Максим Бушин - Я маг. Повелитель двух сил

Громады шли вперед и успели даже скрыться, пока я трогал еще горячее железо. Вскоре я услышал новые звуки, похоже опять прессуют.

Мне было очень интересно смотреть как они развлекаются, особенно интересно с вершины оврага, на которую я буквально взлетел используя магию. Пока я делал привал, кушал сыр и овощи, сидя на упавшей сухой ветке сосны, тролли развлекались с парой десятков големов. От одного удара те отлетали на несколько метров, чтобы впечататься в гладкую отвесную стенку и грохнуться с высоты в несколько метров на каменную неровную землю.

Невооруженные бездушные куски железа пробовали выбить несколько каменных крошек из троллей, у многих получалось, перед тем как их просто давили ногами. Я вошел в свое специфическое зрение, чтобы понять, как мне расправиться с теми или другими в случае случая столкновения лицом к лицу так сказать. Оказалось, что оба вида и камень и железо имели абсолютный иммунитет к магии. Их окутывало что-то непонятное, мешающее на них воздействовать.

К вечеру, когда мы были в сотне метров от прохода в горы, я смог лично убедиться, как легко они разобрались с каменными големами, раздавили песочного мага. Он выбрался в сопровождение двух десятков железных и пары собственных каменных. Его стараниями один из троллей ушел под землю до пояса. Надо отдать должное этой парочке неуязвимых обитателей предгорья. Провалившийся в камень по пояс быстро смог подавить все в руках, в том числе и невозмутимого песочного мага, одним из первых. В это время его товарищ беспощадно давил, ломал и бросал все остальное воинство противника. Им хватило не больше семи-восьми минут чтобы разобраться и продолжить путь до самого прохода, у которого я оказался впервые.

Это было небольшое отверстие, уходящее вглубь. Раньше там можно было увидеть две большие каменные створки, но армии полубога разнесли вместе со створками весь проход и все каменные колонны. Тролли продолжили свой обход игнорируя проход, я выждал несколько минут, пока они скроются, после помахал им рукой и бросился к отверстию.

Големы расширили проход вначале и практически уничтожили его спустя несколько десятков метров. Я смог найти небольшое отверстие, в которое пролез без факела, ночного зрения, но с запасами еды и огненным мечем, сразу осветившим завал.

За завалом я смог разглядеть еще один завал и громко выругался про себя, стал лезть обратно на выход. Там я уже громко и вслух выругался и задумался, как мне попасть к гномам.

Мысли вели к тому, что никто, кроме меня самого, мне не поможет. Это была настоящая оценка своих возможностей по которым я вспомнил о проходе с другой стороны и решил двигаться вслед за троллями.

Примерно к самому закату я смог их догнать. Неугомонные существа притворились кусками гор, надежно окаменев на всю ночь. Если бы я не следил за процессом, то точно бы опал под широкий размер их ног.

Утром мы вновь двинулись вместе. Я наслаждался зрелищем уничтожения бродящих вокруг армий, они просто выполняли мелкую работу, не требующую от них больших усилий. Я следовал за троллями до обеда, потом к вечеру их снова догонял и ночь мы проводили за сотню метров друг от друга.

К сожалению все это не могло продолжаться день за днем, их разборки мне стали привычны и скучны, запасы еды медленно, но верно подходили к концу, водой обеспечивало ущелье, в которое я спускался, чтобы нырнуть в купель с головой. Так я мог освежиться в стоящем зное, напиться воды, попробовать поймать рыбу, что там плавала, и по окончанию процедур вырезать из отпрессованного железа различные фигурки используя лезвие раскаленного меча.

К третьему дню я решил увеличь темп, оставляя троллей позади. Двигаясь по краю леса, следя одним взглядом на низ ущелья, где мирно ходили железки и камни, второй глаз оглядывал лес. Я надеялся углядеть живность или опасность раньше, чем те увидят охотника или добычу.

Четвертый день ничем новым не отличался, как и предыдущие, время двигалось, я двигался, тратя запасы еды, мешок вскоре покажет свое дно, лес и ущелье не заканчиваются.

К концу пятого дня я мог наблюдать как отвесный склон по левую сторону от ссужающегося ущелья становиться пологим. Потому в начале шестого дня, когда еды осталось на два укуса, я выпил воды и потащился вверх по пологому склону. Здесь оказалось мало растительности и живности никакой замечено не было. Зато мой меч сразу доказал слова демона, стоило к обеду повстречать зазевавшегося голема.

Он заметил меня чуть позже, оружия в руках у них не было на протяжение всего пути я смотрел на их тщетные попытки разобраться с троллями руками. Потому мне не стоило особого труда первым же ударом отсечь ему правую конечность. Он не выдержал инерции, полетел на землю, где его быстро расчленил на кусочки.

— Какой медлительный — я особо не верил, что они слишком медлительны, но горы по которым они с трудом ползли и камни под ногами кого хочешь замедлят.

К вечеру я нашел настоящую пещеру и тут же столкнулся лицом к лицу с её обитателями. Большие серо-белые пушистые тигры сразу показались мне отнюдь не добрыми и сравнительно голодными. Наши животы одновременно заурчали требуя еды. Кошка набросилась наплевав на выставленный вперед меч. Тело легко прошло до самой рукоятки и загорелось. Я быстро перевернулся и вытащил меч из горящего животного, остальные тигры тут же спрятались в пещере.

Не желая более рисковать держа меч наготове отправился дальше, наступая на гладкие и совершенно не гладкие камни. Щели между ними, глотая горный воздух.

Ночью было холодно и голодно, последние запасы истощились. Дорога разбила меня и мою обувь превратившуюся в какие-то лохмотья. Я бы мог применить магию, но неизвестно что ждет за каждыми метрами этой дороги, за очередным камнем скрывающим проход, оттого мое продвижение было медленным и беззвучным. Я старался уловить малейшие движения в округе, старался выставить меч вперед после каждого поворота за которым ожидала опасность. К счастью на протяжение пути до самого потемнения, незадолго до ночи, перед наступлением которой я окинул весь сосновый лес с приличной вершины, ничего кроме пещеры с тиграми, на моем пути и не думало попадаться.

Утром пыльная голова рассмотрела красно-черную ленту, стелющуюся по земле, меч тут же отрубил голову змее, которую я потом кушал с радостью на лице.

Продвижение под яркими уничтожительными лучами трилона не доставляло радости. Не доставили радости и первые куски снега, что попались через несколько часов. До вершины, где не тепло, было еще слишком долго.

Потому я решился все же сотворить чудо и был удивлен несколько раз. Воздушный тоннель перенес меня на самую верхнюю точку, что я мог видеть, потом неудачное приземление. Тело тут же полетело вниз в небольшую чашу на высокогорной равнине, где голова с телом катилась до удара о деревянную вертикальную поверхность.