Татьяна Минасян - Не такие, как все

— Да нет, здесь правда очень уютно, — заверила его девушка. — Вот только женской руки не хватает, чтобы полный порядок навести. Слышь, Борис, ты жениться часом не собираешься?

— Ага, прям счас, все брошу и побегу себе жену искать, — так же лениво отозвался Дымков, раскачиваясь на стуле. — Такую, чтобы не фыркала и не отворачиваясь, когда я кости обгладываю.

— А ты до сих пор их обгладывать любишь? — с любопытством спросил Тимофей. Борис пожал плечами:

— Привычка…

— Ну, ты знаешь, девушка может и не на такое глаза закрыть, если ты ей понравишься! — со знанием дела продолжила Илона. — Так что если проблема только в этом…

— И почему женщины так любят об этом разговор заводить? — вздохнул Дымков. — У тебя свой муж есть — вот им и занимайся!

— Так она и занимается! — подал голос Марк, оккупировавший раскладушку. — Просто женщины по натуре очень мстительные и хотят сделать несчастными как можно больше мужиков. За одного сами замуж выходят, ну а другим начинают невест подыскивать, чтобы, значит, они тоже…

Брошенная в Марка подушка не дала ему закончить свою философскую мысль. Однако Илона посчитала, что одного подушечного удара за высказывание таких крамольных идей явно недостаточно, и, вскочив с дивана, бросилась щекотать своего супруга. Тот завопил благим матом и, свалившись с раскладушки, проворно заполз под нее, умоляя оттуда остальных присутствующих "спасти его от этой ненормальной".

— Вот еще, сами разбирайтесь, — давясь от смеха, проговорил Василий. — С разгневанным вервольфом и так-то опасно дело иметь, а если это еще и женщина…

Их буйное веселье прервал неожиданно раздавшийся звонок в дверь. И оборотни, и Марк с Борисом тут же испуганно притихли.

— Ты кого-нибудь ждешь? — еле слышным шепотом спросил у Дымкова Ким. Тот в ответ помотал головой и на цыпочках двинулся в прихожую. За спиной у него заскрипела опрокинутая раскладушка.

— Прячемся! — услышал Борис негромкий, но властный голос Илоны. Хотя куда можно было спрятать трех взрослых мужчин и одну женщину в однокомнатной квартире с минимальным количеством мебели, для него было загадкой. Ладно, пусть даже не трех, а двух: Марк — человек, а значит, имеет полное право здесь находиться. Но раздумывать над этим было некогда — звонки в дверь становились все настойчивее и длиннее.

— Кто там? — спросил Дымков, перекрикивая дребезжащую трель звонка.

— У вас остановился Ким Владимирович Дольский, — за дверью не спрашивали, а утверждали. — Он сейчас дома?

— Да! — крикнул Ким, тоже выходя в прихожую и с независимым видом прислоняясь к дверному косяку. — Открой им, Борис, это они меня проверять пришли — не сожрал ли я тут кого-нибудь.

Дымков щелкнул замком, и в прихожую вошли двое: парень лет двадцати двух или трех и мужчина постарше. Ким кивнул младшему из них, как если бы они уже были знакомы.

— Извини, Ким, работа у нас такая, — улыбнулся тот и, взглядом спросив у Бориса разрешение, заглянул в кухню. Его напарник вел себя менее вежливо: даже не взглянув на хозяина дома, он подошел к ведущей в комнату двери и открыл ее. Останавливать его Дымков не стал — если Илона, Василий и Тимофей в принципе могли спрятаться достаточно хорошо, то они уже это сделали, если же нет, лишние несколько минут им все равно не помогут. Он терялся в догадках, что они все вместе станут делать, когда их обнаружат. Но охотники вместе с Кимом вошли в комнату, и Борис с удивлением увидел там одного лишь Марка, который приветливо улыбнулся вновь прибывшим и приглашающим жестом кивнул на заваленный объедками журнальный столик:

— Милости просим. Только вы, к сожалению, поздно пришли — у нас почти ничего не осталось.

— Да мы, собственно, на минутку заглянули, — пробормотал младший охотник, внимательно оглядывая комнату.

— Виктор, он в курсе, кто я, — сказал ему Ким и, повернувшись к Марку, добавил. — Это мои бывшие коллеги, они этот город от вампиров охраняют. Ну и от оборотней, при случае, тоже. Вот и сюда пришли, чтобы проверить, не валяются ли тут у нас растерзанные тела по углам. Кстати, Виктор, не забудь в ванной посмотреть. И в туалете, и в холодильнике!

— Обязательно везде посмотрим, — ответил за Виктора его старший товарищ и, скорбно вздохнув, прибавил. — Ну почему вы, бывшие люди, все такие наглые? Раньше я думал, это только вампиры себя так вызывающе ведут, так ведь нет, оказывается, вервольфы ничуть не лучше…

— А что нам еще остается делать? — пожал плечами Ким. — За вампиров я не ответчик, а вот в нашем положении либо ты будешь наглым, либо тебя быстро превратят в забитого тихоню, который сам себя боится. Вот Борис — он именно таким и был.

Младший из охотников во время этой пикировки успел выйти из комнаты и заглянуть и в ванную с туалетом, и в пустую пыльную кладовку. Его напарник прошелся по комнате и отдернул прикрывающую окно занавеску, но за ней тоже не обнаружилось никаких "следов преступления". Виктор вернулся в комнату и поманил второго охотника обратно в коридор:

— Пошли, ты же видишь, все у них нормально.

Тот, не отвечая, наклонился и, опершись руками о пол, заглянул под диван. Марк насмешливо фыркнул:

— А под ковриком в прихожей вы не искали?

Недоверчивый старший охотник с обиженным видом выпрямился:

— А у вас, молодой человек, документы можно попросить?

Марк с неохотой полез в карман:

— Не волнуйтесь, я вам не подчиняюсь.

— По крайней мере, пока, — многозначительно отозвался незванный гость, просматривая его паспорт. — Но лучше бы вам, Марк Игнатьевич, от этого не зарекаться.

Виктор дернул напарника за рукав:

— Идем. Я же сразу тебе сказал, Ким сам — бывший охотник и ему запросто можно доверять.

— Я польщен, — невесело усмехнулся Дольский и вместе с Дымковым вышел проводить проверяющих. Впрочем, от Бориса не укрылось, что Ким с Виктором обменялись вполне дружелюбными взглядами.

Не успел Ким захлопнуть за ними дверь, как Марк поспешно бросился к дивану и потянул на себя его мягкое продавленное сиденье. Борис, все это время терявшийся в догадках, куда могли спрятаться трое его бывших товарищей по стае, нервно расхохотался: сам он никогда свой диван не раскладывал, и о том, что внутри него есть свободное место, даже не вспомнил. Однако оно там было, причем в достаточном количестве, чтобы запихать туда трех оборотней в волчьем облике. Или, лучше сказать, почти достаточном…

Белоснежная полярная волчица вывалилась из дивана первой. Вид у нее был жутко растрепанный — и в волчьем обличье, и в человеческом. Осторожно ощупав свою всклокоченную прическу, она возмущенно стрельнула глазами в трех смеющихся мужчин, и выбежала в коридор искать зеркало. Василий и Тимофей, выбравшиеся из дивана вслед за ней, от сидения в этом "тайнике" тоже были не в восторге — превратившись в людей, они долго кряхтели и ворчали.