Александр Марков - Апсу

Но Гилу так и не пришлось пересказывать Кулайну историю о похищении оружия, потому что в этот миг раздалась музыка. Она звучала с вершины магдела, из большого черного ящика, трубы Хейм-Риэла, называемой Ха-ила-Хорн. Точно такая же музыка раздавалась сейчас в горах Ио-Син, в Элоре, Эллигате и Асор-Гире, на севере — в Солагире, Альвен-Гире и Менигате, в Рагнаиме, Ойтре и Анугарде, и ее слышали все люди, живущие в подвластных дэвам странах. И музыка эта была слишком знакома Гилу: Хейм-Риэл трубил в свой серебряный рог, и стройный хор подпевал ему. Гил узнал эти полупонятные слова, услышанные впервые от Мирегал в трактире старого Балга. По всей земле раздавалась тревожная песня, предрекая миру скорую гибель:

Ом лайн аэр!..

Мирегал и Бхарг вскочили разом. Вытаращив глаза и испуганно озираясь, они пытались понять, что происходит. Гил смотрел на Кулайна — с его облике происходили странные перемены. Он как будто стал выше ростом, лицо задрожало, как-то расплылось и потемнело, глаза засветились желтоватым огнем… и вдруг он бросился вон из комнаты.

Ом лайн аэр!..

Гил, Мирегал и Бхарг, застыв в неподвижности, слушали грозную песню. Вот музыка смолкла, и зазвучал голос Хейм-Риала:

— Люди Земли! Дэвы взывают к вам! Великое горе постигло наш возлюбленный и прекрасный мир. Близка его гибель! Мы не сумели сохранить то, что создали, горе нам! Зло оказалось сильнее! Напрасно вы надеялись на наше всемогущество! Близок час, когда великаны-туны, воплощение черного духа, с которыми мы тщетно боролись четыреста лет, выпустят на волю подземный огонь, кровожадного Гарма, мерзостного тролля, пожирателя солнца. И тогда миру придет конец — пылающая бездна поглотит его. Но мы еще можем кое-что сделать для вас, и род человеческий не погибнет. Знайте: за океаном, что окружает наш мир, есть другие земли. Они ничем не хуже нашей, и вы сможете жить там в покое и счастье. Мы не в силах перенести туда всех людей, но часть будет спасена. Возлюбленные наши дети! Не спешите предаваться отчаянию! Не позволяйте безумию овладеть вами! Дух, который мы вложили в вас, да поможет вам достойно встретить крушение мира. Слушайте, мы укажем вам путь к спасению многих! Пусть те из вас, кто живет у моря, снаряжают корабли. Не забудьте взять с собой домашний скот и семена съедобных растений: ничего этого нет за океаном. Запасайтесь едой на три месяца. Пусть первыми поднимутся на корабли дети, молодые женщины и мужчины из числа тех, кто учился в наших школах в Асор-Гире, Рагнаиме, Альвен-Гире и Асгарде. Те, кому не хватит места на кораблях, пусть ждут на берегу: большие суда из Рагнаима пройдут вдоль побережья и заберут их. Выходящие в море! Плывите на восток или на запад, но не на север и не на юг. Не перегружайте корабли; лучше пусть спасутся немногие, чем погибнут все.

Пусть все мужчины, способные сражаться и живущие в пределах дня пути от Асгарда, спешат в столицу, ибо нам придется дать врагу последний бой. Мы ждем здесь также всех, кому Асгард ближе, чем море. Они улетят по воздуху на железных птицах.

Жители Эл-а-Дена! Вам не добраться ни до моря, ни до Асгарда. Ждите нас в Эллигате, и мы придем, чтобы спасти вас.

Не проклинайте нас! Мы не уберегли ваш прекрасный мир от гибели, так же, как когда-то не уберегли свой. И все же пусть память о нас будет доброй! Неужели все это наделали мы? — пробормотал Бхарг.

— Не печальтесь, — задумчиво сказала Мирегал. — Может быть, наш новый мир будет лучше прежнего?..

— Нового мира нет, — возразил Гил, — есть лишь голая земля где-то за океаном. Людям придется самим создавать его. Разве нам это по силам? Кто мы без дэвов?

— Я не верю, что все дэвы погибнут.

— Брось! Ты сама прекрасно понимаешь, что это конец. Пусть даже остатки людей долго еще будут влачить жалкую жизнь, питаясь травой и червями среди пустынных скал по ту сторону моря. Только я-то точно не попаду туда.

— Ты не веришь в этих… железных птиц?

— Я просто никуда не полечу отсюда. Пусть мое место достанется кому-нибудь поумней меня. Какое право мы, погубившие мир, имеем на спасение?

— Ну что ж… — проговорила Мирегал после долгого молчания. — Смерть не так уж страшна. Когда я засыпала там, в поле, я знала, что не проснусь, но мне не было грустно. Я знала, что так надо. Вот и сейчас — то, что я еще жива — пусть это будет сном — мимолетным, но добрым.

— Знаете, — сказал Бхарг, — Хейм-Риэл меня все-таки порадовал. Ведь Халгат обманул нас! Эллигат не разрушен. Значит, все наши друзья живы и могут еще спастись.

— И те, что в Эн-Гел-а-Сине гуллы — тоже вранье! — подхватил Гил.

— Вот видите, — улыбнулась Мирегал, — у нас даже есть повоя для радости.

— Одно только не дает мне покоя, — сказал Гил. — Как же могло так получиться, что мы толкали мир к гибели, а сами думали, что боремся со злом? Как мы старались! Сколько подвигов совершили! А вышло так, что своими благими намерениями мы вымостили миру прямую дорогу в бездну! Внезапно вернулся Кулайн. Вид у него был воинственный и грозный; тело заковано в сверкающую броню, меч на поясе, копье в руке. Желтые глаза смотрели сурово и жестко.

— Собирайтесь. Мы все едем в Асгард.

— Зачем? — спросил Гил сухо, едва взглянув на дэва.

— Для самообвинений у тебя еще будет время! — гневно воскликнул Кулайн. Если каждый, кто чувствует себя виноватым, сейчас откажется сражаться, отсюда не спасется никто! Шемай-Лох идет на Асгард, и нам придется дать ему великую битву, чтобы корабли успели отплыть до гибели мира.

— Ну, если так, пошли, — вздохнул Гил.

Армия покидала долину Меллнира. Длинная вереница всадников растянулась по дороге, что вела через горы на север к Асгарду. Кулайн ехал рядом с Гилом, Мирегал и Бхаргом; когда они подъезжали к выходу из долины, дэв сказал:

— Хотите попрощаться с Мидмиром? Это не задержит нас. Они свернули с дороги — три человека и дэв — и предстали перед черным кубом. Тихо журчала вода. Солнце блестело на поверхности озера и на стальном панцире Кулайна. Бронзовая голова Мидмира глядела на них так печально и мудро, что казалась живой.

— Я все знаю, — сказал Мидмир. — Я слышал рог Хейм-Риэла.

— Верно ли мы поступаем? — спросил Кулайн.

— Да. Одно лишь хочу посоветовать: во что бы то ни стало должны быть спасены Шем-ха-Гил и Мирегал.

— А Бхарг? — воскликнула Мирегал. — Вы забыли про Бхарга!

— Он заслужил спасения, но вам опасно брать его с собой за море. Его дети не будут настоящими людьми. Нельзя допустить, чтобы в ваш новый мир попали семена зла.

— Мидмир, скажи, сколько времени у нас еще осталось? — спросил Кулайн.

— Я не знаю точного ответа. Наиболее вероятно, что мир погибнет завтра.