Сергей Ковалев - Котт в сапогах. Конкистадор.

— И что же это было? — поторопил меня Максимилиан, сделав очередной круг.

— Татуировки! Его руки от запястий и выше покрывал сплошной рисунок! Такой же рисунок начинался от шеи, и, как сказал мой родственник, этот рисунок покрывал все его тело вплоть до ступней. И хотя продемонстрировать его не позволили приличия, у меня нет оснований не доверять доблестному миссионеру. Судьба и стремление нести свет Истины занесли его на один из островов Новой Зеландии, где принято носить такие татуировки вместо одежды. Человек без такого «костюма» там и за человека-то не считается. Вот ему и пришлось пойти на эту процедуру. Надо заметить — еще и весьма болезненную. Мораль же сей истории была высказана добродетельным миссионером в ответ на мой неделикатный вопрос: как же он согласился на подобное непотребство? «Недвусмысленная опасность быть съеденным очень способствует широте взглядов!»

— Очень интересная история,— пробормотал дестриэ.— А кстати, ведь на корабле еще есть запасы человеческой еды?

— Ну-у-у как сказать,— задумался я.— На какое-то время еще хватит. Вопрос в том, сколько нам еще плыть.

— Да, я понимаю,— дрогнувшим голосом пробормотал конь и прибавил ходу.

Идея Архимеда оказалась на самом деле более чем простой. Не знаю, зачем ему понадобились те закорючки писать, из-за которых он на меня взъелся? Сколько я видел на своем веку мельниц, колодцев, рудничных подъемников и прочих механизмов, которые приводили в движение вращающие колесо лошади,— все они были построены без всякой алгебры. Лошадь ходит по кругу и вращает колесо, оно передает усилие на ворот, от которого через какой-нибудь передаточный механизм вращается вал с закрепленными мельничными колесами. Ход, конечно, не такой резвый, как давали духи воды, но уж лучше плохо плыть, чем никак.

На самом деле я совершенно напрасно дразнил Максимилиана. По расчетам Архимеда, мы уже приближались к Европе и вот-вот должны были увидеть на горизонте побережье Испании. Отправляясь в путь, мы планировали войти в Средиземное море и подняться до Картахены, а то и не рисковать вовсе и плыть до Марселя. Однако переход на конную тягу спутал планы, и на общем совете мы решили идти в ближайший порт.

Еще через четыре дня Транквилл, бывший в тот момент на вахте, встрепенулся, замолотил крыльями и заорал: «Земля!» А еще раньше я уловил сложную гамму запахов и звуков, что свойственны большим городам.

— Это Кадис,— внюхиваясь в сложную смесь запахов, сказал я собравшимся на баке спутникам.— Сомнений быть не может.

— Что будем делать? — Николас сквозь плащ погладил рукояти пистолетов.— Что-то мне подсказывает, что инквизиторы не забыли выступления Кол-лет в таверне. Может, лучше поискать гавань поспокойнее?

— На территории Испании нам нигде не будет спокойно,— возразил Морган,— Не будьте наивны! У инквизиции есть способы выслеживать своих врагов, где бы те ни находились.

— Морган прав,— кивнула ведьма.— Вспомните, мы ведь в прошлый раз провели в Кадисе всего один вечер, нигде особо не маячили, а уже утром нас ждала засада.

— Значит, решено, высаживаемся в порту и, не задерживаясь, покидаем город,— подытожил я.— Наше преимущество в скорости и неожиданных решениях.

— Да! Мы будем как Александр Македонский! — неожиданно заявил Андрэ.

— Ты о чем? — растерялся Морган.

— Пришел, увидел, убежал! — гордо поделился историческими познаниями его величество.

— Во-первых, это слова Цезаря,— наставительно поднял палец вверх Архимед.— То есть, конечно, это не его слова, он сказал иначе...

— Ну а раз иначе, чего цепляешься? — возмутился Андрэ.— Цезарь твой так сказал, а Македонский — так.

— Но Македонский такого не говорил! — попытался вступиться за честь земляка Аннунакис.

— А ты что, знаешь все, что он говорил? Вот и не суйся со своим Цезарем. Мне Анна приказала каждый день слушать, как читают всякие умные книжки. Она хочет, чтобы я был просвещенным монархом. Так что я про Македонского все знаю!

— Иезус Мария... — простонал я.— Хватит спорить! Неважно, говорил эти слова Македонский или нет, но действовать мы будем именно так! А потому выводите лошадей на палубу, седлайте и собирайте вещи. Как только спустим трап, не задерживаясь, скачем прочь из города. Архимед, решать все вопросы с портовым начальством придется тебе. Думаю, та скромная сумма, которую приготовил Андрэ сверх оговоренной в контракте, поможет решить все проблемы. А у инквизиции к тебе не должно быть претензий — ты ведь не знал, кого везешь.

— Если ваше изобретение никого не заинтересует здесь, приезжайте в Гремзольд, — добавила Коллет.— Правда, у нас нет моря, но, как мне кажется, корабль с не зависящим от ветра движителем будет даже более востребован в речном судоходстве.

— Даже не знаю.— Архимед бросил косой взгляд на Андрэ.— Мне кажется, мы не сработаемся!

— Это неважно. Вам придется иметь дело с королевой. Думаю, с Анной вы легко найдете общий язык.

— Будем считать, что попрощались,— крикнул я, запрыгивая в седло Иголки. Берег приближался.— Отвязывайте Артура! Все в седла!

«Медная Бочка», постепенно замедляя ход, величественно проследовала мимо кораблей, команды которых, побросав работу, таращились на невиданную конструкцию, и уткнулась носом в причал. Архимед спустил сходни, и мы не оглядываясь поскакали прочь. Вернее, попытались поскакать. Узкие, словно ущелья, улочки кипели деловой портовой жизнью, и лошадям сразу пришлось перейти на шаг.

— Ничего,— проворчал я успокаивающе.— Главное — миновать крепость. Я чувствую себя на этом полуострове как крыса в крысоловке!

— Попрошу без обобщений!

Коллет только мученически закатила глаза и направила лошадь сквозь толпу. Как ни странно, нам удалось спокойно миновать город. Мы уже подъезжали к крепости, когда нехорошее предчувствие заставило шерсть у меня на спине стать дыбом. А в следующее мгновение предчувствие оправдалось самым вульгарным образом — прямо перед нами на перекрестке выкатилась телега и замерла, перекрыв дорогу. И тут же из домов и соседних улочек высыпали копейщики вперемешку с арбалетчиками. Мне оставалось только воздать должное грамотно организованной засаде — два удара сердца, и мы были полностью окружены.

— Не советую этого делать,— предостерегающе произнес знакомый голос — Солдатам приказано стрелять, если ты хоть пальцем шевельнешь!

Коллет медленно опустила руки. Завихрившийся было над ее головой темный туман рассеялся. Из-за телеги выглянул тот самый инквизитор, который пытался нас схватить в первое наше посещение Кадиса.

— Правильное решение. Сказать по правде, меня вполне устроило бы, окажи вы хоть сопротивление. У меня и без вас полно дел. Впрочем, поимка столь известных преступников живыми поднимет мой авторитет.