Вадим Леднев - Волк в собачьей стае

— Ничего поручить нельзя! Где они?

— Во дворе княже, ожидают вашу светлость.

— Ожидают! — раздраженный улим вышел из шатра.

*****

На капитана страшно было смотреть — непонятно, где заканчивались лохмотья окровавленной одежды и начиналось разодранное тело. Левая половина лица сорвана ударом когтистой лапы. При каждом выдохе из проколотой шеи лезли кровавые пузыри. В его голове сквозь постоянный гул, молотом колотилась только одна мысль: "Сука — ведьма! Подставила! Все бы отдал, чтоб удавить маленькую тварь! Нет, не удавить — слишком легко! Все жилы бы вытащил, одну за другой!" Рядом трясся Щепа, его загорелое лицо было белым от страха.

— Чего трясешься как чочкин хвост? — прохрипел ему Этт. — Боишься умереть? А ты что ли вечно жить собирался? Не бойся друже, умирать один раз, — он равнодушно следил, как суетятся рыжие человечки. Один расфуфыренный, явно важная шишка, прыгал вокруг пленных, блекотал что-то на своем птичьем языке, мельтешил в глазах. Верней в глазу. Второго глаза у капитана больше не было.

Из большой расписной шаранги стоящей посреди поляны вышли двое и направились к нему. Один воин, предводитель той ватаги, что захватывала их, второй важный, видать князь.

Который князь, остановился в паре метров и что-то прочирикал, обращаясь к капитану.

— Что тебе надо, обезьяна рыжая? — поинтересовался Этт. — Спрашиваешь, сколько я вашего проклятого брата перебил? Так много. Жаль в этот раз не получилось!

— Где дэв? — перевел слова князя сотник.

— Ты же уже спрашивал, придурок, в прошлый раз. Забыл? Повторить?

— Где дэв? — снова прострекотал тот.

— Поцелуй мою грязную задницу, — посоветовал ему капитан.

— Где дэв?

"Да что ты будешь делать, непонятливый какой". Этт собрал все, что было во рту, и плюнул, целясь в холеную физиономию княжича. Не попал, силы уже были на исходе. Кровавая харкотина угодила улиму на расписную рубаху. Он отступил брезгливо кривясь. Со всех сторон кинулись холуи с платками. Княжич что-то курлыкнул, махнул рукой, словно перечеркивая. И Этт понял, что перечеркивают его жизнь.

— Бросьте его гракхам, — сказал Лару, кивнув на капитана, — и проследите, чтоб не торопились! Если он умрет раньше чем через крайну — накажу!

"Сука — ведьма! — думал Этт, пока его тащили к, приветливо машущим хвостами гракхам, — на ремни бы резал…"

Еще не утихли предсмертные крики капитана, когда пришел черед Щепы. Его поставили на колени перед княжичем, сменившим к тому времени рубашку и Лару повторил вопрос:

— Где дэв?

— Все, все скажу! — засуетился дружинник, — все вашей светлости расскажу как есть! Ничего не утаю! Он не дэв никакой, обычный человек… только с другой стороны, не с нашенской — макурт!

— Макурт? — переспросил сотник с озадаченным видом.

— Макурт, макурт! — мелко закивал Щепа.

Лару обернулся к улимам и они некоторое время трещали между собой. Затем опять обратили внимание на дружинника.

— Говори дальше!

— Так вот, я и говорю. Зовут его Валад. Появился откуда-то из-за гор, сам толком объяснить ничего не мог. Только он, милостивые господа, уже, наверно, сдох!

— Здох? — не понял Лару. — Что такое, здох?

— Ну, сдох… умер, значит. Понимаете, он с демонами дрался, они его поранили… весь в крови был. В своей крови и ихней. Этой кровью и отравился. Он их здорово порубил!

— Где меч? — сменил пластинку сотник.

— А! Так вас меч интересует? — словно бы обрадовался Щепа. — Хороший меч, знатный! Вся сила макурта в нем.

— Где меч?

— Так понимаете, господин… это… не знаю я… — мелкая дрожь у Щепы сменилась на крупную. Челюсть тряслась так, что он с трудом мог говорить. Но я покажу, где мы его оставили! Там у реки… я покажу. Там с ним ведьма осталась… ведьма, знаете, такая?

— Ведьма? — недоуменно переспросил Лару. — А! Ведьма! Ковен?

— Ковен, Ковен! — Щепу внезапно осенило. — Я понял! Ведьма меч и спрятала! Такая гадина!.. Она спрятала, точно!

Сотник с княжичами опять долго совещались, затем последовал ряд команд, смысла которых Щепа сперва не понял. Но тут загудели дудки, все вокруг забегали, засобиралсь. Лару положил руку Щепе на плечо.

— Пойдем, ты нам покажешь.

*****

Мост на этот раз возвели удивительно быстро. Йотуны старались изо всех сил. Еще бы, оба улима стояли над душой и подгоняли. Когда, наконец, был уложен последний пролет, они рванули в числе первых. Следом, дюжие охранники волокли Щепу. Впрочем, бывший дружинник особо и не понадобился. Гончие быстро нашли лежку беглецов. Что характерно, вокруг было полно следов лесного воинства. Выходит вчера те же гончие разом потеряли зрение, слух и нюх? А чем же иначе можно было объяснить, тот факт, что они полдня ходили вокруг да около и не смогли обнаружить беглецов, хотя те, судя по оставленным следам, сидели на самом виду. Смущенный мастер Лару чесал затылок, а тут еще вернулись посланные вдоль берега разведчики с докладом о том, что найдено дерево в дупле которого был спрятан меч, а также, о том что плотовая стоянка разорена, а искомые варвары, судя по всему уплыли на одном из плотов предварительно выведя из строя остальные. Аши в бешенстве бегал по берегу. Тэму тоже был вне себя, но сдерживался. Выходило так, что они собственноручно оставили варварам средство для побега. Глупее ситуации не придумать, а особенно неприятной она станет, когда придется докладывать о своей недальновидности Кругу Вождей. Тэму обратился к шаманам:

— Как такое могло случиться, почтенные махтаны?

Шаманы, двое старых, с длинными волосами и бородами искрящимися сединой, словно ветки дерева в морозное утро и один молодой, совсем пока еще без бороды с наголо обритым черепом, тоже, казалось, были смущены. Они облазили и обнюхали все места предполагаемого укрытия беглецов. К улимам подошел, тот, который молодой, его худое лицо нервно кривилось при каждом слове:

— Здесь был серый полог. Это работа ведьмы из Ковена, только они могут прятаться под пологом Верхнего мира сами находясь в мире нижнем.

— И что, никак нельзя было его обнаружить? — мрачно поинтересовался Тэму.

— В любом другом месте Эрсхарна, это не составило бы нам никакого труда, но в Запретных землях, кои южные варвары называют внутренним кольцом Хром-Минеса, главное уложение махтанов лесного народа запрещает проникать в Верхний мир и выстраивать магический круг, дабы не возбуждать к жизни духов зла и силы неподвластные обузданию, кои могут потрясти устои и основы…

Тэму лишь морщился, слушая эти обычные шаманские бла-бла-бла, но не торопил, зная упертость шаманов на своих уложениях.