Кэтрин Куртц - Камбер-еретик

Рука Целителя слабо сжалась, а опухшие губы растянулись в изумленной улыбке.

— Мой принц, — выдохнул Тавис. — Как вы сюда попали?

— Они думали, что я сплю, — ответил Джаван, подавшись вперед. — Они сказали, что ты проспишь до завтра. Почему ты не спишь?

Глаза Тависа забегали-он искал ответ. Но потом посмотрел на их руки-одна в другой-и снова мальчику в лицо.

— Разве вы не звали меня, мой принц? Я помню, был далеко, очень далеко, — он отвел взгляд от Джавана. — Мне казалось, я потерял вас, а потом услышал, как вы зовете меня по имени, и понял, что должен возвратиться.

Испуганный Джаван посмотрел на Целителя, даже не осмеливаясь поверить в то, о чем догадывался.

— Ты… слышал, как я тебя зову?

—Да…

— Но я… я звал тебя только мысленно, — прошептал он, — Я старался передать тебе силы так же, как ты делал это со мной. Это была детская мечта. Я думал…

— Детская… мечта, — с запинкой повторил Тавис. Машинально он потянулся к Джавану левой рукой, но тут же вспомнил, что потерял ее и как это случилось. Оцепенев, он видел кусок ткани, скрывавшей то, что было его рукой, и спинку стула, к которой это было привязано. Почти бессознательно он хотел выдернуть здоровую руку и откинуть одеяло.

— Нет, — прошептал принц, вцепившись еще крепче. — Не надо смотреть. Я должен спросить тебя кое о чем. Это важно.

— Важнее случившегося?

— Не знаю, — взгляд Джавана скользнул по их соединенным рукам и снова вернулся к лицу друга. — Тавис, что причинил тебе лорд Рис в ночь смерти моего отца?

Удивленный, Тавис посмотрел на мальчика. Его губы, медленно разжались, а рука напряглась.

— Что… заставляет тебя думать, что он мне что-то сделал?

— Он так сказал, — прошептал Джаван. — Он думал, что я сплю, но я просто притворялся. Он сказал, что «блокировал память», но не смог блокировать что-то еще. По-моему, это были эмоции. Он сказал, что ты обижен на него из-за этого, но не помнишь, почему.

Вспоминая, Тавис нахмурился.

— Он блокировал мою память. Не понимаю. Я помню, что в ту ночь он пришел к вам в комнату и дал вам троим лекарство. Ваш брат болел всю неделю.

— Правильно, — согласился Джаван. — Я и мои братья заснули почти мгновенно. А следующее, что я помню, это как лорд Джебедия будил нас, Потому что лорды регенты хотели сообщить, что отец умер. Ты все еще спал и не хотел вставать.

— Да, это я помню. Откровенно говоря, я вообще-то немного помню о той ночи, но я никогда об этом не задумывался. — Он внимательно посмотрел на Джавана. — Думаете, Рис в этом виноват?

Джаван пожал плечами.

— Он говорил, что сделал что-то. Он думал, что я Сплю. Он думал, что слушает один епископ Алистер. Если бы это не было правдой, зачем ему рассказывать это епископу?

— Не знаю, — сказал Тавис, озадаченно качая головой. — . Не имею ни малейшего представления о теме их разговора. О, Господи, меня слишком сильно накачали наркотиками, чтобы можно было трезво рассуждать.

— Что случилось? Ты не можешь сохранить защиты на месте?

Пораженный. Тавис снова посмотрел на Джавана, выражение боли на лице почти полностью сменилось изумлением.

— Что вы знаете о защитах?

— Ну я… Рис сказал, что они у меня есть, но он не может понять, почему. — Мальчик судорожно глотнул, ошеломленный реакцией друга. — Он сказал… он сказал, что мой отец понимал намного больше, чем они предполагали. Что он имел в виду? Что понимал мой отец, что это за защиты, которые, по словам Риса, у меня есть?

— Хотел бы я знать, — пробормотал Тавис.

Он медленно освободил свою руку и поднял к лицу мальчика. Джаван ничего не понимал, но наклонился, чтобы Тавису было удобнее.

— О, Господи, как болит голова! — прошептал Тавис. — Постарайтесь расслабиться, словно перед исцелением. Вас это не затруднит. По правде говоря, ужасно боюсь, что ничего не получится. Но давайте попробуем.

Джаван послушно закрыл глаза и перестал думать, почти Мгновенно почувствовав утешительное прикосновение Тависа. Он кивнул, расслабляясь еще больше, но удивленно открыл глаза, когда Целитель убрал руку. Тавис, сжимавший и разжимавший пальцы правой руки, казалось, успокоился.

— По крайней мере, я не полностью бесполезен, — с облегчением произнес он. — В моем теперешнем состоянии это чудесно. Сейчас попробуем что-нибудь еще. Я хочу, чтобы вы представили, будто я не Тавис, а кто-то другой, скажем, Рис, и я пытаюсь усыпить вас. Теперь используйте свое воображение и остановите меня.

— Хорошо.

Тавис снова потянулся рукой ко лбу мальчика, встречая каменный взгляд, хотя еще мгновение назад он был теплым. Джаван напрягся, представляя даже, что видит лицо Риса, а не Тависа.

Теперь от утешительного прикосновения не осталось ничего-только тяжелый взгляд серых глаз, устремленных в бледно-голубые. Тавис не мог выдержать слишком долго, но и краткого соприкосновения было достаточно, чтобы узнать нужное ему. Со вздохом он опустил руку на грудь.

— Мои поздравления, у вас есть защиты, хотя я не могу сказать, откуда они взялись, никогда прежде я не видел человека с защитами. Когда я пытался читать по вашему мозгу, что вы чувствовали?

Джаван покачал головой.

— Ничего. Ты же сказал не пускать тебя.

— И вы ничего не чувствовали?

— Да нет же. А что, должен был?

— Если бы я знал, — прошептал Тавис. — Для начала, у вас не должно быть защит. Но они есть, и я не имею ни малейшего представления, должны ли вы замечать давление на них. Если бы вы были дерини, я бы смог ответить на некоторые вопросы. Но вы не дерини. Если бы я только знал, кто вы такой.

Ошеломленный, Джаван проглотил слюну и снова схватил Тависа за руку.

— Со мной… со мной что-то не так? — спросил он очень тихо.

Тавис приподнялся, удивленно глядя на Джавана.

— Не так? Нет, не думаю. По правде говоря, если Рис действительно что-то со мной сделал, вы поможете мне выяснить это. Не сейчас, конечно. Но, в любом случае, он не может заставить вас сделать то, чего вы не хотите.

— И тебя тоже, — злобно прошептал Джаван. — О, Тавис, он боится, что тебе будет трудно свыкнуться с тем, что случилось, поэтому он приведет других Целителей.

— Других Целителей, — прошептал Тавис. Джаван кивнул.

— Да. Двух отцов-отца Эмриса и отца Кверона, так, по-моему, он сказал.

Тавис присвистнул.

— Эмрис и Кверон? Такие могущественные Целители ради меня. Некоторое время Эмрис был моим учителем, а о Квероне я слышал.

Он замолчал, глядя в потолок, пока Джаван, которому надоела пауза, не дернул его за руку, которую все еще держал.

— Тавис, а что если они заодно с Рисом? Не для того, чтобы помочь тебе, а сделать то же, что Рис той ночью. После короткой заминки Тавис ответил: