Побежденные Любовью (СИ) - Цеханович Василина

- Любимая, - муж тяжело дышит, и на его висках появляются капельки пота. Ритмичные мощные движения, от которых у меня кружится голова, вызывают волну удовольствия. Мы не виделись целый месяц и сейчас наверстываем упущенное время.

Лиам отпускает мои губы, чтобы короткими отрывистыми поцелуями пройтись по шее. Торопливые ласки и дикие собственнические движения сводят с ума. Не успеваю придти в себя, как плоть мужа неожиданно покидает мое лоно. Стону от разочарования, но не успеваю возмутиться вслух. Резкий разворот и уже прижимаюсь грудью к стене. Лиам заставляет шире расставить ноги, поспешно задирает сползший вниз подол платья и с яростным толчком врывается сзади. Я с трудом сдерживаю крик.

- Пожалуйста, только не останавливайся, - шепчу холодной стене, пока мужские руки крепко держат за бедра, чтобы сделать движения еще более глубокими и интенсивными.

- Ни за что, - хрипло уверяет Лиам, а затем после особенно проникновенного толчка издает протяжный  стон.

Как же хорошо! Надеюсь, никто не увидит как самая скромная адептка целительского факультета МАКП без стыда и доли стеснения отдается своему мужу в темной нише. Пока все наслаждаются Весенним балом, я погружаюсь все глубже и глубже в порочное удовольствие от близости, которое дарит любимый. Ритм движений становится бешенным. Дикость, страсть, любовь, жгучая тоска - все смешалось в наших душах и телах, желая этого момента единения, чтобы взорваться ослепительным фейерверком. В последний момент закрываю себе рот рукой и кусаю ладонь, пока тело сотрясается от спазмов после пережитого оргазма. Лиам все еще во мне и это безумие. Он позволяет немного передохнуть и возобновляет свои движения.

- Я больше не могу, - бессильно стону от наслаждения и вновь теряю себя.

Руки Лиама незаметно ослабляют шнуровку платья, а затем устремляются к груди. Пальцы ощутимо сжимают полушария, а затем несильно щиплют за соски. Легкая боль и блаженство приносят непередаваемые ощущения. Я вся горю, плавлюсь от страсти и выгибаюсь еще сильнее, позволяя взять себя глубже, дальше, теснее. Любимый дразнит меня и, подводя к пику, замирает. Теряю счет времени и пытаюсь уловить разумом последние крупицы действительности.

- Лиам... аааххх, - неожиданный новый взрыв и муж чувствительно прикусывает правое плечо, одновременно выплескиваясь в мое лоно.

Мы ловим остаточные спазмы и стараемся как можно ближе приникнуть друг к другу. Я до сих пор стою внаклонку и с трудом держусь на ногах. Лиам просовывает руки под моими подмышками, упирается ладонями в стену и беззастенчиво утыкается носом в шею. Оба тяжело дышим, и это особенно волнующе звучит в тишине полутемной ниши. Пытаемся привести в норму сбившееся дыхание и понимаем, что нам мало, очень мало друг друга.

Казалось, простоять так можно целую вечность, но когда одновременно слышим непонятный шорох, Лиам мгновенно натягивает свои штаны и тут же закрывает меня собой.

- Ой, герцог, простите, - раздается торопливый стук удаляющихся каблуков, и узнаю голос леди Солеи - заядлой сплетницы с выпускного курса факультета высшей магии.

Краснею, а затем бледнею, пока Лиам зашнуровывает платье и помогает привести в порядок остальной внешний вид. Его забавляет мое растерянное лицо. Чтобы окончательно смутить меня и выбить из колеи, муж хитро улыбается, затем наклоняется непозволительно близко и коварно шепчет на ухо:

- Забыл тебя предупредить, моя цапелька, с сегодняшнего дня я больше не применяю противозачаточное заклинание.

Это правда? Не решаюсь спросить вслух и внимательно изучаю загадочно-довольное лицо любимого. О Боги, я и не надеялась... Конечно, мне осталось учиться в МАКП еще один год, но мы уже достаточно находимся в браке, чтобы задуматься о детях. Я видела панический страх Лиама перед младенцами. Если своего трехлетнего племянника Дария он лишь недавно стал воспринимать как личность и иногда играть с ним, то от остальных детей муж спасался чуть ли не бегством. Даже король Виттор предупредил меня об отношении герцога Саттэра к этому вопросу, советуя не настаивать и не давить, а теперь наконец слышу такие долгожданные слова... Но готова ли я сама? Наверно да. Я люблю своего мужа и хочу видеть наше с ним продолжение.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

- Надеюсь, ты не против? - уже серьезно спрашивает Лиам. - С первого раза мало у кого получается, поэтому еще не поздно передумать и отложить на год...

Прерываю речь мужа, крепко обнимая его и прижимаясь к груди, где слишком быстро колотится сердце, выдавая истинные чувства Лиама: волнение, сомнение, опасение.

- Я буду счастлива подарить Вам ребенка, лорд Саттэр.

- Другого ответа от Вас я и не желал, леди Саттэр, - меня поцеловали в макушку, и мы нехотя вернулись обратно в зал, пока наше отсутствие не стало слишком уж неприличным.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍ Весенний бал - значимое событие в МАКП. Теперь, когда академию курировала королева Анна, правящая чета вот уже второй год подряд осчастливливала адептов и преподавателей своим визитом. Корнуольское королевство по-прежнему менялось, как и его лучшее учебное заведение. За те года, которые провела в МАКП, я многому научилась. По будням отдавала всю себя учебе, а выходные принадлежали нам с Лиамом. Правда приходилось иногда показываться при дворе, но чаще мы проводили время в Риттон-холле. Лиам попросил меня внести в интерьер нашего дома некоторые изменения. Теперь в поместье стало намного светлее, уютнее, просторнее. Я полюбила Риттон-холл также сильно, как и его хозяина.

- Принесу прохладительные напитки, а потом мы потанцуем, - муж не удержался от невесомого поцелуя в губы и оставил меня у ближайшей колонны.

Я решила пока не подходить к появившимся у меня в МАКП подругам, так как хотела немного придти в себя после случившегося в нише. Наша с мужем страсть не ослабевала, а чувства со временем стали только прочнее и сильнее. Мне было трудно лишь в первый год, когда аристократки прямо на моих глазах флиртовали с герцогом и делали двусмысленные намеки, которые Лиам резко пресекал. Никто не ожидал, что знаменитый ловелас остепенится и будет хранить верность жене. Я достойно отвечала зарвавшимся леди и тем самым обрела весомую поддержку в лице Анны, леди Пиаштри Приам и леди Синтии Денвер. С королевой у нас сложились теплые отношения, какие и должны быть между сестрами. В первое время часто спрашивала у Анны совета, когда слышала очередную сплетню об измене мужа. Я научилась полностью и безоговорочно доверять Лиаму, как и он мне. В МАКП некоторые лорды пытались ухаживать за мной, но супруг быстро поставил их на место.

С королем Тристаном мы виделись редко. Два года назад жизнь отца резко изменилась. Он обрел свое счастье, ведь после нашей с Лиамом официальной свадьбы в Корнуле женился сам. Его третьей женой стала уже немолодая леди, связанная дальним родством с семьей Саттэр. У королевской четы Хогниншем спустя год родился желанный ребенок, который, как по секрету сообщил Лиам, оказался провидцем. Однажды при мне между мужем и Анной произошел интересный разговор. Герцог спросил, что такого наша королева показала Тристану Хогниншему, раз он все же принял наш брак. Анна не стала скрывать и призналась: она видела рождение сына у ришского короля и поспешила раскрыть ему будущее. Мы с Лиамом в очередной раз поблагодарили Анну. Если бы не она и ее решительность, кто знает как бы все обернулось для нас.

Что касается Дарисы, то отец не стал ее казнить или сажать в тюрьму. Лорд Грегстон через неделю после всех произошедших событий изъявил желание жениться на старшей принцессе, даже несмотря на ее поступок. Узнав об этом, Лиам лишь покачал головой и сказал, что умственные способности Ираса Грегстона сильно преувеличены и королем ему все равно не быть. Муж оказался прав. Не успело пройти некоторое время после свадьбы Дарисы и лорда Грегстона, как отец женился. Он не стал церемониться со старшей дочерью и огородил свою жену от нежелательных родственников, отправив чету Грегстонов в отдаленное графство. Там сестре предстояло жить до конца своих дней. На нее наложили печать верности, и теперь Дариса не могла изменять мужу. Это заклинание было под строжайшим запретом и каралось смертной казнью, но порой короли выше любых запретов. Через два года Дариса родила девочку, и Тристан Хогниншем позволил лорду Грегстону вернуться в Ришуй на службу. Отец знал, что ему осталось прожить еще пару-тройку лет, и предпочел держать возможных претендентов на трон как можно ближе. Он собирался сделать наместником своего младшего брата - Ламора Хогниншема, пока новорожденный наследник не достигнет совершеннолетия. В дяде я была уверена, а Анна лишь подтвердила правильность принятого отцом решения.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})