Афет Сариев - До наступления первого Дня

Пришла пора погребальных костров павших своих товарищей. А врагов оставляли кормом голодным хищникам.

На берег натаскали много дров. Сложили целую гору из них. А поверх уложили двадцать два поверженных защитников руров при всем вооружении.

Вспыхнул огромный костер, озарив сумерки рассвета. И все молча дожидались пока не догорит последний уголек.

— Всё! — громовым голосом дал им последнюю команду Сергей. — Забирайте эту кучу тоже и вперед. В поселение.

Через пару часов их встречала у ворот ликующая публика во главе с неизменной пятеркой старцев, неустанно воспевающих своего нового спасителя и благодетеля, Адольфа Гитлера.

Колонна воинов торжественно прошествовала до площади, где бросились их обнимать и поздравлять с победой все, от мала, до велика.

Сергей и Виктор тоже оказались среди всеобщего ажиотажа. Их тоже тискали и поздравляли. Но больше всего им сейчас хотелось просто оказаться в своем доме и как следует выспаться. Им было не до великого пиршества, которое норовили организовать немедленно в честь их сокрушительной победы над северным племенем.

Но как можно отказаться, если вокруг столько энтузиастов праздника. И какое же это празднование, если герои этой войны пошли спать.

Пришлось им совершить над собой насилие и все же поучаствовать.

Быстро вернули на площадь циновки и угощения. Опять завалили всем, что можно было есть. Виктору тоже пришлось еще раз притащить кувшин.

Сергей поднялся и предложил позвать жениха и невесту, чтобы продолжить прерванную свадьбу.

Невесту нашли быстро, но она была, почему-то, растерянной.

— А куда сбежал твой жених? — пошутил Сергей, наливая из кувшина старикам самогона.

— Он с вами не вернулся, — тихо проговорила невеста, но в ушах ее слова прозвучали как набат.

— Что?! — начал вставать с места Сергей. Глаза его тихо-тихо наливались кровью. — Что ты сказала? — повторил он грозно.

Наступила гробовая тишина. Всем стало ясно что именно произошло. А Сергей стоял с полной пиалой и не знал что дальше делать.

Он, молча, опрокинул одним махом целую пиалу самогона и с силой швырнул ее далеко за застолье. Потом, перешагивая через сидящих гостей, вышел с площади и понуро направился к себе в дом.

За ним стали подниматься остальные. Все молча стали расходиться, пока на площади не осталась одна плачущая невеста.

Виктор, когда вернулся, застал Сергея мрачнее тучи, что забросила их сюда.

— Во всем виноваты эти долбаные старики! — процедил сквозь зубы Сергей. — Было бы у них нормальное снаряжение, жертв было бы на порядок меньше. Может, тот парнишка сейчас досправил бы свадьбу…

— Не убивайся понапрасну, — попытался Виктор успокоить друга. — Того, что случилось уже не исправить. Думаю, мы еще не раз столкнемся с подобным в этом мире.

Сергей еще некоторое время прошагал из угла в угол, потом лег на шкуры, отвернулся к стене и, наверное уснул. А может еще продолжал лежать без сна, невольно виня и себя в смерти того, незнакомого им по сути, жениха.

Виктор тоже пристроился на шкуре, закрыл глаза. С камнем на душе нескоро уснул.

Проспали долго. Практически, сутки, потому что рассветало утро следующего дня.

Проснулись с опухшими глазами и при паршивом настроении, но хорошо выспавшись.

Молча позавтракали и, не сговариваясь, прошли сначала к Григорию в кузню.

Там обнаружили все три тщательно отшлифованных шестеренчатых валов, стоящих в углу, возле раскочегаренного горна. Сам Григорий с Пашей завершали ковку уже второго граненного двухметрового отводного блока, а Саша в отдалении шлифовал колеса роликов для них.

Поздоровались с ними, и вновь взялись за прерванные дела.

Все вместе собрали боковые стороны корпуса лебедки, пробили деревянный барабан под крестовой вал, закрепили его дополнительными штырями.

Началась сборка редуктора и барабана.

Поставив валы концами в специально сделанные втулки на боковых стенках средней и одной из крайних трапеций, а катушку — во втулки между средней и другой трапецией так, чтобы крестовой вал вошел в прорези ведомого вала с самой большой шестерней, они всю конструкцию затянули тремя поперечинами, со звездой на верхней перемычке. Подпружиненная звезда села на стопорную шестерню, не давая валу вращаться в обратном направлении.

Оставалось гайками затянуть резьбу на концах поперечин, чтобы конструкция стала намертво жесткой. Для надежности посадили контргайки.

На ведущий вал закрепили рычаг с вращающейся деревянной рукояткой.

Теперь можно было, использовать эту конструкцию как токарный станок, чтобы снимать лишний слой с деревянной катушки барабана, получить заодно ее отцентровку.

Последним вдоль катушки нужно было ровно подавать резак с концом в форме канавки под канат. Для этого Виктор заказывал железный рельс с перпендикулярным ходом такого резака. Теперь пришла пора попробовать его в деле.

Рельс закрепили на полу строго параллельно лапкам лебедки, один из помощников получил команду равномерно вращать рычаг, а Виктор занял позицию с резаком.

Помощник завращал рычаг и катушка немедленно тоже стала вращаться.

Виктор сначала подавал резак, чтобы снять стружки. Час работы и бой ее неоцентрованности пропал. Можно было начинать резать канавку.

Теперь Виктор подавал другой резак, который вел по рельсу так, чтобы каждый прорезывающийся виток канавки ложился рядом с предыдущим.

Работа была нудная и долгая, потому что необходимо было по многу раз ее повторять, все больше углубляя канавку.

Работу остановили только тогда, когда глубина канавки должна была позволить в нее лечь половине диаметра каната.

Виктор посмотрел на часы. Время было за полдень.

— Все готово, — отрапортовал он Сергею. — Лебедка готова работать по назначению. Только конец каната закрепить осталось.

— Пошлем за ним или сами пойдем? — спросил Сергей.

— Прогуляемся.

— Подожди немного. Тут осталось мною недоделанное дело.

Сергей повел Виктора за собой на площадь, где до сих пор под охраной ворот громоздился военный трофей. Необходимо было им заняться.

Сергей у охраны узнал, что его альфа с утра тренируется на поляне.

— Молодцы какие! — восхитился Сергей. — Сами проявляют инициативу. Давай тогда, Витя, сначала перетащим сюда канат, а потом я тут поручу другое дело.

Они вышли на поляну, где их воины сами разбились на пары и интенсивно тренировались в атаке и обороне со щитами и клинками.

Увидев своего командира, они тут же прекратили спарринг и выстроились в ряд, чем вызвали на губах Сергея невольную горделивую улыбку.