Ольга Кузнецова - Девочка на холме

Но удивило меня даже не это. Девочка — так меня называло только одно живое существо в этом мире, и, когда незнакомец произнес это слово, меня точно током ударило, и от неожиданности я испуганно вздрогнула.

Сердце колотилось где-то в горле, а от волнения сперло дыханье. Я все ждала и ждала того, что произойдет следом и, наконец, предрешит мою судьбу.

Но время, казалось, как будто нарочно решило в этот момент остановиться.

Мягкие пальцы потянули за края нацепленной на мои глаза повязки, и я тут же зажмурилась от резко попавшего в глаза солнечного света. Лента окончательно соскользнула с глаз и заструилась по плечам, упав, наконец, на промерзлую землю.

Несколько долгих секунд я просто привыкала к свету и изумленно хлопала глазами, пока не смогла нормально глядеть на окружающий мир. Хотя, если честно, лучше бы я осталась с закрытыми глазами.

Надо мной возвышался эльф — не такой высокий, какими были ледяные эльфы, но грозности и серьезности, сквозивших в его лице, его белоснежным сородичам было у него не занимать. Темные волосы, чуть ниже положенной длины, пустые черные глаза и матовая, почти фарфоровая кожа. На эльфе была черная одежда — от макушки до пяток на его теле не проглядывалось ни одного светлого пятна: черные удобные сапоги из мягкой кожи, черные льняные брюки и свободный плащ с капюшоном; за спиной — кто бы сомневался — настоящий арбалет. Это тебе не согнутая палка с натянутой тетивой, которая по сравнению с этим мощным оружием казалась просто детской игрушкой.

Я смотрела на незнакомца долго и неотрывно — сказывался запоздалый шок. Только затем, поняв, что изучаю своего похитителя слишком пристально, я смущенно отвела взгляд.

Во мне взыграла моя женская сущность — каким бы злодеем не казался этот эльф, он был божественно красив и, к тому же, выглядел гораздо человечнее, нежели белые эльфы: кончики ушей не такие острые и пальцы, как я уже успела заметить по приятным прикосновениям, аккуратные и длинные, но не такие неестесственно длинные, как были, например, у Теда.

"Ну, давай, дурочка, пялься на него", — укоряла я себя, немного разозлившись. — "Тебе не хватало одних приключений, как тут же понадобились другие. Как романтично — умереть, ослепленной красотой своего убийцы!"

Между тем эльф принялся заботливо развязывать ленты, стягивающие запястья и лодыжки. Можно было подумать, он не участвовал в их завязывании! Хочет обвести меня вокруг пальца, войти, так сказать, в доверие. Ну нет, со мной этот фокус не прокатит!

Мысленно я дала себе звонкую пощечину, чтобы не дать себе забыться. Красавчик-красавчиком, но вы же в курсе, как мне всегда не везло с парнями, что уж и говорить о том, какая участь постигла моего бывшего… Хуже наказания, чем повесившаяся ему на шею Стеф, и вовсе не придумаешь. Хотя мне уже давно надо было перестать злорадствовать по этому поводу — меня тут, вот, в жертву хотят принести, а я думаю о каких-то там мальчиках. Нашла себе вопрос тысячелетия!

Ну, давай, Джинни, скажи что-нибудь умное, я в тебя верю.

— Любишь пускать пыль в глаза? — наконец, выдавила я, и эльф поднял на меня удивленные темные глаза. — В смысле, делаешь вид, что пришел тут — весь из себя — рыцарь в блестящих доспехах и начинаешь операцию "освободи принцессу"? — Я продолжала говорить, с каждым словом все больше и больше распаляясь. Робость перед "заморским принцем" таяла как эскимо, забытое в парке на скамейке в жаркий солнечный день. — Ну, нет уж, увольте. Хочешь растерзать меня во славу звездам — вперед! Или если хочешь сделать из меня жаркое, пожалуйста, не тяни, а то я сама жутко голодная.

Моя пламенная речь быстро подошла к концу, и, несмотря ни на что, в этой битве я чувствовала себя победительницей. Пять баллов тебе, Джинни, и первое место на конкурсе идиоток.

— Ты считаешь, я хочу сделать из тебя жаркое? — просто переспросил эльф. Он говорил без выражения, без интонации — равномерно, как монотонное радио.

Не ожидая подобного вопроса, я сдавленно кивнула и краем глаза поймала на себе взгляд стоящей в сторонке твари. Вот уж про кого я успела забыть и кто действительно был бы не прочь мной закусить.

— Давай сделаем так, девочка, — предложил незнакомец, — ты не задаешь глупых вопросов, а я на них не отвечаю. Согласна?

— Я тебе не девочка, — огрызнулась я, только потом сообразив: где-то и кому-то я уже это говорила.

— Значит, договорились, — добродушно подытожил эльф и помог мне подняться с земли.

Больше всего мне хотелось оттолкнуть его, но я была не в том состоянии, чтобы отказываться от помощи: все тело ныло так, будто я пробежала без остановки несколько миль.

Прячущаяся в тени кустов Черная тварь озлобленно щелкнула зубами, едва я более-менее твердо встала на обе ноги. Да уж, с этой черной мразью мы точно никогда не будем заключать соглашений: у этих существ другие принципы, так что либо ты его — либо оно тебя.

— Отлично, — фыркнула я скорее себе, чем ему, отряхивая льняную тунику от грязи. Видок у меня был еще тот, если не брать в расчет разъяренное выражение лица: я до сих пор не могла простить этим двум проходимцам, что они осмелились огреть меня чем-то тяжелым по голове и утащить в…

Кстати, где я?..

Удивленно оглянувшись, я поняла, что нахожусь уже не в предгорье, где и земля, и деревья были припорошены снегом. Время года сменилось прямо на глазах, и теперь вокруг меня было что-то вроде ранней осени, но без всякой там грязи и бездонных луж. Вполне себе обычная осень с пожелтевшими листьями и чуть-чуть размягчавшей почвой, от которой шел приятный запах сырости.

Единственное, что не изменилось — это температура: было по-прежнему тепло, дул легкий ветерок. В этом мире менялась только видимость погоды, тогда как сама она оставалась неизменной.

Но главным было не это — если сменилась погода, то должна была смениться и территория, в которой я находилась. Я судорожно принялась вспоминать, в какой стороне от дуба располагалась осень, но в голову ничего путного не лезло, потому что я была слегка не в себе, когда меня спасал от гадких теней черный жеребец. Как выходит, зря спасал.

— Где я? — Я задавала вопрос тоном жестким и требовательным. Мне было некогда играть с этим мужланом в детские игры.

— Далеко, — неопределенно ответил эльф и задиристо растянул губы в ядовитой полу-ухмылке. По-видимому, ему доставляло изрядное удовольствие издеваться надо мной.