Виктор Исьемини - Под знаменем Воробья

Постепенно, ближе к ночи, зал стал заполняться солдатами. Многие потянулись в угол чародеев и стали пристраивались поодаль в ожидании начала схваток. Ингви тоже перебрался поближе и занял позицию в тени рядом со столом, вокруг которого расположились участники. Шортиль был тут как тут — и начал объяснять демону условия. Сами соревнования заключались в следующем — каждый колдун сотворял некое маленькое магическое существо, которые затем вступали в схватку между собой на столе — под азартные крики зрителей и пыхтение сотворивших их чародеев. Ролох Белый и здесь выступал в качестве арбитра. В его задачи, в частности, входило принимать или отвергать предоставленных магами «участников боев». Для этого у него имелся специальный костяной стаканчик. Тонкость состояла в том, что этим стаканчиком маг должен был накрыть магическую зверушку целиком. Такова была традиция — теоретически все твари должны были быть одного размера. Впрочем, маги научились обходить эти требования. К примеру, Ингви заметил, что один из колдунов сделал что-то паукоподобное. Довольно крупная тварь проворно просеменила на восьми тоненьких лапках к Ролоху и, остановившись перед стариком, ловко скрючилась, подобрав под себя худые голенастые конечности. Словно стала втрое меньше размерами. Ролох легко накрыл зверушку стаканом и кивнул. Черный паук, едва его освободили, потянулся и победоносно прошагал на своеобразную арену.

Другой маг создал, напротив, компактное зеленое существо с короткими толстенькими ножками и ручками — точно по размеру стакана. Его творение, выглядящее неуклюжим и малоподвижным, отличалось, несомненно, большей силой, нежели «паук». Шортиль, вновь оказавшийся подле Ингви, принялся объяснять, что эти звери — не иллюзия.

— …Совершенно реальные телесно! Более того, все эти крошечные монстры обладают полной свободой воли — вот в чем соль, — воодушевленно шептал маленький колдун.

— А они не сбегут?

— На них наложено соответствующее заклятие, — пояснил Шортиль, — и они не могут покинуть стол. За этим тоже следит Ролох… О, смотри, сейчас будет самое интересное!

К столу приблизилась колдунья, завернутая в свои коконы. Она (как и другие) положила на стол сложенные коробочкой ладони, затем убрала — на столе осталась крошечная фигурка, изображающая обнаженную женщину. На миниатюрном существе не было никакой одежды, за исключением плотной маски, скрывавшей лицо. Создание обладало прекрасной фигурой с довольно пышными формами.

— Да, забавно, — согласился Ингви.

— Суть в том, что магическому творению можно придать любую форму — и наделить силой независимо от внешности.

— Я понимаю.

— Вот! Эта бабенка, — Шортиль имел в виду кроху на столе, — достаточно сильна, поскольку ведьма Табо обладает приличными способностями. И ведь до чего ловко сообразила — всем позарез хочется сорвать с нее маску.

— Естественно, — ухмыльнулся Ингви, — ведь больше с нее сорвать нечего.

— Ну да. А ничего у Табо получилось, а?.. Вот… И теперь все засматриваются на эту девочку, так как свобода воли — она, конечно, имеется, но эти чудища все же созданы людьми и ничто человеческое им не чуждо! А на такую ведь любой засмотрится… А она — стоит только на миг расслабиться — раз и все! И еще никому сорвать маску не удавалось. Хотя пытаются все, — Шортиль почесал в затылке и вздохнул, видимо ему очень хотелось сделать это самому, — Энгер назначил награду, Ролох назначил награду, сама Табо тоже обещала… гм-гм…

— Я кажется понял, — Ингви ухмыльнулся еще шире, он действительно понял, — вот только стоит ли игра свеч? Ведь эта Табо, по-моему, всегда носит кучу одежды, в отличие от своей малышки? Кто знает, что там внутри?

— Верно, но она объявила, что обеспечит тому, чей чемпион сорвет маску — обещала ночь любви с любой бабой или девицей в Ренпристе, так-то! Ну, если, конечно, победитель не польстится на нее. А что, мастер Воробей, не соблазняет ли тебя этот приз попытать счастья самому?

— Не знаю, не знаю, у меня есть кое-какие заготовки, — Ингви принялся задумчиво вертеть на пальце перстень с кусочком янтаря, — но сначала я бы хотел поглядеть, как происходят сами бои… А ты, Шортиль?

— Нет, сегодня я не стану пытаться. Слишком сильные собрались соперники. Мне, пожалуй, никого из этих троих не одолеть…

Тем временем порядок «боев» определился и Ролох своим мощным голосом объявил:

— Сегодня у нас три участника. Поскольку чемпион мастера Табо всем хорошо известен и признан сильнейшим — сперва пусть померяются силами двое других. А уж кто победит из них — тому и продолжать с этой… хе… дамочкой… Делайте ставки, мастера! — это он обратился к солдатам, которые уже давно ждали приглашения…

ГЛАВА 34

Ты поймешь, что узнал,Отличил, отыскалПо оскалу забралЭто смерти оскал.

Ложь и зло — погляди,Как их лица грубыИ всегда позадиВоронье и гробы…

«…Поначалу, конечно, все было тихо. Некоторое время после того, как попы наложили на мое владение проклятие, нас никто не беспокоил. Но довольно скоро на границах стали появляться какие-то шайки. Иначе, как шайками, я их назвать не могу. Отряды в несколько десятков скверно одетых и кое-как вооруженных бандитов то и дело налетали на могнакские приграничные поселения с территории Болотного Края и Лавсайна. Я велел укрепить поселения, поставить в них вооруженные гарнизоны, а жителям предложил переселиться вглубь страны — благо много земли в Могнаке уже к тому времени пустовало… Разумеется, бандиты, что появились на окраинах — это еще не было началом нашествия. Эти подонки — младшие сыновья «знатных» родов, беглые рабы, скрывающиеся от правосудия преступники — надеялись обогатиться либо заслужить прощение властей, нападая на Могнак. Что ж, их ждал суровый отпор. Я сам с лучшими магами могнакского двора отправился на северо-западные границы моих владений. Мы перебили и казнили около сотни негодяев — остальные устрашились. Должен заметить, что я действовал жестоко и беспощадно, ибо насмотрелся на то, что оставалось в окраинных поселениях после их набегов. Мерзавцы угомонились на некоторое время и стали распускать слухи о моей жестокости. Это меня волновало еще меньше, чем недавно — угроза их набегов, но настораживало другое. Бандиты появлялись с территорий моих добрых соседей — и в случае неудачи укрывались там. Соседям, принцу Болотного Края и королю Лавсайна — я послал письма с требованием прекратить давать приют бандитам — они казнили моих посланцев. Да, на Могнак было наложено проклятие — и по отношению к нам не действовали законы о границах, разбойниках и неприкосновенности послов…