Сергей Шевелев - Время Икс

— Хорошо, — немного подумав, сказал немец. — Спасибо за сообщение, господин Круг. Сейчас вы отправитесь обратно в Боговичский лес, и там будете наблюдать за всем происходящим. О вашем предложении насчет мальчишки я подумаю. Вы мо-жете свободно перемещаться по всей территории объекта?

Круг кивнул.

— Прекрасно! Если следовать от ваших передовых постов строго на восток, то примерно метрах в шестистах будет небольшой овраг, а за ним — маленькая полянка со сломанной березой. С северной стороны березы есть дупло. Ежедневно в десять утра и в десять вечера в том районе вас будет ждать мой человек. Если возникнут непредвиденные обстоятельства, то можете оставить в дупле свое письменное со-общение. Если необходима срочная встреча — оставьте на ветке привязанный носо-вой платок. Вы меня поняли, Круг?

— Разумеется! — расцвел в улыбке тот.

— Смотрите… — офицер сурово нахмурил брови. — В случае если вы нарушите свое обещание и измените нашему фюреру, то кара будет неизбежной! Если же вы сдержите слово, то вас ожидают самые радужные перспективы! А сейчас — неболь-шая формальность.

Он кивнул своим подчиненным. Здоровенный детина с сержантскими знаками различия слегка подтолкнул Круга к стоящей на дороге машине. Двое немцев под-хватили слабо стонущего водителя и кинули его на сиденье. Еще двое быстро за-кладывали под капот пакет со взрывчаткой.

— Свидетели нам не нужны, — показал на кабину полуторки Райдер. — Водитель еще живой, а такого в нашем деле быть не должно. Вы же говорили, что ненавидите большевиков. В кармане гимнастерки этого парня обнаружен комсомольский билет… Докажите свою преданность нам, Яков Николаевич… Прошу!

С этими словами немец подал Кругу зажигалку и показал на лужицу вытекше-го из топливного бака бензина.

У чекиста мороз пробежал по коже. Они предлагали ему сжечь этого раненого красноармейца заживо. Не верят, гады! Кровью хотят повязать!

Круг обернулся и посмотрел на стоящих за его спиной абверовцев. Лицо Рай-дера было непроницаемо. Холодные голубые глаза пронизывали его своим взгля-дом буквально насквозь. Стоящий рядом мрачный детина с усмешкой поигрывал отобранным у Круга наганом.

— Мы ждем, Круг, кончайте быстрее, — процедил обер-лейтенант сквозь зубы, а стоящий рядом немец слегка приподнял вверх дуло револьвера.

Гори оно все синим пламенем! Он выбрал свой пути и будь что будет!

Круг щелкнул зажигалкой, пару секунд посмотрел на голубой огонек, и бросил зажигалку в бензиновую лужицу. Огонь мгновенно охватил машину.

— Всем укрыться, — скомандовал Райдер.

Немцы, а вслед за ними и Круг, опрометью кинулись в кусты. На дороге гулко ударил взрыв.

— Ну что же, Яков Николаевич, — довольно оскалился обер-лейтенант. — Про-верку вы прошли… Пока… И помните вот об этом…

Он показал рукой на одного из диверсантов, держащего в руке маленький фо-тоаппарат.

"И сфотографировать даже успели, как я машину поджигал, — мелькнула мысль в голове Круга. — Профессионалы! А, впрочем, деваться все равно было не-куда!.."

— Держи! — здоровенный немец сунул Кругу в руки наган. Яков рассеянно засу-нул его в кобуру и дрожащей рукой расстегнул ремешок.

Где-то вдали, со стороны города, донесся слабый звук автомобильного мотора. Райдер прислушался.

— Вот и кто-то как раз едет. Может кто из ваших? Впрочем — это не имеет зна-чения! Теперь надо придать вашему облику соответствующий ситуации внешний вид…

Машина подпрыгнула на ухабе. Круг жалобно застонал. Лана повернулась к нему.

— Вам плохо?

— Нет, ничего страшного. Просто неожиданный толчок, — он выглянул в окно. — Ну вот! Сейчас будет первый пост. Можно считать — приехали!..

15

Поверив Кругу и отпустив его целым и практически невредимым, обер-лейтенант Райдер здорово рисковал. Если Круг подослан русской госбезопасно-стью, то группа обречена. Но, в данном случае игра, похоже, стоила свеч! То, что увидел тогда ночью Шульц, было странным и непонятным — недаром его сообщение привлекло серьезное внимание Берлина. А этот русский перебежчик был очень неплохо осведомлен о происходящем и отчасти прояснил ситуацию. Глупо было бы не воспользоваться возможностью получить в самом эпицентре этой загадки своего осведомителя!

В том, что Круг будет добросовестно работать на абвер, Райдер не со-мневался.

Во-первых, он не походил на человека, который принял решение содейство-вать врагу ввиду того, что попал в критическую ситуацию, то есть, проще говоря, только из-за боязни за свою шкуру. Спокойно вел себя Яков Круг — тут уж ничего не попишешь! Нервничал немного в самом начале — это было. А кто б, попав в такой переплет, не нервничал бы?

Во-вторых, этот чекист также был мало похож и на большевицкого фанатика, готового сложить свою голову за коммунистическую идею. Ненависть — она с года-ми только усиливается, а, по словам Шмидта, Круг еще в юношеском возрасте коммунистов очень сильно не жаловал… Да и, глядя на творящееся кругом, понял он: откуда ветер дует. И понял, похоже, правильно…

Маловероятным был и тот вариант, что Круга специально подсунула им для дезинформации русская контрразведка, но все же такую возможность нельзя было списывать со счетов…

В другой ситуации Райдер возможно бы и сомневался, но тут времени было в обрез. Правда очень сильно помогло и то, что его радист Шмидт и русский чекист, оказывается, знали друг друга еще с детства. А о том, давнишнем Якове, Шмидт высказывался очень даже неплохо.

— Мне кажется — ему можно верить, герр обер-лейтенант, — заверил он. — Круг нам пригодится — это точно… Неразумно бы было отказываться от его услуг, а ин-формацию, вы сами видите, — он предоставил очень интересную…

Таким образом, Круг — именно тот, за кого себя выдает — человек ненавидящий Советскую власть, да плюс ко всему еще и понявший, что недолго ей существовать осталось под ударами победоносного вермахта, и, посему, имеющий явное желание вовремя сменить хозяев. А то, что он долгое время служил в НКВД, в принципе, ни о чем не говорит. Мало ли отчего человек служит! А в данном случае эта его положение как раз и послужит на пользу фюрера и Рейха.

Так что вариант, при котором группе "Тойфель" следовало бы немедленно рыть себе могилу, ожидая облавы русской контрразведки, следовало свести к ми-нимуму.

Разумеется, пришлось подстраховаться, дав перебежчику команду прикончить своего же — русского. А процесс этот зафиксировать на фотопленку. Прием старый как Господь Бог, но очень эффективный и проверенный временем. Пусть знает, что в случае чего сам подписал себе смертный приговор!