство? – задал риторический вопрос Алекс. – Почему? Потому что скученность…

– …делает их более восприимчивыми к болезням, – закончил Темит. – Демографический взрыв ведет к чуме.

– Да! Понимаете, это спланировал Бельтар с помощью Чернана и записей Темита. Согнать толпу грызов в Деридаль. Когда грызы скучены, они начинают сражаться. Это необходимо. Если останется теснота, могут начаться болезни. Любой шаман может проклятием вызвать чуму, а Чернан могущественнее любого шамана, для него это было бы детской игрой.

– И любой вариант был бы выгоден Бельтару, – задумчиво сказал Валенс. – Либо грызы измотают нас драками в городе, либо у них начнется чума, которая распространится на хуманов. Но, однако, это кажется уже чересчур сложным…

– Зато это в стиле Чернана, – печально сказал Темит. – Пророчество, символы и ирония. Чародей мог бы придумать такое.

– Это безумие, вот что это такое! – воскликнула Серра, которая воспользовалась паузой, чтобы достать еще еды. – Не обижайтесь, ваше величество, – добавила она, подавая королю еще одно яблоко.

Кэрэван откинулся в повозке, любуясь ночным небом.

– Астрономия! – весело крикнул он и взял яблоко, не сводя глаз с неба. Потом протянул руку с яблоком вверх. – Звезда!

– Не безумие, – сказал Темит, – просто… извращенность. Игра, в которой грызы используются, как пешки.

– Грызы пытались сражаться, – сказал Алекс. – Я остановил их, остановил шамана, который пытался спасти их. Каким-то образом ухитрился удержать их от драк. Но этим я только облегчил задачу Чернану. Было легко вызвать болезнь и еще легче сделать так, чтобы и хуманы заболели, и теперь хуманы будут винить их за…

Валенс, до этого погруженный в глубокую задумчивость, теперь медленно заговорил:

– Понимаете, это придает юридическую силу всему, что Бельтар делает с грызами. Если они начинают сражаться в Деридале, он может сказать: «Видите, как они порочны: нападают на своих защитников». Если они не сражаются, но остаются в тесноте и начинают болеть, Бельтар может сказать: «Видите, они грязные: они разносят чуму». И, имея такое «доказательство», он получит поддержку всех хуманов острова в осуществлении геноцида грызов. А разрушение Деридаля будет просто еще одним шагом в его программе «профилактики чумы».

– Просто очаровательно, – прорычал Генерал, – но теперь, когда мы это знаем, давайте двигаться дальше. Эта болезнь. Ты знаешь, как нам остановить ее? Я чувствую, что очень скоро мне понадобятся все солдаты, каких мы можем собрать.

– Я не знаю… Я умею только видеть волшебство, но не останавливать его. – Алекс попытался подоткнуть рубашку, чтобы остановить кровь из ран на груди; они были неглубокими, но все еще кровоточили. – Не думаю, что болезнь должна убивать хуманов… просто заставлять нас болеть. Но грызы меньше и…

– Полагаю, бельтасцы считали, что убивать всех хуманов Деридаля неблагоразумно, – сухо заметил Валенс.

Генерал, как всегда в задумчивости, качал головой. Потом сказал:

– Треть наших войск больна. Еще неделя – и, может быть, будет больше половины. Бельтасцы не любят терять граждан, даже солдат; не любят они и портить города, которые намерены завоевать. Они предпочитают уловки и переговоры непосредственному сражению. Возможно, они не решались напасть на нас, когда мы были в полном составе… но когда мы столь истощены, у них гораздо больше шансов на быструю, чистую победу.

– Но если мы скажем жрецам, может быть, они смогут придумать контрзаклятие, найдут способ уничтожить проклятие… – начал Алекс.