Роман Выговский - Игра без правил

— Нет, мсье Анри, продукты сохранили первоначальную свежесть и готовы к употреблению, — возразила Венус мягко.

— Слух у тебя хороший, — рассмеялся он. — Тогда показывай где что лежит. Или лучше сразу неси.

— Сейчас принесут, мсье Анри.

Из ниши в стене, как голубь из рукава фокусника, вылетел круглый широкий поднос, забавный, с горящими зеленым огоньком глазами. Проворно, со знанием дела диск вертелся между стеллажами, заглядывал в блестящие ящики. Спереди красиво лился ровным потоком голубой свет, отражался от зеркальных крышек сундуков, поднос бегло направлял луч от полки к полке, ощупывал им как рукой. Не успел Анри налюбоваться чудным магическим диском, как тот уже летел к нему с целым праздничным столом на макушке. Широкая спина живого подноса раздвинулась в стороны, и хотя тонкая, как бумага, а держит прочно, как дубовая столешница.

Когда наелся досыта, запахи разом пропадают, их как ветром сдувает, а сейчас, он еще не видя мог сказать, что услужливый диск, несет ему копченую куриную грудку, щедро замаринованную в вине и пряностях. А еще в носу крутит от запаха жареной на вертеле говядины. Он так и видел: мясо покрылось коричневой корочкой, хрустящей, похожей на тонкие вафли, только нежной, истекающей сладким пахнущим соком…

Желудок сжался в кулак и жалобно заурчал, как голодный звереныш, что ищет вымя, в рот набежало слюны, ноздри раздулись и жадно ловили запах жареного мяса.

— Чудеса, — произнес Анри, радостно потер ладони. — Спасибо, конечно, но даже будь я в два раза голоднее — а столько не съем. Тут помощника надо.

Он с нетерпением засучил рукава, приготовился разламывать мясо руками на куски, слушать тончайший и нежнейший хруст поджаренной корочки, а затем смачно и с наслаждением погрузить зубы в горячие, исходящие паром волокна!

Внутри похолодело, когда увидел что лежит на серебристом подносе… нет ни поджаристого мяса, ни копченой куриной грудки, только медная жидкость в стеклянной бутылке похожа на коньяк, а остальное — длинные бесцветные полосочки, похожие на рыбьи животики, но без плавников.

— Это и есть еда? — спросил Анри, недовольно скривил губы. — Так заманчиво пахнет, а выглядит как бесцветное сало!

— Мсье Анри, то, что вы видите и есть еда. Чтобы сохранить первоначальную свежесть и аромат все блюда были, изменены, — ответила сладким голосом Венус.

— Венера, и как мне есть этих змей? Глотать целиком, не жуя? — с сарказмом в голосе спросил он.

— Нет, ничего необычного делать не нужно.

— Да уж, — недовольно буркнул Анри, — ничего необычного. Глотать ломти бесцветного сала, это нормально и обычно.

Он зажмурился, будто в глаза нещадно бьют лучи солнца, широко открыл рот и проворно забросил внутрь тонкую полосочку. Та растаяла во рту как сочный, только что с вертела, кусок курятины.

— Ух, а на вкус самое то! — отозвался Анри радостно. — Хотя выглядит, признаюсь, отвратительно.

Он жадно хватал с подноса одинаковые как капли воды, бесцветные полосочки, аромат забивал ноздри. Ломти хоть и одинаковы на вид, а на вкус одни — рагу с олениной, другие рыба в кляре, третье что — то неизвестное, сладковатое на вкус мясо, чем — то напоминающее устрицы. Одуряющий запах сводил Анри с ума. Он повернулся и перехватил с подноса сразу пригоршню прозрачных ломтиков, ему казалось мясо так и хрустит под его сильными пальцами. Он с наслаждением втянул ноздрями аромат дыма и углей, слюна во рту все бежала и бежала, и он ел, вдыхал приятные запахи яств, и ел. Наконец сытость приятной негой разлилась по телу, запахи сразу померкли, в желудке появилась приятная тяжесть.

— Ох, спасибо за трапезу. Давно я хорошо не ел, хотя ломти эти мне все равно не нравятся. Настоящая курица все равно вкусней, та обжигает пальцы, по рукам течет ароматный сок, а тут хоть и пахнет, пьянит, но чувствуешь себя обманутым. Магия магией, а настоящее все равно лучше!

— Рада, что вы сыты, мсье Анри, — ответила Венус мелодично.

— Да уж, а как я рад, — кивнул Анри. — Веди теперь в арсенал, надо забирать мою саблю и может пару мушкетов прихватить, если есть. Против мертвечины все сгодится.

Он довольно похлопал себя по животу, поднялся на ноги.

— Следуйте за мной, мсье. Арсенал находится в противоположном крыле станции.

Легкой покачивающейся походкой Венус направилась к выходу со склада, Анри поразмыслил секунду: брать или не брать, потом схватил с подноса бутылку с коньяком и побежал следом.

Они пошли по тому же коридору, будто вылитому из стали, казалось шагаешь по стальное трубке, от металлического решетчатого пола так и веет могучей твердостью, он не прогибается под ногами как доски, и блестит в разы ярче любого камня. Мягкий белый свет, плавно льется из светильников на потолке, яркие блики выплясывают на зеркальной поверхности стен, как огонь в костре, сполохи стрелами бегут вперед, вытягивают длинные белые пальцы, тянутся к чему — то там впереди. Анри представлял, сколько труда понадобилось, чтобы построить эту подземную обитель, каким волшебством владели зодчие.

Даже камень уложить и то надо уметь, а создать подобное великолепие, населенное колдовским слугами и стражами, такое под силу разве что богу!

— Венера, кто построил все это? — спросил Анри.

— Транснациональная корпорация «Морган и Стаут», — ответил приятный женский голос.

— А для чего строили? Какая цель? Это укрепление, или тайная обитель?

— Изначально «Транквилити» строилась как жилище на случай войны. Но после попадание некровируса в водоемы с пресной водой, стала убежищем для последних людей.

— Последних? — спросил Анри мрачно. — Ситара говорила, что город давно погиб, я думал, она ошиблась.

— Вы последний из живых, кого я обнаружила за последние две с половиной тысячи лет, мсье, — отозвалась Венус.

— Ушам своим не верю, так что же тут две тысячи лет разгуливают мертвецы? И никого больше нет? — голос Анри дрогнул. — А ты, ты ведь здесь живешь?

— Фактически нет, я лишь смотритель, обслуживающая программа. Я не живой человек. Кроме вас живых организмов нет, если не считать того субъекта, что я задержала два года назад.

— Кого ты поймала? — брови Анри поползли вверх. — Расскажи — ка, поподробней.

Тяжелая темная дверь арсенала разошлась в стороны с зловещим шипением, в глубине темного помещения вспыхнул свет, следом еще, и еще. Яркая световая дорожка проворно побежала навстречу, Анри даже отступил на шаг назад от неожиданности. Пахнуло тяжелым запахом масел и другим, не знакомым сладким. Он развернулся к призрачной фигуре венус и произнес.