Валерий Иващенко - Механик её Величества

Помыкавшись туда-сюда, Александр пожал плечами и сел к столу. Выудил из хрустальной горки бокал на резной ножке, и решительно откупорил так и оставшийся в руке кувшин.

Так что, когда мэтр Пенн вышел из целительских покоев, старлей уже находился в том блаженном состоянии, которое знакомо исконно русскому человеку под словом "недоперепил", и которое очень непросто втолковать человеку напрочь нерусскому.

Мэтр оказался не столь уставшим, сколь задумчивым. Молча налил и себе, поболтал в бокале, глядя в брызжущие из него алые отблески, и вздохнул.

– Ну что вам сказать, дон Александр… - вместо продолжения сокрушённо опрокинул в себя содержимое бокала, покачал головой.

– Любой другой человек, не защищённый как следует магией или толстой кирасой, давно бы уже отправился по тропе теней. А тут… она не может просто так умереть - уж слишком вы друг за дружку держитесь. Состояние стабильное - но и вернуть её к жизни очень непросто.

Александр сам не знал, каким усилием воли ему удалось сохранить молчание и лишь слушать собеседника. Старикан поморщился, с явной привычкой погладил холёную седую бороду. Сейчас, без чудной шляпы и плаща он выглядел не таким величавым - просто уставшим от дум и забот пожилым человеком. Колдун зябко потёр ладони, сгорбившись у стола, покивал своим мыслям.

– Самое позднее через две недели выпадет снег, да и лечение, возможно, затянется надолго. В принципе, я не против гостей. Только вот… - он откровенно помялся. - Здесь тот самый случай, когда чтобы спасти одну жизнь, надо отдать другую.

Затихшая на тахте Тиль погладила пальчиками эфес шпаги и угрюмо осведомилась.

– А если мой дон притащит самого что ни на есть распоследнего преступника, вы сделаете, что нужно? - на её мордашке нарисовалась нешутейная решительность.

Однако старик медленно, словно придавленный горой или попросту пришибленный мешком из-за угла, покачал головой.

– Наверное, зря благородный дон упомянул клятву этого… крата. Я лишний раз убедился в правильности своих принципов - любая жизнь священна.

– А всё же - если такой гнусный негодяй окажется, что избавить мир от него будет благом? - девчонка азартно подалась вперёд, словно гончая собака, напавшая на верный, ещё свежий след. - Убийца и клятвопреступник, умысливший ещё большие злодеяния?

Колдун взглянул на неё, и удивительно - на его лице, освещённом мягкими отблесками огня из камина, мелькнула тень улыбки.

– Узнаю себя в примерно таком же возрасте. Безапелляционность суждений и юношеский максимализм, - он задумался, затем всё же покачал головой.

Но мир, очевидно сошёл с ума, подарив Тиль одно из тех прозрений, что ломают судьбы как соломинки. По щекам девчушки закапали слёзы, когда она встала и шагнула вперёд.

– Я ведь знаю, что может произойти… и я вижу, мой дон уже решился, - её мокрые и блестящие глаза остановились в немом укоре на Александре.

Медленно, печально он кивнул.

– Мастер Пенн - а если я предложу свою жизнь? Заметьте, добровольно и с полным осознанием?

На лицо колдуна невозможно было взглянуть, не впав после этого в глубокую задумчивость насчёт неисповедимости и прихотливости дорог судеб наших. Мастер Пенн откинулся на спинку кресла, взирая на гостя чуть ли не с суеверным ужасом. Задыхаясь от непонятного волнения, он дёрнул завязки ворота, словно тот душил его. И с трудом выдавил из себя нечто сиплое, нечленораздельное. Затем лишь благодарно кивнул, когда понятливый старлей нацедил старикану в бокальчик да преподнёс, больше всего опасаясь, чтобы старый гриб не откинул ноги прямо сейчас.

– Невероятно! - хозяин дома в ошеломлении покачал головой.

– Только учтите, - Тиль исподлобья взирала на эту сцену, а позади неё полыхали языки пламени в камине, словно девчушка уже стояла в створе адских ворот. - Я вправе распоряжаться своей жизнью - и я отправлюсь вслед за моим доном…

И как-то так это прозвучало в тишине затаившего дыхание дома, с удивлением и тревогой вслушивающегося в слова и движения людских душ, собравшихся под его кров, что оба мужчины поняли - злющая девчонка не отступится. Если надо, пойдёт по трупам, но своего добьётся.

– Но почему? - слабо пискнул вновь выпавший в осадок колдун.

– Вы ещё не поняли? Мастер Пенн, мой дон пришёл из другого мира, из неведомого далека… но дело не в этом. Он - настоящий. Надёжный, - Тиль задохнулась от избытка чувств, не в силах подобрать слова.

Вцепилась в рукоять шпаги, стиснула ладонью, словно цепляясь хоть за что-то стабильное в этом бушующем мире. Встряхнула головой, отчего солёные брызги разлетелись мерцающими искорками в стороны.

– Не кичливый вельможа, не грубый солдат, не плутоватый купчина. Не знаю, где там на небесах лопухнулись, предоставив мне такой шанс - но я намерена бороться и пойти до конца.

Колдун только издал непонятный звук, когда вздорная девчонка выпалила на одном дыхании эту тираду.

– Час от часу не легче, - буркнул он. Затем в сомнении посмотрел на молчаливого Александра. - Вы что-то там упомянули, дон, о сироте-беспризорнице? Не очень-то похоже…

– Да, - легко согласился тот. - Я замечал - но вытрясать подноготную не имею права. Захочет - скажет. Нет - её дело. Но девчонка просто чудо.

А маленькое чудо дерзко вскинуло носик и уставилось на колдуна нахальными глазёнками.

– Так что подумайте, Мастер Пенн. Мир несовершенен - но вы можете помочь немного его исправить… соглашайтесь на злодея, а?

– Да в общем-то, ничего странного, - колдун покачал головой. - Мой двоюродный брат был здешним лордом, это его дом. Поначалу всё было - гости, слуги. А потом… потом они замёрзли во время бурана, когда ехали однажды в город.

Он вздохнул, посмотрел в темноту за окном, замечая там лишь что-то видимое только ему.

– Я тогда ещё только начинал овладевать своей силой. Когда узнал, грех сказать - в озеро бросился. Но рыбаки из села вытащили, - мастер Пенн поморщился. - А теперь вот так и живу. Лечу крестьян и животину всякую, за лесом присматриваю. Дважды в неделю из деревни приходят две старушки - прибирают в доме, готовят, новости рассказывают.

Дверь приоткрылась, и оттуда просунулась лохматая макушка Тиль. Девчонка уже вылезла из бадейки с горячей водой и, замотанная в полотенце, шастала по всему дому.

– Скажите старушкам, чтоб жратвы побольше принесли - мой дон сильный мужчина, и ему надо хорошо питаться, - заметила она и осведомилась. - Мастер Пенн, в какой комнате постелить моему хозяину?

Ответив, колдун вернулся к разговору. На столе помимо кувшина вина и кое-какой нехитрой снеди, стояло блюдце. Само по себе не особо примечательное - обычная керамическая тарелочка, и даже без голубой каёмочки. Но вот то, что лежало в нём… четыре слегка неправильной формы металлические горошины - и блистающая неземным светом гранёная хрустальная капелька на окровавленном кожаном шнурке. Картечины колдун выковырял у домовёнка из спины и чуть пониже, тут же залатав шкурку малыша такой порцией магии, что весь дом ходуном заходил. Но зато сказал, что Флисси проспится и даже шрамов не останется.