Джон Райт - Туманы Эвернесса

Голос Венди крикнул.

— Вы, тоже! Судьба и Война, я изгоняю вас.

— ТВОЯ ВЛАСТЬ НЕ ПРОСТИРАЕТСЯ ДАЛЬШЕ СТЕН ЭТОГО ДОМА И ИСЧЕЗНЕТ СОВСЕМ, КОГДА ЛЮЦИФЕР ПОСТАВИТ СВОЮ НОГУ НА ЗЕМЛЮ. МЫ ПОДОЖДЕМ.

И они исчезли, как ночные кошмары.

II

Ворон приземлился рядом с Питером, который ласково гладил козла-монстра, пытаясь вынуть из его зубов фалды пиджака Ворона.

— Хороший мальчик! Всегда учи свою собаку приносить дичь! Все в порядке, парень, освободи его. Мы же не хотим попросить вмешаться Мистера Молота, ты, глупый вонючий козел?! Хороший мальчик!

Пендрагон проскользнул через перила балкона, повис на руках и легко спрыгнул на пол. Он подошел в Ворону как раз тогда, когда рядом с ним приземлилась Венди.

— Нам нужен план, — сказал Пендрагон.

— Они снаружи, — сказал Лемюэль, глядя в разбитые окна.

И действительно, три темных бога, похожие черные воронки торнадо, протянувшиеся от земли до неба, окружили дом. Война стояла на Западе, верхушки деревьев били по ее лодыжкам, плавающие в воздухе концы цепей извивались как слепые щупальца. Смерть стояла на Севере, поставив ноги по обе стороны от гряды далеких холмов. Судьба караулила Юг, одна нога на земле, вторая — на поверхности моря. И ни одного звука в сумеречном ландшафте вокруг.

III

— На востоке никого, — заметил Пендрагон.

— Я подозреваю, что нет необходимости, — отозвался Лемюэль. — Ахерон, поднимающийся со дна моря, должен быть как раз в том направлении.

— Сколько у нас времени? — спросил Питер. — И что мы можем сделать, чтобы усилить огонь? Какой-нибудь магический меч, спрятанный в чулане?

— Несколько минут, — ответил Лемюэль. — Сейчас самая высокая башня Ахерона, которая называется Отчаяние, встала из волн и закрыла лицо солнца. Но город действительно очень велик, и потребуются часы, чтобы он полностью поднялся; у нас есть время, пока планета Венера не достигла зенита. Но, с другой стороны, у нас только несколько минут.

— Венера не будет в зените, — возразил Пендрагон.

— Да, не будет, — кивнул Лемюэль. — До подъема Ахерона. После. И если пророчество не лжет, она не опустится обратно, но останется наверху и станет новой полярной звездой.

— Один вопрос, а? — сказал Ворон. — Этот Люцифер, он должен придти на Землю и поставить на нее ногу. Как он пройдет через этот дом? Выйдет из океана и войдет в главную дверь?

— Да, более или менее, — ответил Лемюэль. — Но тот, у кого в руках Серебряный Ключ, может создать новое место, во всем похожее на этот дом.

— Тогда разрушим дом. Сожжем его.

Лемюэль покачал головой.

— И через три бессонных ночи у людей начнутся галлюцинации, и еще через три ночи все умрут. Мир снов должен выжить; не спать — все равно, что не есть.

— Сожжем его и построим заново, — предложил Ворон.

— А все-таки, — сказал Питер, — что с подкреплениями? Королева Эльфов? Светлые альвы?[92] Глинда, Добрая Ведьма Севера?[93]

— Пришло время разбудить спящих, — тихо ответил Лемюэль. — Долгие-долгие годы они спят в цитадели света, высоко над Осенними Звездами, готовясь к этому последнему дню. Мы должны подуть в Рог. И, возможно, Ворон прав. Мы должны сжечь и построить заново, но не этот дом, а весь мир.

