Виктор Исьемини - Все сказки мира

— С кем дела, там же не живет никто?

— Бороды там живут, — ответил Никлис, затем, видя непонимающее лицо Ингви, пояснил, — «бороды» — это северяне так гномов кличут. Я тоже слышал, что гномов из Дырявых Гор повышибли при добром короле Фаларике. Однако, слышь-ка не всех. Кое-кто на дне каменных своих пещер заповедных схоронился. Ну а теперь повылазили и живут. На ту сторону, что к берегу смотрит, понятное дело, носа не кажут, ну а эти пещеры, что к морю выходят — тут они и живут. И с разбойниками морскими торг ведут. У них там в глубинах заповедных, слышь-ка, много чего припрятано. Горы-то чего «Дырявые» зовутся — бороды их же изрыли, что твои кроты. Так там золотишка небось не пересчитать. Но золото они неохотно отдают — больше доспехи, оружие справное.

— То-то мы замечали, что у викингов слишком часто встречается снаряжение гномьей работы.

— Не часто, нет. Сюда, да через Мокрые Камни, не любой сунется. Опасные места, гиблые…

— Да, я слышал… — согласился Ингви.

— Ты, твое демонское, не серчай, но слышать про Мокрые Камни — это не штука. Про них все, кому не лень, врут. А вот своими глазами увидеть! Говорю же — не любой сюда сунется. Ротмар клянется, что «Нивгу» нашу проведет…

Сзади, за спиной раздалось покашливание, покряхтывание, негромкий разговор — экипаж просыпался.

До нынешнего дня «Нивга» шла более или менее широкими проливами между пресловутыми «Мокрыми Камнями» — теперь предстояло углубиться в этот смертельно опасный лабиринт. Чуть позже туман слегка рассеялся, но не исчез совсем — над здешними водами всегда висела дымка испарений, что делало навигацию в этих местах вдвое опасней. Ингви вгляделся в расстилающуюся впереди морскую гладь. Гладь? Вплоть до мягкой стены тумана, насколько можно было рассмотреть, море напоминало лоскутное одеяло — то волнующаяся, покрытая барашками волн поверхность, то гладкая, словно выровненная неким небывалым утюгом, маслянистая… Скрывающая отмель.

Ротмар, взявшийся вести «Нивгу» теперь, распорядился свернуть парус. Шесть человек сели на весла, сам бонд с двумя помощниками стал на носу — они сжимали в руках длинные шесты, которые предстояло пускать в ход в наиболее сомнительных местах. В основном же мореходы ориентировались по виду поверхности воды — высока ли волна… Рассмотреть за бортом, глубоко ли, было невозможно — мутная вода, несущая неопрятные бурые лохмотья водорослей, была совершенно непрозрачна. Время от времени рядом с кораблем возникали странные буруны и воронки, что-то, невидимое в тумане, мощно плескало где-то неподалеку… Стали попадаться выступающие над водой проплешины островков — словно лысины легендарных подводных жителей-великанов, обрамленные шевелюрами водорослей, постоянно неприятно шевелящихся. Все вокруг было мокро, промозгло и очень зловеще. Тишину нарушал лишь плеск воды о борт суденышка да скрип уключин. Если верить сказке — «Нивга» сейчас шла между камнями, некогда бывшими склонами и вершинами Отвесных гор и заброшенными сюда Гангмаром в результате одного из его чудовищных экспериментов над ликом Мира.

Ингви и его друзья, как и подобает сухопутным крысам, замерли, стараясь не мешать мореходам. Никлис, стоящий у руля, напряженно прислушивался, боясь пропустить указание Ротмара, время от времени отдаваемое стариком вполголоса…

Однажды путешественники увидели, как с соседнего островка в серую воду прянуло огромное гибкое тело — без брызг, но подняв заметные волны. Ннаонна клялась, что рассмотрела змеевидное тело и хищную пасть, полную зубов — каждый как хороший кинжал.

— Что это было? — шепотом спросил Ингви у Никлиса.

— Болтают, конечно, о Мокрых Камнях всякое, — пожал плечами тот, — да я стараюсь не верить.

Наконец гора Второй Гром, которую оставили по правому борту, совершенно растаяла позади в тумане, Ингви даже не заметил — когда именно. «Нивга» с черепашьей скоростью ползла между отмелями и островками. Демон прислушивался к своим ощущениям — фон маны рос день ото дня. Мир становился все ближе.

На четвертые сутки «плавания наощупь» туман перед носом «Нивги» поредел, затем расступился совсем — на горизонте маячила неровная зубчатая кайма Дырявых гор.

— Слава Морскому царю, добрались, — истово вымолвил Ротмар, утирая пот, — теперь все проще будет. Ежели, конечно, с бородами договоримся.

Все приободрились, особенно пассажиры — еще бы, ведь мало приятного в том, чтобы просто сидеть, ждать… и знать, что от тебя не зависит совершенно ничего. Теперь и от них может быть толк — Кендаг достал точильный камень и вновь взялся за свои клинки, Филька занялся луком, который во время плавания по Мокрым Камням заботливо упаковал от сырости.

Ингви, как и прежде торчавший у руля с Никлисом, принялся расспрашивать того о проливах между отмелями и материком.

— …Ежели Ротмар не напутал ничего, — стал объяснять медлинг, — это Яблочный пролив. Здесь когда-то корабль затонул, который яблоки вез в Энмар. Туда, к югу, опять, слышь-ка, Мокрые Камни к самому берегу подходят — там пролив Щитовой, корабль со щитами, значит, там на дне упокоился. Но туда нам не надо. Решать опять же Ротмару, но, думаю, он прямиком в Гномову Пристань нас наладит плыть.

Точно в ответ на эти слова с носа прихромал старый бонд и принялся рассказывать Никлису, куда править теперь. Бывший воришка не ошибся — плыть предстояло в место, называемое Гномова Пристань и лежащее к северу от Яблочного пролива. Ингви слушал их разговор вполуха — он жадно впитывал ману, которой здесь уже было изрядно — то есть вполне достаточно для приличного заклинания…

Гномова Пристань оказалась обширной бухтой, довольно удобной для стоянки небольшого флота, возможно, именно здесь собирались барки гномов в Дарвермскую войну, когда король Дырявых гор Дарверм Моряк затеял первую и последнюю в истории своего народа морскую авантюру. Неуклюжие барки его флота сгорели у берегов Энмарской области, а сам он сложил голову на залитой кровью городской улице — наверняка там, где сейчас стоит одна из безымянных красных стел.

Так или иначе, «Нивга» бросила якорь у берегов Гномовой Пристани, где узкий пляж, покрытый круглыми, обточенными волной, камешками почти сразу переходит в крутые уступы горного хребта. Ингви, задрав голову, оглядел серые склоны — ничего примечательного, камни как камни, разве что чернеет несколько входов в пещеры, так это ведь именно Дырявые горы. И кто теперь разберет — вытесаны пещеры руками гномов или ветром, водой и временем?

— Ага, следят, голубчики, — удовлетворенно объявил Ротмар и разгладил усы, — ну, молодцы удалые да храбрые, кто пойдет с бородами сговариваться?