Анастасия Левковская - Лицо некроманта

Я подняла голову и столкнулась взглядом с заинтересованными зелеными глазами.

Да, надо поговорить с ба. Но сначала — поблагодарить Ника. Если бы не он… Я бы в жизни до такого не додумалась.

— Ник, — я тепло улыбнулась ему, — спасибо вам! Вы… вы… вы даже представить себе не можете, как помогли! Теперь я знаю!

— Что знаешь? — удивленно изогнул бровь преподаватель.

— Как помочь бабуле! — меня просто распирало от сделанного открытия, и я жаждала поделиться хоть с кем-нибудь. — Она довольно давно… занята разработкой одного прибора. И у нее там не все получается.

Конечно, буквально все открывать ему я не была намерена. Это все-таки секрет.

— А что за прибор? — заинтересовался Ник. — Может, еще чем помогу. Я, конечно, не техномаг, но…

— Да нет! — Я махнула рукой и виновато проговорила: — Не обижайтесь, но, думаю, дальше мы сами справимся. Но он для меня очень, очень важен, поверьте.

— Прекрасная дева, твое желание, чтобы я умер от любопытства, меня удручает, — хмыкнул преподаватель и, положив голову на сцепленные пальцы, приказал: — Рассказывай. Что за прибор?

Вот же прицепился! Так я ему взяла и выдала. Особенно если учесть, что у них с Форендаем отношения всегда были не особо хорошие, как рассказывала ба.

— Я не могу сказать, — твердо отказалась я. — Обещала, что подробности никогда и никому не расскажу. Но… — запнулась и на миг опустила глаза. Почему-то хотелось объяснить, насколько это для меня важно: — Это прибор нужен одному хорошему человеку. Ему это поможет… доказать свою правоту.

Ник прищурился, но, к моему большому облегчению, расспрашивать дальше не стал. Вместо этого кивнул и спросил совершенно другое:

— Пострадал кто-то важный для тебя? Может, возлюбленный?

— Нет! — облегченно рассмеялась я и для вескости головой покачала. — Я его, собственно, практически не знаю. Так, пару раз виделись.

— Тогда зачем тебе это? — недоуменно вскинул брови он.

— Ну… — Я на миг задумалась, пытаясь даже для самой себя ответить на этот вопрос. — Просто… Во-первых, в ту нашу единственную встречу он мне очень помог. А я ненавижу быть неблагодарной. А во-вторых… как я могу пройти мимо, если могу помочь? Мне же это ничего не стоит, да и…

Я увидела, как изумленно расширились зрачки Ника, и заткнулась. Не поняла… Разве я сказала что-то не то?

— Большинство людей на твоем месте точно прошли бы мимо, — твердо сказал Кайндорф и поднялся. — Только единицам есть дело до тех, кто не относится к ближнему кругу. И твое поведение… сочтут наивностью. Которой и попользоваться не грех.

Я нахмурилась.

— Вот только лекций о том, какие люди плохие, не надо, — довольно резко осадила его я. — Какое мне дело до того, что думают и делают остальные? Я верна своим принципам, а подлецов различать прекрасно умею и так. Потому что далеко не так наивна, как вам кажется.

Мимолетная улыбка скользнула по четко очерченным губам Ника, но ничего говорить он не стал. Просто повернулся и пошел на выход из библиотеки.

— Ты хорошая девочка, Глория, — вдруг тихо сказал у самой двери. — Очень хорошая.

И пока я пыталась понять, что это было, ушел.

Странный он какой-то. Ладно, мне некогда задумываться об этом. Есть дела поважнее.

Быстро убравшись в комнату, я немедленно связалась с бабулей.

— Гайка, радость моя! — воскликнула она. — А мы тут слегка празднуем. Не хочешь к нам?

Я изумленно оглядела старшую родственницу и осознала, что сегодня один из тех редких дней, когда вижу ее в платье. Голубое, струящееся, с открытыми плечами, оно очень шло ба, делая ее лет на тридцать моложе. Ну, еще десяток можно было скинуть только за то, что при этом бабуля сидела на столе и болтала ногами в изящных босоножках.

— Что за событие? — прокашлявшись, спросила я.

— День рождения, — улыбнулась она. — Угадай чей.

Как говорится, методом исключения. Ни у кого из моих знакомых, тесно связанных с ба, сегодня быть дня рождения не могло. Значит…

— У гранд-техника?

— Умница, — похлопала она.

— Передавай ему мои поздравления.

— Ли-и-ир! — протянула она. — Тебя тут поздравляют!

Тот явно что-то ответил, и бабуля рассмеялась. Я даже пожалела, что артик передает только то изображение, которое попадает в его поле зрения, но не транслирует посторонние звуки.

— Считай, что тебе ответили «спасибо», — отсмеявшись, фыркнула ба, а затем склонила голову набок; — Что случилось?

Я вкратце изложила ей свои соображения, и по мере моего рассказа бабушка становилась все серьезнее.

— Ты посмотри какая… — протянула она, прищурившись, а затем громко позвала: — Лир, иди-ка сюда, послушай.

В следующий момент изображение пропало, потому что ба сняла очки. А еще через несколько секунд я увидела гранд-техника собственной персоной.

— Здравствуй, — кивнул эльф и, когда я поздоровалась в ответ, скомандовал: — А теперь выкладывай.

Пришлось мне опять повторять свой рассказ.

Он молча все выслушал, а затем задумчиво произнес:

— Знаешь, в этом есть смысл. Но нужно проверить, — и повернув голову, улыбнулся бабуле: — Ну что, Элла, проведем с тобой бессонную ночь? — Ба вернула ему улыбку и отсалютовала бокалом, а затем эльф опять обратил внимание на меня: — Мы проверим, сегодня же. Я просмотрю плетения, может, создадим прототип. А ты молодец, — ухмыльнулся гранд-техник. — За такое полагается награда.

— Зачем? — не поняла я. — Я же…

— Полагается, и не спорь, — перебил меня он. — Завтра после пар зайдешь в деканат, заберешь то, что я тебе оставлю.

— А что это будет? — подозрительно спросила я.

— Увидишь, — рассмеялся преподаватель. — Все, Глория, мы с твоей бабушкой ушли работать. Отдыхай.

И отключился, гад эдакий!

Я стащила очки и в сердцах швырнула их на кровать.

Нет, ну какой-то шланг штопаный, а не гранд-техник! Я ему информацию на блюдечке, а он меня милостиво отдыхать отправил! Еще и эта награда… подозрительная. Зная паскудную натуру этого ушастого, стоило быть начеку. Ибо понятия о поощрениях у него своеобразные. Как и чувство юмора…

Решив, что нет смысла забивать себе этим всем голову, я пошла к Марку.

В коридоре меня ждал большой сюрприз. Не могу сказать, что приятный — назревала драка. И плевать, если бы действующими лицами сего представления не были мой дорогой лучший друг и человек, о котором я уже и забыть успела. Авирен собственной персоной. Пока они просто орали друг на друга на радость собиравшимся зевакам.

— Что на этот раз не поделили? — спокойно спросила я.

— Вот ты не вовремя! — выдохнул Марк недовольно, не сводя напряженного взгляда со своего вечного соперника. — Не могла еще десять минут в комнате посидеть?!