Деннис Маккирнан - Серебряный зов

Проводив взглядом всадников, Коттон повернулся к принцу Рэнду:

— Сэр, как же маршал Бритта сможет сражаться со сломанной рукой?

— Не бойся, Коттон, он справится, — ответил принц, но варорца не успокоили эти слова.

День медленно клонился к вечеру, а Коттон все не мог отделаться от своих тревог. Он беспокоился за мистера Перри, Борина, Анвала и Киана, за Бритту и его всадников и за исход всего похода. Чтобы как–то развеяться, он решил прогуляться в конец колонны, проведать Каштана и Лохматого и поговорить с Бомаром.

Варорец медленно направился по Старой Шпоре к последней кухонной повозке. Гном, казалось, был рад его приходу и усадил обедать. К костру подтянулись остальные помощники Бомара, и разговор за едой снова и снова возвращался к оркам.

— Как им удалось отыскать Высокие Врата? — недоумевал Нейр.

— Значит, это было не сложно, — ответил Каддор. — Ведь чакка заботились главным образом о том, чтобы дверей не было видно снаружи.

— Вся надежда, что ванадьюрины сумеют остановить этих разбойников, — сказал Белор.

— Что им понадобилось с этой стороны гор? — спросил Нарал.— Здесь нет ни скота, ни деревень, и грабить–то некого.

— Может, они заметили нас раньше, когда мы проходили через Куадранское ущелье, и следили за передвижением войска, — предположил Орис.

— Тогда получается, что второй отряд шпионил за первым, — усомнился Фунда. — Не очень похоже на правду.

— Какая разница? — пожал плечами Литтор. — Разбойничали они или следили за нами, теперь главное — их остановить!

— Если кому это и под силу, так только Бритте и его всадникам, — вставил Коттон.

При упоминании о всадниках гномы вздрогнули и покосились на серебряный рог, висевший на боку у варорца. Все разом умолкли. Лишь через некоторое время Нейр вновь заговорил:

— Отвоевать Крагген–кор — мечта всех чакка. Гномы из клана Дьюрека грезили об этом долгие годы.

— Да, — откликнулся Каддор. — Эту надежду лелеяли многие поколения наших предков. Так что мы здесь сражаемся не только за себя, но и за всех наших родичей, оставшихся в Руднике и Куартзанских пещерах.

— Не забывай о чакка из Красных холмов, — добавил Белор, наливая себе кружку чая.

— Кстати, некоторые из наших родичей обитают далеко на западе в Поднебесных горах, а некоторые на севере под горами Ригга,— сказал Нарал.

— Но мы сражаемся не только за наш клан,— твердо произнес Орис. — Ночное отродье занимается грабежами в Валоне и Риамоне, они убивают мирных жителей, угоняют скот.

— Я слышал, что эльфы из Черного леса и баэроны собираются дать отпор разбойникам, — объявил Кро, подбрасывая полено в костер, над которым висел котел с мясом.

— Пелларские воины готовы нас поддержать, если мы попросим о помощи, — добавил Фунда.

— Победа в этой войне нужна всем, поэтому гномы, эльфы и люди должны сражаться плечом к плечу, — сказал Литтор.

— Эй! — воскликнул Коттон. — А как насчет варорцев? Мы тоже можем быть полезными. Так что не сбрасывайте нас со счетов.

— Прости, друг Коттон, — засмеялся Литтор, вставая и кланяясь баккану. — Конечно, и ваэраны тоже. Я не хотел тебя обидеть. Просто орки, к счастью, не добирались до Боскиделла, Вейнвуда или Стоунхилла.

— Тут ты не совсем прав, Литтор, — возразил Коттон. — Во время Зимней войны нам тоже пришлось сражаться с захватчиками, враги пытались ворваться в Вейнвуд, но Гроза Рюкков отстоял лес.

— Гроза Рюкков? — переспросил Коддор.

— Это прозвище Арбагона Феннера, возглавлявшего варорцев в битве за Вейнвуд. Говорят, он даже скакал на настоящей лошади.

При этом повторном упоминании о верховой езде гномы вновь испуганно посмотрели на серебряный рог. Беседа дальше не клеилась, и Коттон поплелся восвояси к началу колонны.

Гномы у Закатных Врат трудились без перерыва. Завал уже заметно уменьшился. В память о погибших товарищах было воздвигнуто несколько пирамид. Все гномы работали, надев капюшоны, но совершить погребальный обряд по всем правилам не было времени.

Вечером с юга прискакал Фарлон. Не увидев Бритты, он доложил принцу Рэнду, что нашел прекрасные пастбища с сочной травой и чистыми сверкающими ручьями, правда, за одиннадцать миль от лагеря. Закончив говорить, он осмотрелся вокруг и заметил:

— Кажется, за время моего отсутствия здесь многое произошло. Пересохшая река вновь заструилась. Дамба частично разрушена, со скалы низвергается водопад. А куда подевались мои товарищи? Что же, наконец, случилось?

Теперь Рэнд понял, что Фарлон уехал на юг искать пастбища полтора дня назад и не знает ни о битве с чудовищем, ни о том, что вражеские шпионы выследили войско. Принц вкратце рассказал ему обо всем. Когда же Рэнд объяснил, что ванадьюрины во главе с Бриттой поскакали в Куадранское ущелье, чтобы помешать рюккам передать Гнару весть о готовящемся вторжении, Фарлон вскочил на коня и хотел было мчаться за своими товарищами. Рэнд остановил его:

— Харлингары сейчас уже слишком далеко, тебе не поспеть за ними до темноты. А одинокий воин, путешествующий при луне, легкая добыча для ночного отродья.

Фарлон начал возражать, но Рэнд оборвал его:

— Подумай, что для тебя важнее, твои желания или наше общее дело? Сейчас ты нужен здесь, отвезешь раненых на юг.

— Гарн! — возмущенно воскликнул Фарлон.— Я воин, а не сиделка.

Варорец, слышавший разговор, вспыхнул от гнева.

— Значит, сопровождать раненых ниже вашего достоинства, господин воин? — выкрикнул Коттон. И маленький баккан схватил человека за руку и потащил к белым повозкам. — Пойдем со мной, воин, и посмотрим!

Они вернулись только через час. Фарлон был смущен и очень печален. Он говорил со многими гномами, получившими тяжелые увечья в схватке с монстром.

— Мне стыдно за мои необдуманные слова, — сказал он Рэнду. — И я буду рад послужить этому храброму народу, выдержавшему такой бой.

Рэнд похлопал всадника по плечу:

— Что ж, теперь нужно решить, как лучше перевозить раненых, посоветоваться с лекарями. И вот еще что: если Врата будут открыты в полночь двадцать пятого и войско войдет в Крагген–кор, значит, раненых нужно увезти не позже утра двадцать пятого, а возможно, даже раньше. Ведь наверняка некоторым оркам удастся вырваться, и битва будет продолжаться в долине.

— К тому же надо позаботиться о лошадях, — сказал Фарлон. — Я нашел хорошие пастбища. Но как это сделать, ума не приложу, ведь кроме меня, здесь больше нет наездников.

— Остается только надеяться, что кони сами последуют за повозками, в которых поедут раненые гномы, — вздохнул Рэнд. — Риамонские лошади гораздо послушнее, чем горячие скакуны твоей страны. Но даже если они повернут в другую сторону, они наверняка собьются в табун и мы сможем отыскать их, после того как закончится война.