Сергей Крускоп - Дыхание дракона

— Ты насытилась? — спросил он, когда Ивона старательно увязала остатки еды в тряпицу — дабы не подвергать себя искушению и не съесть-таки все. — Теперь тебе не грозит превратиться в анти-Визентскую?

Стараясь не глядеть на узелок с едой, Ивона довольно вздохнула, отрицательно помотав головой в ответ на последний вопрос.

— Вот и славно. — Ящер поднялся с пола и выгнул спину, разминая мышцы. — Тебе пора.

— Пора — куда? — не сразу поняла девушка, но дракон уже повернулся и вышел из пещеры.

Это было похоже на военный лагерь. На армию, вставшую на отдых перед тем, как встретиться с противником в каком-то решающем бою. Некоторое количество солдат предавалось праздности, полеживая в тенечке или играя в кости, однако не меньшее их количество было занято делом. Натачивались мечи, проверялись механизмы арбалетов. Лошадям задавали корм или прохаживали их, а лошади ржали и фыркали, подобно всем своим породистым сородичам, оказавшимся в столь нервозной обстановке. Вооружившись киянками, лопатами и мотыгами, инженерные бригады готовили позиции для требушетов, которые возвышались над суетой нескладным нагромождением канатов и бревен. Разумеется, реяли флаги, и среди них полоскалось на осеннем ветерке полотнище королевского штандарта. Короче, это было похоже на военный лагерь настолько, насколько вещи бывают похожи сами на себя.

И потребовалось бы неплохое воображение, сочетающееся с определенным знанием, чтобы различить во всем этом хоть нотку фальши.

Хорт устало потирал покрасневшие глаза, вглядываясь в лежавший на столе шар горного хрусталя. Над шаром колдовал — в прямом и переносном смысле — старый седой маг, кутавшийся в меховую безрукавку. Не штатный армейский маг, годный лишь для заговаривания погоды и создания живой картины боевых действий для расположившегося на стратегической возвышенности командира, нет. Это был один из столичных специалистов королевской магической службы. А штатные полковые маги (Хорт знал это, не выглядывая на улицу) сейчас старательно тянули веревки, поднимая над палаткой хитросплетение медных и серебряных контуров — приемно-передающую антенну для поисково-коммуникационных заклинаний.

Эта военно-магическая братия, хоть звезд с неба и не хватала, дело свое знала крепко: через несколько минут хрустальный шар, по которому до этого пробегали лишь неясные тени, мигнул, и в нем отразился лагерь во всех подробностях.

— Отлично, — негромко проговорил третий присутствовавший за столом человек, — а теперь покажите-ка нам, что творится у эльфов.

Старец в меховой душегрейке согласно кивнул, не отрывая взгляда от хрустальной сферы, и изображение начало меняться. Поползли в сторону, пропадая, ряды палаток, подводы с фуражом, костры с сидящими вокруг них солдатами; показались купы деревьев, лужайки, перелески, широкая долина между двумя пологими холмами. И вновь появились костры, подводы и палатки — какие-то нереальные в вечернем сумраке, расставленные не рядами, как у людей, а по углам гексаграмм.

— То же самое, — сказал Хорт, украдкой сцеживая зевок в кулак.

— И ты полагаешь, — спросил человек, отрываясь от созерцания вражеского лагеря, — они на это купятся?

— Мы это узнаем завтра, — пожал плечами Хорт, — вы сделали, что смогли. И мы сделали, что смогли…

— Ой ли? Не лучше было бы вовсе не устраивать этого марша победителей?

— Полагаю, что нет. Хотя рассуждать об этом поздно, а потому — бессмысленно. И все же ополчение местных дворян явилось бы худшей альтернативой, поскольку у гвардии, помимо прочих достоинств, есть одно неоспоримое: она делает то, что ей приказано делать, и, главное, не делает то, что ей приказано не делать.

— Хорт, зачем ты мне это рассказываешь? Ты даже не представляешь, насколько я хорошо все это знаю.

— Да, Ваше Величество, — согласился Хорт.

— Вы сумели передать весточки своим… гм… коллегам? — спросил король.

Хорт только устало кивнул.

— Да, — чуть закашлявшись, проговорил старый маг, — и они тоже пока никого не нашли.

— Тогда нам остается только ждать. — Король откинулся на спинку кресла и прикрыл глаза. — Кстати, Хорт, опираясь на твой опыт, я хотел бы со временем создать… скажем так, структуру… Что-то вроде особой тайной стражи, только не совсем. Полагаю, ты понимаешь, о чем я. Не хочешь возглавить?

Хорт медленно повернулся к королю.

— Хм, — сказал он. — если бы Ваше Величество не было королем, я бы ответил: «Да никогда в жизни!» Но поскольку вы король, я так только подумаю.

— А где мой единорог? Убежал?

Ветер набросился на девушку, привыкшую к ровному микроклимату пещер, и холодными пальцами забрался под накидку из росомашьих шкур. Снега все еще почти не было, но чахлая равнина, освещенная бледным низким солнцем, стояла выстуженная и безжизненная; не видно было на ней ни оленя, ни птицы, ни какого другого живого существа. И только пронизывающий до костей ветер нес над землей сухие былинки, кусочки лишайника и крошечные кристаллики льда и печально то ли выл, то ли стонал, пролетая над входом в драконью обитель.

— Я отнес его на юг, — громадный ящер стоял грудью к ветру, выгнув шею с вытянутой головой и прижав подвижный гребень; полурасправленные перепонки крыльев протяжно гудели в потоке воздуха, — и выпустил в окрестностях твоего замка. Потом отыщешь — он вряд ли подпустит кого другого.

— Спасибо, Аждар, — искренне сказала Ивона.

— Надо торопиться, — проговорил дракон, — забирайся!

— Подожди. — Ивона кое-как закуталась в росомаший мех. — Аждар, объясни мне, наконец, простыми словами, что от меня потребуется.

— Не знаю, — честно сказал дракон, — может быть, вообще ничего. А может быть — многое: для тебя. Созидательная магия, которой мы давно и прочно лишены, иногда может быть полезнее разрушительной. Особенно в сочетании с человеческой этикой, которой у драконов тоже нет.

— Объяснил, — проворчала Ивона, — просто и ясно!

Она поправила на плече сумку и перевязь меча и, ухватившись руками за гребень, с трудом вскарабкалась на загривок ящера. Сидеть там оказалось неожиданно комфортно: между драконьими лопатками гребень практически сходил на нет, а за его переднюю часть было удобно держаться. Ивона невольно подумала, что пережил единорог, проделавший путь не на спине, а в когтях дракона. Долго, впрочем, думать ей не пришлось: Аждар сделал несколько пробных взмахов, а потом резко толкнулся ногами и взлетел. Ветер ударил в распахнувшиеся «плоскости», в несколько мгновений подняв ящера высоко над равниной.