Какое-то мгновение все молчали.

Потом Лемюэль заговорил опять.

— Вы знаете, я всегда надеялся дожить до этого момента. Я уверен, что все предыдущие Стражи тоже хотели, чтобы их долгое наблюдение за миром тьмы закончилось, и бремя спало с их плеч. Во сне они разрешили мне увидеть издали, как будто с горы, сияющие поля и сады, которые Владыки Света подарят нам, когда новый мир сменит ушедший старый. Я часто спрашивал себя, на что это будет похоже: лежать в полях, заросших клевером, глядеть на клубящиеся над тобой облака и видеть сны, длинные золотые сны о том времени, когда мир был так молод…

— Может быть, там я получу обратно ноги, — пробормотал Питер. — Начну танцевать, лазать по горам и все такое…

— Этого никогда не случиться, — твердо сказал Пендрагон.

— Прошу прошения? — спросил Лемюэль с видом человека, которого оторвали от сладкого сна.

— Смотри, приятель, — сказал Питер Пендрагону, — несколько дней назад я тоже не верил во всю эту чушь. Но вот она. Занавес поднят, ты понял? Мы не можем сражаться с этими большими ребятами, богами тьмы. Пришло время списать потери и отступить в новый мир.

— Вы что, с ума посходили? — возмущенно воскликнула Венди. — Вы не имеете права дунуть в горны, ударить в барабаны и покончить с этим миром! Надо сражаться, сражаться самим!

Лемюэль поднял руку.

— Я понимаю, что вы, мисс, не из нашей семьи, и не знаете пророчеств о конце времени, которые известны только Стражам, но мы все знаем, что…

— Нет. — Все вздрогнули и посмотрели на того, кто это сказал. Гален.

— Нет, мы не должны, — сказал Гален. — И я не должен. Прости, Дед, но они правы. Мы должны найти другой путь. Мы не можем протрубить в Рог, чтобы наступил Последний Час.

Лемюэль улыбнулся и сказал Питеру:

— Возможно, надо было назвать его Роланд.

— Смотри, может быть ты не понимаешь ситуацию, — сказал Питер. — Мы, семья, стоим на посту. Это долгая война, и нам пришлось подождать несколько веков, прежде чем нас позвали и сказали действовать. И у нас есть приказ: когда появится враг, надо сообщить в главный штаб, подуть в проклятый рог и вызвать чертову кавалерию. А потом мы отрываем от места наши задницы и отправляемся праздновать в Р, а Р — это рай.

— Ты? — зло сказал Гален. — Ты осмеливаешься учить меня и объяснять, за что сражается наша семья. Ты, ты ушел отсюда, не я! И если солдаты должны подчиняться командирам не задавая вопросов, тогда, может быть, я больше не хочу быть солдатом!

Лемюэль удивленно посмотрел на него, но очень спокойно сказал Питеру:

— Сынок, возможно он прав. Насколько я помню, ты сказал мне что-то очень похожее, совсем недавно.

— Я не уверен, что у нас есть время на семейные склоки, а? — сказал Ворон. — Нам предстоит сражаться с Ахероном — у вас есть план?

— Потише, приятель! — сказал Питер. — Мы-то не выступали, когда твоя семья собачилась между собой.

— Джентльмены, джентльмены, пожалуйста, — сказал Пендрагон. — Давайте внесем немного порядка в нашу дискуссию. Вызов небесной кавалерии и уничтожение Земли мы не будем обсуждать, пока не исчерпаем всех других лекарств. Если мы отдадим Рог Оберону, и он установит на земле свой рай, нам будет крайне сложно свергнуть его правительство, но Пиррова победа лучше поражения, так что мы не можем целиком отказаться от идеи Последнего Призыва. Согласны? Дальше: нужно найти какие-нибудь магические талисманы для борьбы с тремя темными богами. Лемюэль? Где они и как они выглядят?