Торарин Гуннарссон - Король-Дракон Мистары

Сэр Джордж с интересом смотрел на нее, пока она уходила, а затем еще немного подождал, чтобы быть уверенным, что она их уже не слышит. Почесав голову своим крючком, он задумчиво сказал. — Итак, это она из этих интригующих, самоуверенных и не слишком сильных Волшебников Огня?

— Да… и скорее всего одна из худших, — ответил Тельвин. — Она собирается перенести вещи в мой дом.

— Ого! Это может стать интересным, — заметил старый рыцарь. — По меньшей мере она волшебница, будем надеяться достаточно могущественная, а Сольвейг все еще восстанавливается. Это должен быть честный бой.

— Да… Сольвейг, — уныло сказал Тельвин. — Я и забыл о ней. Единственное утешение — хотя бы Карендэн улетела.

— Не сомневаюсь, что вместе эти двое убили бы ее на месте, — рискнул предположить Сэр Джордж.

— Она не знает наши секреты, — напомнил ему Тельвин. — И она по-прежнему Волшебница Огня, выбранная лично Бвеном Калестааном чтобы шпионить за нами. Формально она должна служить мне, но скорее всего ее главная задача — служить своему народу и своему ордену. В любом случае она не знает, что вы виверн, а я жрец.

— Я полагаю, что этого я еще не забыл, — сказал Сэр Джордж. — И в конце концов вряд ли она захочет соблазнить меня, ведь не я же холостой девственник.

Одиннадцатая Глава

Сольвейг спокойно восприняла новость о появлении в доме молодой волшебницы. Хотя она восстанавливалась достаточно быстро, выйти из дома или даже долго быть на ногах она была еще не в состоянии, и отчаянно скучала. Она решила, что иметь в доме молодую женщину, которая будет заманивать и обманывать Тельвина, уже хорошое развлечение. Быть может это не так приятно, как самой участвовать в охоте, зато спасет ее от необходимости делать это самой. В любом случае казалось совершенно невероятным, чтобы либо волшебница либо Тельвин всерьез увлеклись друг другом, так как Алесса Виледаар была человеком, а происхождение Тельвина не знал никто.

По меньшей мере не было ни малейших причин заботиться о том, что могут подумать соседи. После женщины-варвара и драконов, они смотрели на появление в доме волшебницы-Флема как на замечательное улучшение положения дел. Алесса пришла ближе к вечеру вместе со слугой из Академии, который толкал тележку с ее вещами. Учитывая, что она собиралась оставаться в доме неизвестно сколько времени, она принесла совсем немного. Как Волшебник Огня, она владела несколькими магическими книгами и артефактами, а остальное составляла одежда для города и для путешествия. У нее была своя собственная лошадь, которую поставили в конюшню за домом. Слуга и тележка вернулись в Академию, а волшебница провела остальное время до обеда в своей комнате, распаковывая вещи.

Когда Сэр Джордж и Тельвин вернулись вечером из дворца, они немало удивились обнаружив Сольвейг и Алессу, погруженных в беседу. Сольвейг обычно плохо общалась с людьми; ей не хватало терпения говорить с теми, кого она считала глупым или недалеким, так не похожим на то, к чему она привыкла в Тиатисе. Алесса же была умна, серьезно относилась к своей работе, но едва ли много знала о жизни за пределами Хайланда, и казалась честным человеком. В результате Сольвейг видела в Алессе многие из тех самых качеств, которые Тельвин видел и любил в ней самой.

Обед был подан вскоре после того, как Тельвин и Сэр Джордж вернулись из дворца. Алесса проводила Тельвина в столовую, но уселась за стол на некотором расстоянии от него, причем — случайно или намеренно — Сольвейг оказалась между ними. Тельвин даже почувствовал легкое разочаровние, хотя тут же напомнил себе, что ему лучше всего держаться от нее подальше.

— Должна сознаться, что я часто спрашивала себя, как живут в доме Повелителя Драконов, — вдруг сказала Алесса.

— И теперь вы, как мне кажется, очень странно себя чувствуете, — заметил Тельвин.

— Нет, совсем нет, — твердо сказала она. — Откровенно признаться я просто купаюсь в атмосфере дружбы и любви этого дома, особенно после последних нескольких лет, которые я провела рядом с этими суровыми и непреклонными волшебниками. Но даже волшебники были замечательной компанией по сравнению с моей семьей и городом, в котором я выросла.

— Если вы простите меня за мои слова, — сказал Сэр Джордж, — в целом Флэмы не самый дружелюбный народ на свете. И судя по моему опыту волшебники вообще очень и очень скучный народ.

— Простить вас? За что? Я совершенно согласна с вами. Говорят, что путешествия расширяют кругозор. Только так можно увидеть разницу в жизни дома и заграницей.

Сольвейг улыбнулась. Жизнь привела ее к тем же самым выводам.

— Откровенно говоря я очень хотела, чтобы именно меня назначили в помошники к Повелителю Драконов, — продолжила Алесса, становясь более серьезной. — Я много слышала о вас, милорд, и о ваших друзьях, особенно о старом рыцаре и девушке с севера, которые приходят и уходят, ведя жизнь искателей приключений и авантюристов. Быть может я больше не вернусь в Академию. Я хотела и получила шанс взглянуть на вас поближе, посмотреть, подходит ли такая жизнь людям с моим темпераментом. Возможно я могла бы присоединиться к вашему бизнесу, Сэр Джордж, когда, конечно, ваш бизнес вернется в нормальное состояние.

— Ну что ж, можно будет посмотреть, — осторожно сказал Сэр Джордж. — Так получилось, что наш постоянный волшебник больше не хочет путешествовать.

— Я дочь мелкого дворянина из юго-западной части Хайланда, — стала рассказывать о себе Алесса. — Мои родители были против моих занятий магией, у них были совсем другие планы на меня, но им пришлось смириться с тем, что я люблю магию и другие интеллектуальные занятия, и не брошу их ни за что. И когда местные волшебники решили, что их долг перед королевством требует, чтобы я обучалась в Академии, я воспользовалась возможностью и уехала из дома. Как вы знаете, Флэмы считают, что долг перед нацией выше всего на свете, и пренебрежение им — предательсво.

— Я думаю, что у вас просто невероятный талант к магии, учитывая, что вы сумели подняться на седьмой уровень в таком юном возрасте, — заметил Сэр Джордж.

— И я так думаю, — ответила Алесса. — Для волшебника продвижение вперед всегда сопровождается повышением ранга. Но в моем случае все это принесло мне только разочарование. Старшие волшебники уже не удовлетворяюся только магией. Все они думают только о власти и положении в обществе, магия — лишь средство завоевать их. А я не могу жить так, и постоянно чувствовала себя не на своем месте.

Она остановилась и быстро оглядела всех, собравшихся за столом. — Конечно я понимаю, что вам будет не просто поверить мне. Я знаю, что в прошлом Бвен Калестраан часто пытался использовать вас в своих интересах. Но даже если окажется, что вы не можете принять меня в свою компанию, я не останусь в Академии. Я достаточно поездила по миру и смогу найти в нем дорогу для себя одной.