Раймонд Фэйст - Предательство в Крондоре

— Магии нет, — рассмеялся он. — Есть только лук.

Он чувствовал, что слишком устал и не может больше работать, но все равно вернулся к столу. Он пришел к пугающему выводу, к возможности, которую не хотел допускать, но это было единственным ответом. Моррелам удалось где-то сойтись и заручиться поддержкой новых союзников.

Тихий звук гонга заставил Пага поднять голову. Это был сигнал, который посылал один из цуранийских Всемогущих другому, чтобы сообщить о своем прибытии. Паг не слышал этого звука с тех пор, как девять лет назад покинул Келеван. Как его гостю удалось найти его, было загадкой.

Воздух перед ним заколебался на несколько секунд, и появился Макала.

— Приветствую тебя, Миламбер, — произнес цуранийский маг. — Приношу свои извинения за то, что явился незваным, но мне показалось, что настало время расставить все точки над «i».

— Как ты смог переместиться сюда? — изумился Паг.

— Ты не единственный член Ассамблеи… — начал Макала.

— Бывший член, — перебил его Паг. Несмотря на свое звание и силы, которые были возвращены ему после Войны Врат, он не вернулся, чтобы занять свое место среди других членов Ассамблеи Всемогущих на острове чародеев на Келеване.

— Как тебе угодно. Бывший член Ассамблеи. Не только ты способен развивать свои способности свыше того, что многие считают пределом нашего искусства. Я сумел найти способ перемещаться по своему желанию в нужное место или к нужному человеку без ограничений.

— Полезный навык, — сказал Паг. — Я бы тоже хотел этому научиться.

— Возможно, однажды научишься, — ответил Макала. — Но пришел я по другому поводу.

Паг предложил ему сесть, но цуранийский чародей отказался.

— Я не надолго. Хочу лишь предупредить тебя.

Паг молча ждал, и через несколько мгновений Макала продолжил:

— Я и некоторые из моих братьев вовлечены в дела, вмешательство в которые недопустимо, Миламбер.

— Паг, — поправил он. — В этом мире я — Паг.

— Для меня ты всегда будешь Миламбером, варварским Всемогущим, который пришел в наш мир и посеял среди нас разрушение.

Паг вздохнул — он-то думал, что подобные темы остались далеко позади.

— Ты ведь не для того явился, чтобы предаваться воспоминаниям, Макала. Что ты здесь делаешь и что за предупреждение?

— Что мы здесь делаем — тебя не касается, — прошипел Макала. — А предупреждение мое таково: не пытайся встать у нас на пути.

После продолжительного молчания Паг сказал:

— Я знаю, что ты был среди тех, кто особенно яростно сопротивлялся приему меня в Ассамблею тогда, много лет назад, когда Фумита привел меня к вам из поместья Шиндзаваи.

— Сопротивлялся? — злорадно усмехнулся Макала. — Я был среди тех, кто проголосовал за твою смерть прежде, чем ты начал обучение. Я считал тебя смертельной угрозой Империи, и, с моей точки зрения, последующие события подтвердили мои опасения.

— Что бы я ни сделал, в конечном итоге это было лишь на пользу Империи.

— Возможно, но история учит нас, что зачастую подобные оценки зависят лишь от того, под каким углом смотреть. Впрочем, это неважно. То, что происходит сейчас, делается ради Империи, и это не подвергается сомнениям, как и наши полномочия.

— Значит, то, что я уже практически понял сам, твое присутствие лишь подтвердило, — заключил Паг.

— И что же это?

— Чародеи, которые помогают Делехану, — так называемые «Шестеро» — это цуранийские Всемогущие.

— Поздравляю со столь блестящим выводом, в основании которого лежат не столь уж убедительные свидетельства. Впечатляющая дедукция, Миламбер. Впрочем, Хочокена всегда утверждал, что у тебя незаурядные умственные способности.

— Это было не так уж трудно. Стоило лишь задуматься над поведением участников всех этих событий. Моррелы? Они всегда яростно ненавидели другие расы, считая тех, кто не принадлежит к их народу, чужими. Тролли и гоблины лишь орудия для них. Но когда я посмотрел на общую схему, я увидел, что в Мидкемию из Империи поступают драгоценности, а здесь их обменивают на золото. Если бы золото возвращалось к цурани, никаких вопросов не возникло бы, поскольку там золото во много раз ценнее, чем здесь. Но на это золото покупали оружие для моррелов. Однако ничто не говорило о том, что в этом деле замешаны цурани. Потом стали поступать отчеты о магии, которой пользовался Делехан, и что-то не сходилось. Кое-что, о чем докладывали, могли сотворить лишь Всемогущие. Остался один вопрос: «Зачем?»

— Зачем — тебя не касается! Твоя лояльность под вопросом, Миламбер. Ты доказал, что не являешься одним из нас, когда разрушил праздник Императора и заставил военачальника покончить с собой в стыде. Ты женился на цуранийке и при этом живешь в том мире, где родился. У тебя есть дочь, обладающая силой, однако ты позволил ей жить.

Глаза Пага сузились, терпение его подходило к концу.

— Придержи язык, Макала. Здесь не Империя, и твои слова ничего не значат.

— У нас проблемы по обе стороны Врат, — сказал цуранийский Всемогущий. — Некоторые из наших братьев вынуждены заниматься последствиями разрушения Дома Минванаби Домом Акомы. Порядок в Империи под угрозой. А здесь, в твоем мире, ты создал в Звездной Пристани Академию, где даже несколько наших согласились преподавать твоим студентам, — его голос звенел от ярости. — Нашим бывшим врагам!

— Мы вам не враги, — сказал Паг, почувствовав внезапно, что усталость переполняет его. — Ичиндар знает это.

— Свет Небес не будет жить вечно. Когда-нибудь Ассамблея настоит на том, чтобы вернуться к порядку, которым мы наслаждались две тысячи лет. Но чтобы избежать теперешней угрозы и обеспечить твое невмешательство, мы забрали твою дочь и поместили ее туда, где она останется, пока мы не перестанем считать тебя угрозой.

Ярость Пага готова была поглотить все вокруг. С трудом сдерживаясь, он выдохнул:

— Гамина! Что вы с ней сделали?

— С ней все в порядке. И она будет в безопасности до тех пор, пока ты не попытаешься помешать нам.

— Вы будете убивать всех и вся, если объединитесь с моррелами, Макала! Неужели ты думаешь, что я буду стоять в стороне, даже если на кону жизнь моей дочери, и позволю тебе уничтожить мою родину? — Паг встал перед цуранийским Всемогущим. — И неужели ты хочешь померяться со мной силой?

— Нет, Миламбер. Ты — величайший из наших братьев, именно поэтому мы должны тебя нейтрализовать. Даже если ты меня уничтожишь, другие завершат начатое. Мы не будем препятствовать тебе, если ты попытаешься найти свою дочь, — он отступил в сторону. — На самом деле мы дадим тебе возможность отправиться к ней, но предупреждаю — это может быть ошибкой, так как даже твое великое мастерство не поможет тебе вернуться.