Наталия Яковенко - Обречённые

— Пытаешься вести себя как человек? — Я спокойно обернулся и увидел перед собой Лейлу. Огромные чёрные глаза пристально смотрели в мою сторону. Её бледная кожа отливалась на свету, словно она была фарфоровой куклой. Пышная копна пшеничных волос веером была разбросана по чёрной куртке. — Привет, Оуэн, — произнесла она, приближаясь ко мне вплотную. — Ты когда-нибудь жалел о том, что потерял меня? — Лейла слегка прикоснулась к моей руке.

— Если бы это было так, — не смог промолчать я, в очередной раз, вызывая к себе лишь ненависть.

— Что? — она сузила глаза, оглядывая моё лицо и вероятно пытаясь понять, почему я не могу смотреть на неё как на женщину.

— Ты ведь всегда рядом, — ответил я. — Ты преследуешь меня?

— Не возноси себя. Больно мне нужно делать это. — Она сделала безразличный вид, словно мои слова нисколько не задели её.

— Тогда зачем ты здесь?

— Я пришла, чтобы забрать тебя. Ведь как я понимаю, ты хочешь встретиться с Ричардом? — Я ничего не сказал. — Я отвезу.

— А как насчёт того, чтобы он сам приехал? — Я прошёл в сторону, откуда пришёл.

— Не смеши! — крикнула она мне в спину. — Ты ведь понимаешь, что слишком зависишь от него, чтобы ставить свои условия! Джейн, Стен, Бесс ведь не бессмертные, насколько я знаю? — Я остановился. Она подошла ко мне сзади и обняла. — Я ненавижу тебя так сильно, что готова сделать всё возможное, дабы увидеть, как ты будешь изнывать от страданий. Я вывернулся из цепких рук, отталкивая её от себя. С презрением взглянув на неё, ели сдерживался, чтобы не избавится от неё прямо сейчас.

Через пятнадцать минут мы уже ехали в машине Ричарда, которую он послал за мной. За рулём сидел Грэг, который уже много лет работал на него. Ричард знал, что ему многое придется видеть и становится свидетелем, а значит соучастником преступлений, поэтому он вырвал своему шофёру язык. Теперь Грэг никогда ничего и никому не мог рассказать, что видели его глаза. Возле меня сидела Лейла. Она молчала и наблюдала за дорогой, лишь иногда кидала взгляд в мою сторону. За окном мелькала белая линия горизонта, которая практически сливалась воедино с сине-белым небом. В голове не было никаких мыслей. Мрачные потоки сознания доходили до меня, лишь мимолётными мгновениями, напоминая о том, что вскоре увижу убийцу своей жизни.

— Пробирка у тебя? — прервала тишину Лейла. Я ничего не ответил, продолжая смотреть в окно. Она на некоторое время замолчала, потом вновь заговорила. — Если бы ты был умнее, не пришлось бы так поступать с тобой. — Я обернулся на неё. — Я говорю о работе на Ричарда. — Я ничего не сказал. — Ты ведь мог вернуться к нему на службу. Зачем тебе все эти никчемные человеческие события? Ты ведь ни один из них и никогда не станешь, как бы ни старался. — Мой взгляд вновь застыл на одной точке — маленьком пятнышке, которое я заметил на стекле. Как заворожённый я смотрел на него, вспоминая свою первую встречу с Джейн. Её чистые глаза, мягкий добрый взгляд, нежный голос, тёплую улыбку. Я ощутил себя счастливым от того, что встретил таких прекрасных людей, какими была она и её друзья.

Мне было двенадцать. Жизнь в детдоме не была радужной. Одиночество если вспоминать было неотъемлемой частью меня самого на протяжении всей моей жизни. Даже спустя несколько месяцев после пребывания там я ни с кем не смог подружиться. Все мальчишки и девчонки знали, что я был из богатой семьи, поэтому никто не хотел со мной общаться и тем более дружить. Привыкнув к их нападкам, я уже не старался кому-либо понравиться. Часто приходилось драться, когда меня обижали или бросали обидные слова в сторону моей семьи. В таких ситуаций мне всегда доставалось больше остальных, так как все дети ловко лгали, перекладывая всю вину на меня. Часами я сидел на чердаке в качестве наказания за плохое поведение. Мне не было больно, когда меня били мальчишки, мне было больнее слышать о том, каким ужасным человеком был мой отец. Тёмные углы пыльного чердака стали уже моим личным убежищем. Долгими вечерами я наблюдал за миром из крохотного окошка. По узким улицам мимо детского дома проходили люди, весёлые, счастливые, но самое главное свободные. Я видел улыбки на их лицах, слышал звонкий смех, ловил радость в глазах. Я жил мечтами о том, что когда-нибудь смогу познакомиться со многими людьми, которым буду не безразличен, которые смогут принять меня таким, какой я есть. Даже тогда я понимал, что уже не способен изменить себя.

Нэнси Эмбер — единственная девочка, которая делала попытки заговорить со мной.

— Тебя зовут Оуэн? — на прогулке девочка присела рядом со мной на скамейку. Я посмотрел на неё, после сразу отвернулся, ожидая пока незнакомка уйдёт. Я, молча, смотрел в противоположную от неё сторону. К моему удивлению, она не уходила. Я был уверен, что ребята уговорили её надо мной подшутить. Девочка продолжала спокойно сидеть на той же скамейки, наблюдая вместе со мной, как играют другие дети. — Может, поиграем в прятки? — неожиданно предложила она. Я не смотрел в её сторону, делая вид, что мне это не интересно. — Ночью сегодня. Встречаемся в полночь у больших часов в гостиной. — Я ничего не ответил. После девочка встала и ушла.

Лёжа на кровати среди спящих детей, я думал о её словах. Я не мог сомкнуть глаз. Глядя в темноте на потолок, мне мерещились высокие тени, которые мелькали в окнах спальни. Было слышно, как в гостиной начали отбивать часы. Ровно полночь, подумал я, поворачиваясь на бок. Я был убежден, что незнакомка не придёт туда. Тем не менее, тихо встав с кровати, надев ботинки, я аккуратно вышел за дверь. Мне не хотелось разбудить других детей, которые как всегда крепко спали. Я глубоко вздохнул и сделал первый шаг в сторону главной комнаты. Повсюду слышались странные звуки, которые иногда заставляли останавливаться, присматриваясь во мрак. Меня не пугали истории о приведениях и чудовищах. Я больше всего на свете боялся других людей. Воспитатели, преподаватели, директор были куда страшней любого монстра, был убеждён я, практически ежедневно получая какое-нибудь наказание от кого-то из них. Я понимал, что поступаю глупо, доверившись девочке, которую раньше даже никогда не видел. Но в глубине души всё-таки верил во что-то хорошее, чем ещё могли удивить меня люди. Наконец-то с замиранием сердца я завернул за угол, оказавшись в проёме двери ведущей в гостиную. Я посмотрел на часы, но там никого не оказалось. Я оглядел всю комнату, тоже ничего и никого. В очередной раз разочаровавшись, я хотел было уже возвращаться обратно, как вдруг услышал слова, которые донеслись из-за дивана.

— Ты куда? — я остановился, приглядываясь за спинку. Позади дивана увидел ту саму девочку, которая сидела на полу, что-то сжимая в руках. Я присел напротив.