Майте Карранса - Проклятие Одии

— Да. Они желают знать, где мы.

Девушка догадалась, что им с Унипепе не спрятаться так быстро, чтобы ни у кого не возникло подозрений.

— Ответь им. Скажи им, что я поранилась, и мне нужен врач.

— Они поймут по свисту, где мы, и нас найдут, хотя Амусайка и не очень быстро ходит.

Сама Анаид ни за что не догадалась бы, в какой стороне свистят, но поверила Унипепе и предложила:

— А ты отойди в сторону и посвисти оттуда. Так они нас не найдут.

Мальчик улыбнулся, всем своим видом дав понять Анаид, что ее мысль ему по вкусу. Он быстро отбежал подальше и несколько минут свистел, запутывая следы.

Потом объяснил Анаид смысл своих свистков. Оказывается, он сообщил, что у Анаид сломана нога, и он ведет ее в больницу. И назначил общую встречу в городе.

— Молодец! — похвалила Унипепе девушка. — Большое спасибо.

— А что будет, когда они не найдут нас в городе? — беспокоился не любивший врать мальчик.

— Все будет хорошо, — стала успокаивать его Анаид. — Молодец, что ответил. Женщины очень ревнивы и не любят, когда им не отвечают.

— Но я же им наврал!

— Это лучше, чем совсем промолчать. Молчание выводит женщин из себя. Скажешь, что я тебя обманула, а потом заколдовала.

— Неплохая мысль, — улыбнулся Унипепе.

Вот так, скрываясь от омниор-островитянок, Анаид устроилась в уютной хижине юного свистуна и решила пока больше ни о чем не думать.

Как следует выспавшись, Анаид с жадностью поглотила кусок вкусного козьего сыра и ломоть хлеба с восхитительным пальмовым медом. Потом еще поспала, а после сна выкупалась в реке. После купания Анаид нарядилась в просторную одежду, которую одолжил ей Унипепе, и почувствовала себя отдохнувшей.

В хижине было очень хорошо, — ложе там было мягким, а еда очень вкусной, но Анаид нужно было в кратер Тейде. С этими мыслями она вернулась в убежище Унипепе и почувствовала неладное. Но было поздно. Девушку сильно ударили по голове, и она потеряла сознание.

Придя в себя, Анаид сразу поняла, что женщина с крючковатым носом и пронзительным взглядом — Аремога. Девушка хотела притвориться, что еще не очнулась, но Аремогу было трудно провести.

— Иди сюда, Амусайка! Она пришла в себя!

В хижине появилась молодая Амусайка. Сначала Анаид подумала, что это какой-то мальчик. У Амусайки была смуглая кожа и глаза цвета золотистого меда. На ней была очень простая одежда — просторная хлопчатобумажная рубашка, шорты цвета хаки и башмаки на толстой подошве.

Голова Амусайки была гладко выбрита. Ее загорелый череп сверкал на солнце, как бильярдный шар.

Амусайка заметно хромала, но была такой хорошенькой, что с ее появлением в хижине стало светлее.

Вслед за Амусайкой появился расстроенный Унипепе, порылся в углу и направился к двери.

— Подожди, Унипепе! Не уходи! — воскликнула Анаид.

— Извини. Мне надо на работу, — развел руками Унипепе.

Когда мальчик удалился, Анаид смирилась с судьбой, зажмурилась и стала ждать, когда Аремога парализует ее тело заклинанием.

Девушка не сомневалась, что островитянки уже мысленно связались с Селеной или Еленой и прочими омниорами из Урта, и ей, как незадачливому графу Перасе, подписан смертный приговор. Однако, к великому удивлению Анаид, Аремога склонила перед ней голову и представилась:

— Я Аремога Айтама, дочь Эрмиги, внучка Амулаги, Предводительница Клана Голубки из племени гуанчей.

Бритая девушка, несомненно, более послушная, чем красноречивая, преклонила колени рядом со своей бабушкой и на ее манер пробормотала:

— Я Амусайка Айтама, дочь Альсаги, внучка Аремоги из Клана Голубки из племени гуанчей.

С замиранием сердца Анаид тоже решила представиться по всем правилам. В конце концов, какая разница! Они наверняка и так все про нее знают!

— Я Анаид Цинулис, дочь Селены и внучка Деметры из Клана Волчицы из племени скифов.

Почтительно выслушав Анаид, Аремога заговорила дрогнувшим голосом:

— Дитя мое, прости нас за то, что мы тебя ударили. Мы совершили большую оплошность…

Амусайка покраснела и еще ниже склонила голову, а Анаид с ужасом поймала себя на том, что при виде стройной шеи девушки ей очень хочется вкусить ее горячей крови.

Тем временем Амусайка извинялась тоненьким голоском:

— Прости меня. Я тебя ударила слишком сильно. Я очень сожалею об этом. Я такая дикая. Я ведь не ходила в школу.

Анаид поняла, что Амусайка очень стесняется своей серости и грубой силы. Она напоминала лесного зверька, привыкшего повиноваться командам своей бабушки. Однако это дикое создание было очень красиво.

Внезапно, к величайшему удивлению Анаид, Аремога припала к ее руке.

— Дело в том, что мы не сразу узрели знак Матери-Волчицы. А он говорит о великом предназначении того, чье тело им отмечено. Все омниоры обязаны служить тебе, помогать и укрывать от врагов и опасности. Мне еще не приходилось видеть этот знак наяву, но я многократно изучала его описание в древних книгах.

Анаид с недоумением уставилась на свою руку. «Какой еще знак?!»

И тут девушка заметила, что клыки волчицы Деметры действительно оставили на тыльной стороне ее ладони след, и след этот сверкал сейчас, как яркая звезда на ночном небе.

«Так вот зачем она меня укусила! Чтобы никто не понял, что я одиора!»

Неужели эти омниоры не чувствуют резкий запах Анаид и не видят горящего в ее глазах бессмертия?!

— Чем же мы можем тебе помочь, дитя мое? — спросила тем временем Аремога.

Анаид задело, что к ней обращаются, как к маленькой, и она невольно заговорила высокомерным тоном:

— Имейте в виду, что мое предназначение настолько высоко, что я стану отвечать далеко не на все ваши вопросы. Понятно?

— Понятно, дитя мое, — не поведя бровью, ответила Аремога.

Анаид хотелось повздорить с Аремогой, чтобы продемонстрировать ей свои выдающиеся способности. И чтобы и Амусайка оторвала, наконец, взгляд от пола и взглянула на нее своими золотистыми глазами с восторгом и обожанием, как это делала Дацилия.

Однако Аремога была очень мудра и сохранила спокойствие.

— Чем же нам помочь тебе, золотко?

— Мне нужно как можно скорее в пещеру кратера Тейде. Там меня ждет Ариминда. Вам знакомо это имя?

— Конечно, — кивнула Аремога. — Ариминда — Предводительница Клана Козы и жрица вулкана.

— Мне нужны еда, вода и одежда, — заявила Анаид.

Аремога кивнула Амусайке, которая заковыляла к выходу, но, прежде чем выйти не удержалась и спросила у Анаид:

— Это правда, что ты прилетела на орлиных крыльях?