Девочка и луна - Марк Лоуренс

— Что ты… — Мали раздраженно оборвала вопрос. Она прищурила глаза на послушницу и произнесла тоном, который позволял ей продолжать участвовать во всей этой путанице: — Где Сестра Сова?

— Я ее знаю! — Послушница ухмыльнулась и указала за спину Мали.

Мали обернулась и увидела то, что и ожидала увидеть. Пустая комната.

— У меня нет на это времени. Ты дашь мне прямой ответ, или, клянусь, настоятельница…

Послушница пробежала мимо нее, явно нервничая.

— Она здесь! Здесь! — И приложила руку к портрету на стене, рядом с дверью, через которую вошла Мали.

Мали последовала за ней.

— Это она! — Мали сморгнула внезапные слезы. Большие глаза Сестры Сова смотрели на нее с мягко улыбающегося лица. Молодого лица. В пространстве над головой два бестелесных глаза смотрели на мир серым всеобъемлющим взглядом. И граничащая со всем этим тьма, наполненная крыльями и перьями. — Но они не рисуют тебя, пока ты не умрешь… — Она приложила руку к картине. — О… Кровь предков… Я старая. — Она поднесла руку ближе к лицу. Это были кости, покрытые морщинами. Даже смуглая кожа казалась покрытой пыльно-серым налетом. — Я старая.

— Вы… вы в порядке, Госпожа Путь? — неуверенно спросила девушка. — Мне позвать Сестру Розу?

Мали вытерла слезы. Она не была уверена, были ли они для Сестры Сова или для нее самой.

— Госпожа Путь? — повторила девушка обеспокоенным голосом. — Может быть, вам нужно присесть? Я сбегаю за стулом. — И она исчезла, грохоча вверх по лестнице со скоростью, на которую Мали не могла и надеяться.

Глядя на портрет Сестры Сова, Мали внезапно наполнилась страхом и почувствовала себя более одинокой, чем когда-либо в своей жизни:

— Помоги мне, сестра. Я заблудилась и не знаю, что делать.

Как только она это сказала, дверь рядом открылась, и на пороге в обрамлении света появилась послушница.

— Яз! О, Яз! Слава всем богам! — Мали произнесла свое богохульство на северном лед-языке, потянувшись к своей подруге. Девушка быстро отступила назад, ее лицо застыло, как от удара.

— Госпожа Путь? — Она пристально вгляделась в глаза Мали. — Откуда вы знаете этот язык? Откуда вы знаете это имя?

— Это я, Яз. Мали. — Мали снова потянулась к ней. Это была Яз. Глаза Мали, может, и были старыми, но не настолько плохими. У девушки была такая же широкоплечая фигура, та же медная кожа, те же широкие скулы. Лед-девушка. Икта.

— Меня зовут Зоул, — ответила девушка на зеленом языке. Момент сомнения, пробивший брешь в ее броне, прошел. Теперь к ней вернулось самообладание, она снова надела маску, и не казалась ни удивленной, ни испуганной.

— Я… — Мали запнулась и опустила руку. Девушка была точной копией Яз, но она не была Яз. Ее глаза были черными, такими черными, что с трудом можно было отличить радужку от зрачка. Как она не заметила этого с самого начала? Это не Яз. Мали могла видеть, что эта девушка гораздо более сдержанная, чем Яз и настолько безэмоциональная, что, если бросить беглый взгляд на нить-пейзаж, можно подумать, что ее там вообще нет.

Другая девушка вернулась со стулом в руках. Она поставила его и попыталась усадить в него Мали:

— Сестра Сковородка, пожалуйста. Помоги мне, Зоул. Ей следует сесть.

Зоул не пошевелилась:

— Сестра Сковородка — воин, Сулери. Она садится, когда и где захочет.

Вера Зоул укрепила дух Мали. Девушка, может и не Яз, но их объединяло нечто большее, чем внешность. Это сделала время-звезда. Каким-то образом Мали перебросило на десятилетия, в свое собственное будущее. Казалось, прошло лет сто, судя по тому, насколько хрупкой она была. — Пойдем со мной… Зоул. Ты, Сул…

— Сулери, сестра. — Девушка выглядела обиженной. Возможно, Мали была ее учительницей в течение многих лет.

— Да, дорогая. Я стара, и иногда мой разум ускользает. А теперь беги.

Послушница взглянула на Зоул, словно ища подтверждения, и поспешила к ближайшему выходу.

Мали повернулась и направилась к ступенькам. Она нашла их трудными, но Зоул не предложила никакой помощи, и Мали обнаружила, что, если она будет двигаться гораздо медленнее, чем ей хотелось бы, сможет сносно подняться. Во мраке спиральных ступеней Мали было трудно отгородиться от отраженного мира, в котором она шла по Пути; тот вспыхивал, раскаленный добела, в каждом месте, куда она ступала.

На трети пути вверх Мали остановилась передохнуть. Она снова изучала Зоул в полутьме:

— Ты невозмутимая, послушница.

— Да.

— Икта? — спросила Мали на лед-языке крайнего севера.

В ответ Зоул посмотрела на нее, глаза девушки были похожи на черные камни:

— Я не говорю о льде.

Мали поджала губы и кивнула.

— Тогда не Кас-Кантор. По моему ограниченному опыту, их трудно заставить замолчать. — Она продолжила подъем.

Сестра Сова показала Мали путь в первую из трех, по слухам, скрытых комнат в башне. Комнаты, в которые можно было попасть, только пройдя сквозь стену. Теперь, вместо сплошных стен, Мали видела только открытые арочные проходы, ведущие в каждую из украшенных сигилами комнат. Она выбрала третью, самое дальнее место в башне, место, где никогда раньше не была.

— Следуй за мной, Зоул. Близко. — И она шагнула внутрь.

Сигилы, покрывавшие стены третьей комнаты, были более сложными, чем в двух других, а на полу стоял сундук с бочкообразной крышкой. Она вспомнила, что он принадлежал Сестре Сова и догадалась, что унаследовала его от нее. Мали обернулась и обнаружила, что Зоул стоит позади нее, скрестив руки на груди. В сиянии сигилов глаза послушницы вспыхнули неожиданными эмоциями.

— Ты знаешь обо мне, Зоул?

Послушница кивнула.

— Я имею в виду: ты действительно знаешь обо мне?

Зоул снова кивнула, сжав губы в бескровную линию.

— Откуда?

Зоул покачала головой. Жесткий, быстрый отрицательный ответ.

Это пришло к Мали в момент прозрения, в момент странного синего света и воспоминания об улыбке на картине Сестры Сова. Та самая улыбка, которую Сова дарила ей по крайней мере раз в день в течение многих лет. В основном, когда думала, что Мали не смотрит.

— Яз. Это была Яз, не так ли? — Она помолчала. — Мне было предсказано.

И — что было более удивительно, чем любой ответ, положительный или отрицательный, — Зоул, которая даже при этом кратком знакомстве производила впечатление высеченной изо льда, разрыдалась.

27

Яз

— СЛЕДУЙТЕ ЗА МНОЙ. — Атоан вывел Сестру Сова и двух ее подопечных из своего кабинета.

— Я встречу вас наверху. — Жена Атоана поспешила прочь в вихре фиолетовых одежд.

Яз забеспокоилась, что женщина, возможно, собирается предупредить того, кто посадил Теуса в тюрьму, но что она могла сделать?