Грэм Хэнкок - Узел времён

И он снова дернул поводок.

Леони схватила цепь обеими руками и резко дернула на себя.

— Ты задница, — прошипела она. — Вот что я скажу.

Аполинар зашатался от ее рывка.

Леони немного отпустила цепь, выставив указательный палец правой руки. Она не знала, зачем это делает, но из пальца вырвался поток энергии. У Аполинара расширились глаза, и он снова зашатался, будто от невидимого удара кулаком. Бросил поводок и отошел на несколько шагов назад.

— Значит, у тебя есть сила, — сказал он.

Леони шагнула к нему, он снова отступил. Еще один шаг. Снова отступил.

— Но ты не умеешь ей пользоваться!

Он выпрямил руку и сжал пальцы в кулак. Леони тут же потеряла способность двигаться и упала на гранитные плиты. Не могла ни сопротивляться, ни говорить. Дон Аполинар наклонился над ней и запустил пальцы ей в голову.

Глава 53

Расстояние между двумя группами сократилось до шестидесяти шагов, Иллимани быстро приближались. Бонт не раздумывая ринулся в атаку. Двенадцать против девятерых, но Рия намеревалась изменить это соотношение. Вздрогнув от боли в ребрах, она метнула первый камень, прицелившись в мужчину, одетого в снятую с человека кожу, хлопавшую на его запястьях кусками плоти. Мразь! Кем они себя считают?! Камень попал врагу в голову, и тот упал. Схватив второй, Рия прицелилась в следующего воина, чья шея была украшена ожерельем из отрезанных членов. Камень угодил в нос. Кровь брызгами полетела в разные стороны, воин рухнул на колени, схватившись за лицо.

Когда Рия выхватила третий камень, рядом с ней мелькнула тень. Лигар натянул лук и всадил стрелу в глаз одному из врагов. Воин Клана тут же наложил на тетиву следующую и попал другому в живот. Могучий воин с воплем упал. Третья стрела Лигара вонзилась очередному Иллимани в грудь с такой силой, что наконечник вышел из спины. А Бонт уже подбежал к ним, с невероятной силой размахивая обоюдоострым топором и прорубаясь через врагов, как через кусты. Первому одним ударом снес голову, другому рубанул по туловищу, и из раны хлынул фонтан крови. Потом взмахнул топором в обратную сторону, попав третьему в лицо. Тот отлетел от удара так, что ноги его оторвались от земли.

С отчаянными боевыми кличами трое оставшихся ринулись на Бонта, тесня его и стараясь подобраться к нему так, чтобы он не смог защищаться топором. Лигар метался из стороны в сторону, пытаясь прицелиться, а Рия наконец метнула третий камень, сбив с ног еще одного Иллимани. На ногах остались двое огромных мужчин; у одного были привязаны к волосам члены, а другой украсил свой пояс отрубленными головами противников. Он-то и начал бороться с Бонтом.

Но Бонт, казалось, после исцеления был переполнен новой бурлящей энергией. Бешено заорав, он отшвырнул назад противников, взмахнул топором, держа его обеими руками, и попал одному из врагов в грудь. Второй принялся кружить, делая выпады длинным ножом, но Бонт плашмя ударил того по руке с оружием, прижал выпавший нож ногой к земле и с такой силой обрушил топор на противника, что разрубил тому голову до самого подбородка. В стороны полетели ошметки мозга, осколки костей и зубов.

Воин с грохотом рухнул на землю у ног воина. Бонт триумфально взревел, потрясая в воздухе окровавленным топором.

— КТО ЕЩЕ?! — торжествующе вскричал он.

Ответ на вопрос тотчас пришел. Могучий Иллимани, покрытый буграми мускулов и с головы до ног залитый кровью, держа в руках топор еще больше, чем у Бонта, вышел из прохода между хижинами на главную тропу лагеря, шагах в двухстах к югу от них. Он был лыс, но, будто в качестве компенсации, на его кожаном поясе болтались четыре головы жителей Клана, привязанные за волосы и слепо глядящие открытыми глазами. Головы были отрублены совсем недавно, из них все еще текла кровь. Что-то выкрикнув Бонту на резком гортанном наречии Иллимани, он развязал пояс, отбросив его в сторону, вскинул топор и решительно двинулся вперед, уверенно и угрожающе. Следом за ним из боковых проходов начали выходить остальные воины Иллимани, один за другим.

Рия поняла, что это следующая поисковая группа и их человек сорок. Плотной группой они пошли вперед, а затем, шагах в ста от них, остановились и выстроились в две шеренги.

Лигар выпустил стрелу и попал одному воину в горло. Рия схватила в обе руки оставшиеся два камня и побежала вперед. С восьмидесяти шагов кинула первый, попав в лоб лысому воину. Камень ударил в кость со звонким стуком и отскочил. Непонимающе глядя перед собой, Иллимани постоял, потом уронил топор, глаза его закатились, и он наконец упал.

Рия бежала вперед, а мимо нее со свистом летели стрелы Лигара. На земле оказались еще двое. Третий, получив стрелу в глаз, с воплем схватился за лицо и упал навзничь.

С сорока шагов Рия бросила второй камень и, попав в голову, свалила еще одного противника. Поняв, что слишком удалилась от своих, затормозила шагах в двадцати от врага и достала из-за пояса длинный кремневый нож.

Топая могучими ногами, к ней подбежал Бонт, не выпуская из рук огромного топора. Следом подоспел Лигар, но, мельком глянув на него, Рия увидела, что у него кончились стрелы. Положив на землю лук, он тоже достал из-за пояса нож.

Рядом с ними оказались Бриндл, Оплимар и Джергат, вооружившись подобранным оружием. Джергат держал короткое метательное копье Иллимани и зазубренный кремневый нож, отобранный у убитого Бонтом воина. Оплимар держал в правой руке большой боевой топор, а в левой у него был небольшой томагавк. Бриндл вооружился большой боевой дубиной, из навершия которой торчали острые куски кремня.

Следом встал в строй Вульп. Его длинные седые волосы развевались, а руки сжимали по длинному ножу. Вместе с ним подбежал и смуглый бородатый Бахат, размахивая боевым топором.

Последним подоспел Ротас. Он двигался медленно и с достоинством, держа в руках массивное боевое копье воина Клана с длинным листовидным наконечником.

На мгновение две группы воинов застыли. Тридцать с лишним против девятерых. В полной тишине они оглядывали друг друга, разделенные лишь узкой полосой утоптанной земли. Но вдруг вдалеке, от края стойбища, там, где держали плененных детей, раздался мощный крик остальных Иллимани — тысячи грубых хриплых голосов, в унисон повторяющих одно слово.

Суль… Па!

Суль… Па!

Суль… Па!

От этого имени, особенно выкрикиваемого с такой силой, шел холод по спине. Воины Иллимани прислушались, а потом на их лица, будто снег, свалилось выражение полного безразличия, и, заорав, они ринулись на Рию и ее товарищей.

Глава 54