Уэн Спенсер - Тинкер

— Мы поехали на север в его охотничий домик и… и… — она обвела себя рукой, намекая на превращение, — он совершил надо мной это чародейство. Я проснулась только вчера, уже вот такая. Пони сказал, что Ветроволк, отправляясь по указанию королевы в Аум Ренау, приказал ему охранять меня. С тех пор мы с Пони неразлучны. Ночью он спал на полу моей комнаты. Если вообще спал, конечно.

Мейнард чуть нахмурился.

— Да, весьма велика вероятность того, что ты вышла замуж за Ветроволка.

Приговор Мейнарда совершенно ошеломил ее, лишив способности двигаться и соображать. Мейнард встал, открыл шкафчик с маленьким баром и налил ей чего-то выпить. После неприятности с пивом она с сомнением посмотрела на прозрачную жидкость, но напиток оказался сильным, сладким, обжигающим. Тинкер поняла, что именно эту штуку пили эльфы в анклаве, когда поднимали в ее честь тосты — во время ее свидания с Натаном. Только теперь напиток показался ей гораздо вкуснее.

— Что это?

— Узо. Анисовая настойка. Любимый напиток эльфов.

Она застонала, сообразив наконец: эльфы поздравляли ее с бракосочетанием. Перед лицом Натана! О, какое счастье, что он этого не понял, и какая жалость, что она не знала этого раньше!

— Я только хочу знать, когда я, предположительно, дала свое согласие. — Она имела в виду превращение в эльфа. — По крайней мере, мне кажется, я его не давала. И я знаю, что никакой свадьбы не было.

— Возможно, ты приняла от Ветроволка какой-нибудь подарок? — спросил Мейнард, давая ей ключ к разгадке.

— Ну, он принес мне какую-то странную жаровню. Это когда он меня пометил.

Мейнард потер переносицу, словно пытаясь избавиться от головной боли.

— Полагаю, жаровня и была обручальным подарком. Ветроволк предложил тебе брак — и все, что за этим следует, и ты приняла. Когда он поставил тебе на лоб знак gay, вы, по существу, поженились.

— Вы шутите.

— В эльфийской культуре важны предложение и согласие. Все остальное, как говорят на Земле, — лишь глазурь на торте.

— Так и поженились? Без священника? Без церкви? Без обетов? Без анализа крови? — Нет, это, впрочем, было. По словам Пони, Ветроволк взял у нее анализ крови.

— То, что связано словом чести, является краеугольным камнем эльфийского общества.

— Но я не знаю, хочу ли я выходить за него замуж! А что, если я решу отказаться от этой игры? Эльфы разводятся или нет?

— Честно говоря, понятия не имею, — вздохнул Мейнард. — Прости, но последнее, чего я хочу, так это разрушить семейное счастье вице-короля. Это было бы ужасно для отношений между нашими расами.

— Вы хотите сказать, что не можете мне помочь?

— Нет. — Он стал объясняться. — Я этого не утверждаю. — Он говорил медленно, явно не желая попасть в ловушку и обдумывая каждую фразу, прежде чем ее произнести. — Это очень деликатная ситуация. С одной стороны, мне придется столкнуться с тем, что люди, как на Эльфдоме, так и на Земле, увидят это в самом плохом свете. С другой стороны, любые жалобы могут бросить тень на честь Ветроволка.

— Ну и засада!

— Ветроволк — действующий предводитель клана Ветра в Западных Землях.

Тинкер задело, что она так плохо понимает устройство эльфийского общества. У эльфов есть кланы, касты, домохозяйства и семьи — это она знала, но, как и большинство людей, так и не смогла получить ясное представление об их структуре и взаимоотношениях. Она хранила в памяти информацию о том, что главные кланы носят названия четырех стихий и существуют еще младшие кланы, но все известные ей эльфы принадлежали только к одному клану — клану Ветра. Те же Поднятая Ветром Воробьиха, Яростный Конь, Несущийся Галопом По Ветру и — Волк, Который Правит Ветром. Ребенком она думала, что общее для всех слово «Ветер» обозначает принадлежность к семье. А, оказалось, говорить нужно о клановом союзе — так объяснила ей Тулу; семьи обычно входят в какой-нибудь клан целиком, но это необязательно, и потому большинство членов клана родственниками не являются. Ясно как грязь — говаривал дедушка.

А вот эльфийскому кодексу чести Тулу обучала Тинкер с особой тщательностью. Следовало держать слово, не допуская и мысли о том, что слово эльфа может оказаться менее прочным, чем золотая монета. Малейшее оскорбление способно восстановить против тебя не только эльфа, которого ты оскорбила, но и всех эльфов, являющихся его «владением». Заявление о том, что глава клана бесчестен, оскорбило бы весь клан, а в данном случае всех эльфов Западных Земель.

— Давай начнем с простых вещей, — сказал Мейнард. — Ты любишь Ветроволка? Ты хочешь быть его женой?

Если это простые вопросы, то дело дрянь. Да ей легче представить себя в роли бессмертной владелицы свалки, нежели примерить амплуа замужней женщины. Чем занимаются женатые люди, помимо секса?

Мейнард сидел и ждал ее ответа и ничем не хотел ей помочь.

— Не знаю, — заявила Тинкер наконец. — Раньше я никогда никого не любила. И не знаю, смогла бы я понять, что влюблена, если бы это случилось.

— Но вероятность-то есть?

— Вам было бы легче, если бы я сказала «да».

— Несомненно. Но я не собираюсь закрывать глаза на изнасилование, если оно имело место.

— Нет! — Тинкер заерзала на стуле. — Я могу постоять за себя. Я хотела его. Но просто я не ожидала такого!..

— Я слышал, как ты говоришь на разговорном языке. Чрезвычайно свободно. Возможно, опираясь на твое блестящее знание его языка, Ветроволк подумал, что ты знаешь его культуру лучше, чем это оказалось на самом деле.

— Да, я ее не знаю. Но не могу поверить, что в Договоре нет ничего защищающего от вот этого, — Тинкер откинула назад волосы и показала ему свое ухо. — Неужели у вас нет законов против такого?..

— Мы не знали, что эльфы способны совершить подобное, — тихо сказал Мейнард, — и не смогли этого предусмотреть. Ты пришла сюда с этим? Ты хочешь, чтобы мы применили санкции?

— Нет. Наверное. Это от многого зависит. Мне пока не удалось поговорить с Ветроволком.

— Так зачем же ты пришла?

Тинкер опять поерзала на стуле.

— Странно. Раньше, если бы я раскопала что-нибудь, то рассматривала бы все под углом «я против ЗМА». Что я получу в результате? Не появятся ли у меня проблемы, если узнаю это? Не обрушится ли потом ЗМА на меня саму? Но теперь… Я, наверное, боюсь, что люди подумают, будто я изменила лояльность так же, как уши.

— Что ты узнала?

— Существовали, а может быть, и сейчас существуют природные ворота на Эльфдом. Очень просто: заставляешь магию резонировать на определенной частоте и открываешь норку, которая ведет в другое измерение. Большая часть Западных Земель совершенно не исследована, так что могут существовать ворота, о которых эльфы не знают.