Екатерина Бальсина - Ведьма его величества

Эдрик, заметив мрачное выражение моего лица, подъехал к нам поближе, наградив вздумавшего оскалить на Сая зубы демонопса мощным ударом между ушей.

— Что-то не так? — беспокойно осведомился барон. — У вас лица прямо-таки похоронные.

— Готовимся к горячей встрече с местным населением, — усмехнулась я и рассказала Эдрику про наши приключения в этой местности.

— Со мной вам нечего бояться, — выслушав мою историю, произнес барон. — А с этими крестьянами я побеседую лично и объясню, что именно произошло. Моему слову они поверят.

Будем надеяться, подумала я про себя. Исчезнувший без следа Ворон не давал мне покоя. Чувствую я — он еще попьет моей кровушки.

Как я и предполагала, в деревушку мы въехали где-то в районе обеда. Нам навстречу высыпала большая толпа народа, предводительствуемая нашим знакомым кузнецом. Увидев нас, едущих в окружении вооруженных стражников, толпа радостно загомонила:

— Поймали убивцев-то!

— Вот они, сволочи! Таких людей сгубили!

— И ведьма, ведьма тоже здесь. Ишь, не помогло тебе твое колдовство супротив его светлости!

Когда Эдрик осадил своего демонопса, толпа дружно грянула:

— Слава его светлости! Слава!

Эдрик обвел всех присутствующих тяжелым взглядом и громко сказал:

— Где староста?

Вперед выбился маленький плюгавенький мужичонка. Глядя на такого, сроду не скажешь, что он способен чем-то управлять.

— Я здесь, ваша светлость, — раболепно кланяясь, пролепетал староста.

— Я слышал, что не так давно в местной таверне произошло зверское убийство, — прямо заявил Эдрик. — И что в этом убийстве обвинили вот этих двух людей.

Барон наставил на нас указующий перст. Я на всякий случай покрепче прижалась к Мороку.

— Так точно, ваша светлость, — заторопился староста. — Они это и есть. Ведьма и разбойник. Вечером с трактирщиком поругались, а утром — глядь, а в трактире все мертвые. А эти драпают со всех ног.

Эдрик недовольно нахмурился.

— Кто-нибудь видел, как они заходили в трактир?

Я негромко крякнула. В таверну заходила я, правда, там уже все были мертвы до моего прихода. Но если хоть кто-нибудь заметил, как я выходила из здания, это равносильно тому, как если бы я сама призналась в убийстве.

К моему облегчению, все присутствующие отрицательно замотали головами. Слава Богам, кажется, никто меня не видел.

— Тогда почему же вы решили, что эти двое виновны? — грозно осведомился барон.

— Так это…, - растерялся мужичок. — Сказали нам так. Мол, они это, больше некому. Не мы же сами своих же порешили?

— Кто сказал? — Эдрик только что не сделал стойку как охотничья собака, почувствовавшая дичь.

— Так этот, как его, Маврик сказал. Маврик, ты где? Иди сюда, его светлость желает тебе пару вопросов задать.

Однако Маврика, того самого приблудного парня, который так старательно в прошлый раз натравливал на нас толпу, давно уже и след простыл. Он был далеко не дурак и сразу понял, что барон на нашей стороне, а стало быть, быстро докопается до сути дела.

— Вот вам и ответ, кто истинный убийца, — довольно прогудел Эдрик. — Сам преступление совершил, а на двух ни в чем не повинных проезжающих мимо людей все свалил. А когда жаренным запахло, так сразу сбежал.

Толпа озадаченно примолкла. С одной стороны, бегство Маврика вроде бы подтверждало слова барона. С другой стороны, вот они мы, совсем рядом, а дровишки на костер поганой ведьме давно приготовлены.

— Так ведь…, - заикаясь, начал староста. — Как это… То есть…

— То есть эти двое ни в чем не виноваты, — ледяным тоном отрезал Эдрик. — Более того, если хоть один волос упадет с головы моего брата и его женщины, я сотру вашу деревню с лица земли. Все равно толку от вас никакого. Хлеб всегда гнилой поставляете. И мясо тухлое.

— Так, ваша светлость, — стремительно бледнея, заныл староста. — Год неурожайный был. И скотина болела сильно…

Тут до него полностью дошли слова барона.

— Это ваш брат? — едва дыша от нахлынувшего ужаса, выговорил мужичок. Толпа ошарашено молчала, с изумлением разглядывая нас с Мороком. Признаться, от этих взглядов мне стало совсем не по себе.

— Да, — величественно ответил Эдрик. — А теперь, раз уж мы выяснили все недоразумения, нам не мешало бы отобедать. А если ты опять скажешь, что год был неурожайный, я лично пройдусь по всем амбарам и посмотрю, что ты там хранишь на самом деле.

Староста побледнел еще больше и попятился задом, непрерывно отвешивая поклоны.

— Сию минуту, ваша светлость. Прошу за мной. Сейчас будет обед. Сию секунду.

Толпа плавно расползалась по домам. Свою пищу для сплетен они получили и выглядели весьма довольными. Вскоре на улице из всех селян остался лишь один кузнец. Мужчина подошел к нам, совершенно не опасаясь вооруженной охраны.

— Рад видеть вас обоих живыми и здоровыми, — весело усмехаясь, пробасил он. — Может, отобедаете у меня по старой памяти? Или теперь дом кузнеца не слишком хорош для таких важных господ?

— Вот еще, — фыркнул Морок. — Ты и сам прекрасно понял, что это брат мой барон, а я простой человек и вполне могу обходиться малым. Так что веди нас в свой дом, кузнец. Мы ведь тогда так и не успели отблагодарить тебя за твою помощь.

И мы отправились уже знакомыми улочками в дом кузнеца. За нами потащились четверо стражников, которым было строго-настрого приказано не спускать с нас глаз во избежание какой-либо беды.

Кузнец, наконец представившийся нам Тереком, выставил на стол вареную курицу с картошкой и смачную соленую капусту, от одного запаха которой начинала бешено выделяться слюна. Сай получил пару увесистых мослов и с удовольствием хрустел ими под столом. Мы же уминали за обе щеки предложенное угощение и слушали обстоятельный рассказ кузнеца.

По его словам выходило, что сразу после нашего спешного отбытия Маврик развил бурную деятельность по сбору доказательств нашей вины. В конце концов пронырливый малый так всех запутал, что сам Терек тоже начал склоняться к мысли о нашей виновности в произошедшем. Единственное, что его смущало, так это то, что он не слышал, чтобы мы ночью покидали его дом, несмотря на чуткий сон. А поглядев на тела, местный лекарь сказал, что они давно уже мертвы, еще с вечера. Впрочем, благоразумный кузнец не собирался вставать на пути у разъяренной толпы, напрасно пытаясь доказать нашу невиновность. А в том, что мы больше сюда никогда не вернемся, он нисколько не сомневался. Тем большим было сегодня его удивление, когда он увидел нас обоих верхом на чудесной зверюшке в окружении стражников барона.