Лой Штамм - Исповедь мантихоры

Вот такое ощущение, что где-то в окрестностях завелся один такой любитель метро…

После Воронцово дорога улучшилась, везде чернели заплатки, изредка попадались длинные участки нежно-розового асфальта. Не знаю уж, что это за холера, но ни одной щелочки на нем никогда не образовывалось. Красота. На такой дороге можно и все восемьдесят взять, а на спуске все восемьдесят пять. Больше мой скутер не мог взять просто физически.

Описывать ощущения от езды на мотоцикле или скутере – пустая трата времени. Это надо ощутить. То, как под тобой мерно урчит мотор верного скутера, с которым ты словно сливаешься. То, как встречный ветер вышибает из глаз слезы, и не можешь с уверенностью сказать – ветер ли тому виной, или они от счастья. То, как накрывает ощущение – вот еще чуть-чуть, самую малость, и ты взлетишь над шоссе, поднимешься выше крыш домов и крон деревьев. То, как за спиной словно вырастают крылья. То, как путается ветер в длинных волосах, навевая ассоциации о ведьме, летящей на шабаш. То, что ты всесильна. А уж езда ночью…

Горизонт сливается с небом и землей, дальний свет освещает клочья тумана, летящие над асфальтом, и вновь кажется, что ты не едешь – летишь над облаками, стремительно и свободно. А уж если днем шел дождь, а к вечеру опять стало припекать, и ты едешь в сплошном облаке тумана, который невесомыми капельками покрывает лицо, волосы и одежду… Фара пробивает в нем дыру, и ты летишь, словно в трубе. Когда скорость приближается к скорости света, все очертания смазываются и выгибаются, создавая иллюзию, что летишь в люк. Не помню уже, где я это вычитала, но всякий раз, когда я еду по ночному туману, мне кажется, что я несусь быстрее собственной тени. За рулем мотоцикла нет места мыслям и чувствам, встречный ветер выдувает из головы все проблемы, обиды и мысли о плохом. Есть только ты, дорога и встречный ветер, который уносит куда-то вперед. Иногда хочется просто сесть, дать газу, да и уехать далеко-далеко. Останавливаться у незнакомых деревень, видеть новых людей и новые места, думать по-новому и по-новому все воспринимать. Кажется, что там, за горизонтом, что-то совершенно иное, неизведанное, но такое родное и свое. Кажется, что стоит уехать дальше видимости, и ты будешь дома. По-настоящему дома. Где нет места страхам, сомнениям и нерешительности, есть только ты и первозданная природа.

Пальцы лягут на рукоять,Обороты до полной вверх,И дорожный пунктир сольетсяВ сплошную прямую.Никому не смогу отдатьНебо, что в решете прорех,Ты не ставь мне, судьба, в путиЛишнюю запятую.

Всякий раз, когда я вновь испытываю это ощущение, мне приходят на ум эти строки из песни 'Не улетай' группы 'Возвращение'. Это для меня – своеобразный гимн. Не прибавить и не убавить ни слова, строки доведены до совершенства. И всякий раз, беря максимальную скорость в облаке тумана, я кричу их, хотя ветер сносит слова, и их не слышу даже я. Я пою их каждый раз, когда пытаюсь поймать горизонт.

Я проснулась от щелчков, словно далеких и потому тихих выстрелов. Приехала я около полуночи, наездив почти сто километров. Рассортировала по полочкам все мысли, эмоции и прочую гадость, что живет у меня в голове, заправила полный бак и промокла в тумане. Но оно того стоило. Мама с дядей Владом уже спали, я тихонько закатила скутер в гараж, заглушив его еще до того, как заехала на участок, открыла дверь своим ключом и мышкой поднялась на второй этаж. Есть хотелось немилосердно, но я благоразумно ограничилась яблоком, которое оставила в гараже и минералкой. Если я начну что-то разогревать, то разбужу всех, а всухомятку есть… Мне гастрит не хочется заполучить.

Я посмотрела в окно, пытаясь определить время по солнцу, и осеклась: на меня глядела кроваво-красная луна. На улице было темно, так что мысль с охотниками я сразу отмела. Разве что у них прицелы ночные. Решив не ломать себе голову, я повернулась на бок и попробовала уснуть, но назойливые щелчки мешали, возникало ощущение, что я уже выспалась. Я решила, что сейчас около шести и организм среагировал как на побудку на лекции. Кое-как нащупав телефон на подоконнике, я случайно скинула на себя стакан, на дне которого плескалась водичка. Вода, естественно, попала тоже на меня, что окончательно привела меня в чувство. Да уж… Ничто так хорошо не бодрит утром, как кружка горячего сладкого кофе, вылитого на живот. Часы показывали 4:35, 27 апреля.

Вздохнув, я решила спуститься вниз, попить воды, так как вся имеющаяся на втором этаже вода благополучно впиталась в ночную рубашку. Я встала, вышла из комнаты и босиком пошла к люку, ведущему на первый этаж. Снизу в глаза ударил свет, я торопливо перестроила ночное зрение и только потом удивилась – с чего бы это маме оставлять в коридоре включенным светильник? Я зашла на кухню, свет был и там.

Заинтересовавшись, я покосилась на дверь, ведущую в комнату – через стекло тускло пробился, опять же, свет. Хмыкнув, я оставила желание выпить воды, поменяв его на более интересное – выйти на улицу и посмотреть, а что, собственно, происходит? Поднялась к себе, обула сапоги и подхватила с Сашкиной кровати плед – наброшу на плечи, лень переодевать ночнушку. Ну и покурю заодно, если уж выходить на улицу. Еще один спуск вниз. Опа, а ключей-то в замочной скважине нет. И справа на крючке.

Как выяснилось, на кухне ключи тоже не лежали. А дверь была закрыта снаружи, значит, мама с дядей Владом ушли куда-то. Между полуночью и четырьмя часами утра. Не верю, как сказал Станиславский. Вконец заинтригованная, я решила открыть дверь своим ключом, круглые сутки болтавшимся у меня на шее, когда я была в Ксыкино. Ключа не было.

Давай мыслить логически. Дверь ты им закрывала, значит, он валяется на кровати. Другое дело, что узел на шнурке нереально развязать, не говоря уже о том, что он мог сам распуститься. Но это пока опустим. Ни мамы, ни ее спутника нет, значит, они куда-то ушли посреди ночи. Подобного раньше не было, значит, случилось что-то по-настоящему страшное. НЛО нас посетило, что ли?

Усилием воли прогнав из головы видение: зеленые человечки жмут руки деревенским мужикам и флиртуют с их женами, я в очередной и, надеюсь, предпоследний раз за эту ночь поднялась к себе, переоделась и занялась поиском ключа. Ну вот не было его – и все. Свет не включился, когда я, плюнув на ночное зрение, решила поискать по старинке. Блин, может гроза разыгралась, в столб звездануло молнией и все ушли созерцать это непотребство?

И тут я услышала на улице голоса соседей. И это почти в пять утра. Нет, случилось действительно что-то серьезное. В окно было видно, что калитка нараспашку, это что-то совсем уж из ряда вон выходящее. Я высунулась на улицу, завидев соседку, живущую в домике напротив: