Андрей Легостаев - Любовь прекраснее меча

— Как пророчество Радхаура? — спросила она у Елефеды, наблюдавшей в потайную щель.

— Тебя там не было.

Ноги подкосились, она села на пол.

— Беги, пока он не уехал, попроси еще раз, — без особой надежды сказала старшая подруга.

Марьян помчалась, рискуя споткнуться на крутой лестнице и сломать себе шею.

Она догнала его уже на улице, он уже сидел верхом на коне.

— Радхаур, — она задыхалась, говорить было трудно. — Радхаур, возьми меня с собой! Мне нет жизни без тебя!

— Нет, — сказал юный граф и отвел глаза.

Она заморгала ресницами, чтобы сдержать слезы.

— Я не могу, Марьян, пойми — не могу, — с трудом произнес он. Он чувствовал себя виноватым, но уже знал, что если сейчас уступит — будет еще хуже. — Я никогда не забуду тебя, Марьян, клянусь! Но я не могу взять тебя с собой…

Он тронул поводья, спутники ждали его.

Она стояла и смотрела как они уезжает по дороге, ныряющей в мрачный лес, кажущийся заколдованным в ранний рассветный час.

Им предстоял долгий путь в Бретань.

Для Марьян никакого пути не было…

Глава пятнадцатая. МАРЬЯН

«Всю летопись судьбы перелистай

Лист за листом подряд — и прочитай

Все повести любви из века в век, —

Такой любви не ведал человек!»

Далеко друзья не уехали.

Они успевали к отплытию армии союзников и потому щадили коней.

Три или четыре мили проехали молча. Юноши пытались разгадать символы увиденного пророчества. Молча. Успеют еще обсудить и поспорить о верности толкований.

Каждый искал хороший смысл в непонятных пророчествах — что означает обагренный кровью Экскалибурн и сломанный Неустрашимый? Смерть? Или победу над врагом?..

— Сэр Радхаур, обернись! Обернись и защищайся! — услышали они за спиной громкий крик.

Развернув коней, они увидели в неярком еще утреннем свете рыцаря, с которым мельком повстречались в Храме Зверя.

В руке у него был обнаженный меч.

— Я вызываю тебя на смертный бой, сэр Радхаур! Я убью тебя! — кричал он.

Радхаур поправил крепко притороченный впереди него громоздкий ларец с драгоценным сокровищем — головой Алвисида — и потянул из ножен Гурондоль.

Сразу же впереди него оказался Гуул с мечом наготове.

— Прежде чем сразиться с ним, тебе придется убить меня! — сказал алголианин сэру Димерику, резко остановившему коня.

Радхаур понял, что Гуул не даст ему сразиться сейчас, если Радхаур сам того не захочет…

Когда Радхаур, собираясь покинуть Фёрстстарр, готовил коня к походу, к нему подошел воин со смуглым лицом и сказал:

— Здравствуй. Меня зовут Гуул.

Радхаур представился в ответ.

— Ты убил моего младшего брата, — спокойно произнес Гуул. — Парсондху.

Радхаур приготовился к бою.

— Я готов ответить за его смерть, — спокойно сказал он, вынимая Гурондоль.

— Нет.

Гуул положил сильную ладонь на рукоять Гурондоля, останавливая движение Радхаура.

— Что это означает? — удивился юный граф.

— Я не хочу тебя убивать.

«Еще вопрос кто кого убьет, »— пронеслось в голове Радхаура.

— Два моих старших брата погибли, — медленно произнес он, — и когда я встречу их убийцу, я твердо знаю, что сделаю.

— Нет, — снова сказал Гуул твердо, — я не этого хочу.

— Так чего же?

— Ты убил моего брата — ты заменишь мне его.

— Что? — не понял Радхаур.

— Ты заменишь мне брата!

Радхаур все ж освободил меч и сделал наступательное движение.

Гуул ловко увернулся, не обнажая оружия.

Радхаур нанес рубящий удар, Гуул вновь ушел от удара.

Этвард и Ламорак с интересом смотрели на происходящее.

Наконец Радхауру это надоело — Гуул был чрезвычайно ловок, словно неуловимая тень.

— Хорошо, — произнес запыхавшийся Радхаур, возвращая Гурондоль на место. — Я просто хотел посмотреть, каков ты в бою.

— Я так и понял, — улыбнулся Гуул.

Так у Радхаура появился новый спутник.

Гуул сказал, что отказался от алголианского сана. Радхаур не поверил, но промолчал — наверняка верховный координатор приставил к нему, наследнику Алвисида, телохранителя-соглядатая.

Как ни старался, Радхаур не мог услышать мысли ни одного алголианина — все они имели надежную защиту.

Впрочем, на шпиона Гуул не похож — мужественный и опытный боец, он был симпатичен Радхауру.

Радхаур не знал, что Фоор вывел шестнадцать человек из подчинения кому-либо до выполнения священной миссии — возрождения Алвисида. Они подчинялись только себе, даже на помощь друг другу они могли придти только в самом крайнем случае.

Пятнадцать человек не должны были раскрывать себя перед наследником Алвисида, шестнадцатый — Гуул, не должен был надолго расставаться с ним. В случае невыполнения возложенной миссии все шестнадцать должны будут сделать себе Дэлетс.

И ни один теперь не имел права сказать кому-либо, что он алголианин. Они должны были раствориться в рядах бриттов.

— Отойди, — проревел Димерик Гуулу. — Я вызываю сэра Радхаура на смертный бой, если он рыцарь, а не трус!

— Отойди, Гуул, — приказал Радхаур. — В чем причина вашего гнева, сэр? Я должен знать, за что буду убивать…

— Марьян пронзила себе сердце кинжалом, оскорбленная вашим отказом. Я люблю ее и отомщу за ее смерть!

Он взмахнул мечом в решимости начать бой.

Радхаур побледнел, пошатнулся в седле. Но тут же натянул поводья.

— Я возвращаюсь в Храм! — крикнул он спутникам и что есть мочи погнал коня обратно.

На растерявшегося сэра Димерика Радхаур больше не обращал внимания.

Он проклят! Все, кто полюбит его — обречены!

Радхаур гнал коня, чувствуя, как разум покидает его.

— Где она? — проревел Радхаур, врываясь в главный зал Храма, где угрюмо спал Каменный Зверь. — Где она?!!

В зал вошла маджера, посмотрела на него с ненавистью, но произнесла тихо:

— Марьян умерла и теперь душа ее стремится к родной священной горе Самсинсан.

— Я хочу видеть ее!

— Этого не следует делать!

— Проведи меня, — взмолился Радхаур.

В руках он держал большой желто-голубой ларец.

Маджера молча повернулась и вошла в коридор из которого появилась. Радхаур последовал за ней.

При виде Радхаура жрицы судьбы встали и вышли из комнаты Марьян.

Он медленно подошел к постели.

Она лежала с закрытыми глазами, на сером платье расплылось огромное кровавое пятно; кинжал, наверное, уже вынули подруги.

Тепло еще не покинуло девушку, но тело было бездыханно.

Радхаур долго смотрел на нее, потом раскрыл ларец. Стенки ларца опали, освобождая голову поверженного бога.

— Алвисид! — позвал Радхаур. — Сэр Алан, очнитесь!