Светлана Крушина - Королевская прогулка

— Ив! — воскликнула Ванда сердито, тоже вскакивая на ноги. — Так-то ты благодарен Грэму за все, что он для нас сделал?!

— За все, что он сделал, — ответил Ив, даже не повернув к ней головы, — мы уже отблагодарили его, позволив ему уйти там, в Акирне, вместо того, чтобы задержать и сдать на руки страже. Впрочем, наинец, не обольщайся. Причиной тому вовсе не наша доброта, а обычная неосведомленность. Знай я тогда то, что знаю про тебя сейчас, вор…

— Что бы ты тогда сделал? — осведомился Грэм. — Сдал бы меня властям?

— Если бы я знал еще в Медее, я в цепях притащил бы тебя к королю, — Ив говорил ровным голосом, но за спокойствием его чувствовалась пылающая ярость. — К сожалению, в Касот было уже поздно.

— Ты мог бы отнести мою голову касотскому императору, — заметил Грэм. — Или истрийскому принцу. Уверяю тебя, награда была бы не меньше.

Ив прищурился.

— Отнести одну только голову? Нет, это плохая идея. Истрийский принц, как и мой король, хотел бы видеть тебя живым и невредимым, и снести тебе голову сам. Кроме того, я уже сказал, в Касот было поздно. Ты все-таки кое-что сделал для нас. А сейчас поздно вдвойне.

— Отпустишь меня с миром?

Ответить Ив не успел. Ванда с крайне решительным видом встала перед ним, словно защищая от него Грэма, и твердо сказала:

— Если хочешь прогнать его — забудь об этом. Я не позволю. Он искал нас, спешил за нами, хотел помочь нам. Ты не смеешь гнать его. Не смеешь говорить в таком тоне.

— Оставим мой тон. Ванда, ты видела бумагу. Ты знаешь, какие обвинения предъявляют этому человеку, кто и за что его ищет. Твой собственный отец вынес ему смертный приговор за убийство. И ты хочешь, чтобы он оставался рядом?

— Хочу. Я давно знаю, кто он такой.

— Что? Откуда?

— Он сам рассказал мне, — ничуть не смущаясь, ответила Ванда. Яростные черные молнии, метаемые глазами Ива, не пугали ее. — Еще давно.

Грэм увидел, как напряглись челюсти медейца. Кажется, он сдерживался из последних сил. Грэм почти слышал скрип зубов.

— И ты ничего не сказала? Ни мне, никому? Почему?

— Потому что знала, что ты скажешь и сделаешь, — спокойно ответила Ванда. — К тому же, я не обязана отчитываться перед тобой в поступках. Я — принцесса.

— А я — твой слуга, и поклялся защищать тебя, — мрачно сказал Ив. — Но как я могу выполнить клятву, если ты приближаешь к себе бандитов и убийц?

— Кого хочу, того и приближаю, — огрызнулась девушка. — Ты забыл, что я наняла Грэма в качестве телохранителя?

Что касается самого Грэма, то он-то как раз забыл. Казалось, тот разговор случился много лет назад.

— Хорош же из него телохранитель. Того гляди, от него самого защита понадобится.

— Перестань клеветать! — Ванда потеряла все свое спокойствие, зло притопнула ногой. — Я доверяю Грэму, как никому здесь, понятно тебе?

— Ванда, ты совсем ума лишилась. Подобрала бродячего блохастого пса и хочешь прикормить и приручить его?

Если своим сравнением с блохастым псом Ив хотел уязвить Грэма, то цели своей не добился. Грэм и ухом не повел. Весь разговор в целом ему, конечно, очень не нравился, но на личные оскорбления он не реагировал.

Происходящее напоминало ему как раз грызню псов у ног хозяйки. Каждый хотел показать свое превосходство и получить лакомую кость. Ему не хотелось участвовать в грызне, но выбора не оставалось. Альтернативой была немедленная вечная разлука с Вандой.

