Стэн Николс - Магия цвета крови

— Вроде того.

— И, наверное, ты прав. Дай мне пару дней, и я подберу для твоих людей что-нибудь получше.

Они поехали обратно. Проезжая мимо еще одной группы зданий, Даррок заметил:

— Просто удивительно, как быстро природа берет свое. Некоторые из этих домиков использовались еще два-три года назад. Вообще-то на острове сохранена естественная среда, постройки занимают едва ли десятую его часть. Но мне почему-то не кажется, что ваших людей интересует именно эта рухлядь. Думаю, вы займетесь здесь обработкой земли и прочими крестьянскими радостями.

— Таков план.

— По-моему, это лишь часть вашего плана, Кэлдасон. Ладно, ладно, не стоит испытывать неловкость, друг мой. Ты, наверное, считаешь меня любителем исключительно материальных благ и поэтому удивишься, узнав, что я не без сочувствия отношусь к... ну, к тому, что вы тут собираетесь делать.

— А что, все так очевидно?

— Надеюсь, что нет — ради вашего блага.

— Этот наш план. Как ты относишься к нему?

— Учитывая то, что я понятия не имею, в чем он состоит?

— Конечно.

— Я бы назвал его вдохновляющим, изумительно идеалистическим. Даже благородным.

— А каковы, по-твоему, шансы осуществить его?

— Реальные шансы? Ну, примерно такие же, как у кристалла льда уцелеть в аду.

— М-да...

— Но что за жизнь без вызова?

27

— Я рад, комиссар, что ты смог прийти. — Девлор Басторран поднялся навстречу Лаффону, который переступил порог его кабинета, сопровождаемый Микином. — Присаживайся.

— Твое послание не оставляло мне выбора. Надеюсь, проблема достаточно серьезная, чтобы послужить оправданием встречи в столь поздний час.

— Уверен, ты придешь именно к такому выводу, как только узнаешь, что произошло. Хочешь что-нибудь? Освежающее? Бренди?

Лаффон вскинул костлявую ладонь в предупреждающем жесте.

— Благодарю, но нет, верховный вождь. Будь краток, как обещал, больше мне ничего не требуется.

— Прекрасно. После той ночи, когда столь трагически погиб мой дядя, мы с тобой не раз обсуждали проблему государственной безопасности и пришли к выводу, что в этом деле наши организации должны действовать сообща.

— Верно. Хотя должен заметить, что я получил от тебя гораздо меньше информации, чем рассчитывал.

— Как и я от тебя, если говорить начистоту. Однако то, что я собираюсь сообщить сегодня, абсолютно надежно, имеет непосредственное отношение к деятельности мятежников и потребует самого тесного сотрудничества Совета и паладинов, к выгоде обоих.

Лаффон кивнул:

— Продолжай.

— Мы внедрили шпионов в ряды мятежников.

— И мы тоже, Басторран.

— Да, но при всем моем уважении, сейчас у нас имеется источник, занимающий такое высокое положение, как никто до него. И теперь мы располагаем не предположениями, а фактами.

— И у тебя нет оснований сомневаться в надежности его мотивации?

— Если ты имеешь в виду, что нам предлагают неверные сведения или каким-то образом заманивают в ловушку... Нет, я так не считаю. И должен сказать, комиссар, что более жесткое давление, оказываемое нами в последнее время на всевозможных отступников, и аресты известных людей типа Руканиса в немалой степени способствовали тому, что теперь мы получаем нужные нам сведения достаточно быстро и в значительном количестве. Я считаю, что наши позиции упрочились и что со временем у нас появятся новые осведомители наподобие того, о ком идет речь.

— Это радует. Продолжай.

— Наш человек сообщил имена, адреса и другие данные касательно тех, кто принадлежит к Сопротивлению. Не все, но достаточно, чтобы нанести чувствительный удар, способный остановить их деятельность.

— Повторяю: в какой мере можно доверять ему? Что ни говори, основываясь на ней, мы должны будем предпринять соответствующие действия.

— Это понятно. Да, я доверяю ему. Человек, о котором идет речь, лично заинтересован в том, чтобы все им сказанное оказалось правдой.

— Прекрасно. И каковы твои намерения?

— Действовать, естественно, и как можно быстрее. Нужно устроить облавы по всем адресам, которые мне стали известны. Причем одновременно. В идеале мы должны действовать совместно с вами: объединившись численно, мы преумножим наши силы и опыт.

— Что же, это можно организовать.

— Все, чем мы располагаем, в вашем распоряжении.

— Я немедленно пришлю сюда своих людей для разработки планов.

— Превосходно.

— Мне понадобятся несколько твоих курьеров, если это возможно. Однако прежде я хотел бы обсудить с тобой кое-что еще. Наедине. — Лаффон бросил многозначительный взгляд в сторону Микина.

— Конечно. Микин, пойди займись организацией доставки сообщений, которые понадобится разослать комиссару. Потом вернись сюда.

— Да, господин. — Помощник поклонился и вышел.

— Это имеет отношение к тому, о чем мы только что говорили, комиссар?

— В каком-то смысле — да. Речь идет об очень большом вознаграждении, предложенном тобой за пленение Рита Кэлдасона.

— И что с ним не так?

Теперь, когда ты стал главой паладинов, тебе, надо полагать, известно о некоторых особых указаниях относительно этого человека?

— Известно. Дядя оставил запечатанную инструкцию.

— Нас беспокоит то, что обещание столь высокого вознаграждения может вступить в противоречие с этими указаниями.

— Не понимаю, каким образом.

— Думаю, тебе следует просто принять это к сведению.

— Человек убивает высшее должностное лицо кланов паладинов. Разве можно не предлагать вознаграждение за его поимку? К каким выводам придет чернь, если мы этого не сделаем? Что позволительно убивать кого заблагорассудится, сколь бы высокий пост человек ни занимал, поскольку даже в этом случае мы не будем предпринимать серьезных усилий, чтобы схватить преступника? И заметь, комиссар, мы объявили вознаграждение за его поимку, а не за убийство.

— Тут, несомненно, есть различие, хотя вряд ли его заметит уличный бандит или охотник за наградами, у которого может возникнуть искушение получить эти деньги. Послушай, мне понятны твои чувства, особенно потому, что это и твоя личная потеря. Однако я по-прежнему придерживаюсь той точки зрения, что в отношении Кэлдасона мы должны проявлять крайнюю осторожность. Может, следует напомнить тебе, что эти особые указания имеют своим источником власть самого высокого уровня?

— И я намерен добиваться, чтобы сама эта власть их и отменила. Потому что, честно говоря, никакого смысла в них не вижу.

— Нам не всегда все дано понимать, Басторран.

— Комиссар, с учетом неотложности действий, о которых я только что говорил, могу я со всем моим уважением попросить тебя вернуться к ним?