Ванда даже покраснела от злости. Выпрямившись во весь свой небольшой рост, она громко сказала:

— Приказываю тебе молчать, Ив Арну! Не желаю слышать от тебя больше ни одной угрозы и ни одного оскорбительного высказывания в адрес Грэма. Ты понял меня? Еще один выпад, еще одна попытка неповиновения, и я обвиню тебя в измене!

При этих словах судорожно вздохнул Оге, тихо ахнула Корделия. Ив даже не изменился в лице. Он отвесил в сторону Ванды небрежный поклон и неожиданно спокойно осведомился:

— А что насчет обещанного мне поединка?

— Какого еще поединка? — с подозрением спросила Ванда, взглянув на Грэма. — О чем ты говоришь?

— Мы с Грэмом уговорились о поединке, — пояснил Ив. — Он должен был состояться в день нашего отъезда из Акирны, но обстоятельства помешали. Я бы предпочел получить обещанное.

— Прямо сейчас? — поинтересовался Грэм. По правде говоря, время и обстоятельства были не слишком удачными. Нервные крестьяне, касотский форт рядом. К тому же, правая рука еще болела и не слишком хорошо повиновалась ему.

— Почему нет?

— Стойте! — воскликнула Ванда. — Вот уж кто лишился разума! Вы хотите поубивать друг друга?

— Зачем — поубивать? — возразил Ив. — Вовсе нет.

— Запрещаю! Я запрещаю вам драться.

— Слушаюсь, моя принцесса, — склонился в поклоне Ив, стиснув зубы. Но взгляд, посланный им Грэму, говорил о том, что повиноваться он на самом деле не собирается, и свое получит. Пусть даже после этого Ванда нажалуется на него своему королю-отцу.

— Грэм? — Ванда повернулась в другую сторону.

— Слушаюсь, — Грэм тоже не собирался отступать.

— Отлично, — она смерила взглядом обоих парней, и было понятно, что вид их ей не понравился. Черные глаза Ива сверкали яростью, красивые губы кривились в странной усмешке. Грэм же смотрел на него с обычным спокойствием, в глазах его был синий лед. — А теперь, Ив, я хотела бы услышать твой рассказ. Конечно, после того, как ты отдохнешь с дороги.

— Слушаюсь, моя принцесса, — повторил Ив, скидывая пропыленный плащ.

От отдыха Ив отказался. Точнее, он заявил, что вполне может отдохнуть в то время, пока будет рассказывать. С этими словами он устроился на полу, привалившись спиной к стене, положив рядом свернутый плащ и меч в ножнах.

Медейцы расположились рядом; Грэм остался на своем месте. Приближаться к Иву ему не хотелось. К тому же, раз его считают за бродячего пса, пусть так и будет. А бродячему псу не место у ног принцессы. Что касается его обязанностей телохранителя, о которых напомнила Ванда, то он вполне мог выполнять их и здесь, благо что пока девушке ничего и не угрожало.

Но Ива он слушал внимательно. И с каждым словом все больше утверждался во мнении, что дело плохо.

До форта Ив доехал без приключений. Дорога тянулась через бесконечные поля, между маленьких и больших деревенек. Ночь Ив провел на постоялом дворе, располагавшемся у самых крепостных стен, а утром приступил к поискам гарнизонного офицера.

Дело это было муторное. Гарнизонный офицер, естественно, и располагался в гарнизоне, то бишь внутри крепости, а туда абы кого в военное время не пускали. Ив же как раз подходил под определение "абы кто", в Северную мог попасть разве что под арестом, а потому ему нужно было как-то встретиться с Хельмутом вне форта. Он переговорил с солдатами у въезда, попытавшись узнать, нельзя ли вызвать офицера за стены для беседы или получить пропуск в крепость. Результаты разговора были неутешительны. Офицерам гарнизона, равно как и солдатам, конечно, разрешалось покидать крепость, но только по нуждам службы или в случае крайней необходимости. Добиваться разрешения выйти за стену ради встречи с каким-то незнакомцем не стал бы никто, ни офицер, ни рядовой.