Ольга Андреева - Там, где оживают пески (СИ)

Она покосилась на своих спутников, но те, по-прежнему, спокойно спали, ничего не слыша. «Вот же толстокожие!» — подумалось ей. Нет, чтобы помочь несчастному младенцу? Придется самой. Бедненький, как же он жалобно плачет, даже сердце кровью обливается…

Тия осторожно прокралась к выходу и открыла дверь. Теперь она явственно слышала, что всхлипы доносятся из камышей. Не долго думая, она прихватила масляный фонарик, что стоял рядом с верблюдами и отправилась в ту сторону. Придя к берегу, она стала принялась раздвигать камыши. Младенец, судя по громкому плачу был совсем рядом.

— Ну, тихо, тихо, миленький, ты не один… — ласково проговорила Тия, и, наконец, разглядела в камыше бледную детскую спинку. — Иди сюда…

— Тия! Вернись сейчас же!!! — громкий окрик Сида, заставил ее вздрогнуть. Похоже, дитя тоже испугалось, ибо плач мгновенно стих, однако в следующий момент он сменился странным булькающим звуком, будто ребенок пускал слюни. Внезапно, младенец повернулся к ней, и Тия пронзительно завизжала, увидев безглазое уродливое лицо и огромный рот, полный игольчатых зубов. Тварь ощерилась и кинулась на Тию, прежде, чем она успела что-либо предпринять. В следующее мгновение, ее ладонь пронзила острая боль, от которой Тия едва не потеряла сознание. Уродец укусил ее за руку и, радостно хлюпнув, стал пить из раны кровь.

— Ах ты тварь! — услыхала она над собой яростный голос Сида. Маг выхватил свой кинжальчик и, что есть силы, воткнул его в тщедушное с виду тельце. Бестия, оглушительно взвизгнув, испустила дух, а Тия, потеряв последние силы, рухнула без сознания на руки мага.

— Что случилось?! — подбежал к ним взбудораженный Змеелов.

— Плохи дела… — испуганно сказал Сидус. — Тию покусал альгдах!

— Кто? — переспросил тот, забирая недвижную девочку из рук мага.

— Альгдах, будь он неладен… — с отчаянием в голосе повторил Сид и с отвращением пнул ногой осклизлый комок плоти, бывший некогда тварью.

— Я тебя услышал, скажи лучше, что это за нечисть! — грубо перебил его наемник, встревоженно вглядываясь в смертельно побледневшее личико.

— Пойдем отсюда, пока, не приведи Великая Мать, к нам не сползлись еще какие-нибудь твари. — глухо сказал волшебник, махнув рукой в сторону караван-сарая. — Я расскажу тебе, как только доберемся.

Они быстро вернулись к месту ночлега, где металась перепуганная Мушил. Только захлопнув дверь и прошептав какой-то наговор, маг соблаговолил пояснить Змеелову, который уложил Тию на ее постель и теперь внимательно осматривал место укуса:

— Альгдахи-крайне неприятные твари. Имеют вид новорожденного ребенка с пустыми глазницами и огромным зубастым ртом. Завлекают свою жертву имитируя надрывный плач младенца, а, как только неосторожный путник подходит близко, намереваясь помочь деточке, деточка вгрызается в него зубами и выпивает кровь, а потом пожирает тело. Зубы альгдаха чрезвычайно ядовиты, так что если не принять никаких мер, то Тия умрет. — маг судорожно рылся в своей сумке, что-то разыскивая.

— Как оно может съесть человека? — изумился наемник. — Такое тщедушное тельце…

— Это как раз тот случай, когда внешность обманчива. — горько усмехнулся Сид, выудив, наконец, из недр своей торбы какой-то пузырек, и откупорив пробку, влил Тии в рот несколько капель. — Вообще-то, предание гласит, что альгдахи появились в подлунном мире от союза ифритши и гуля. От матери первый альгдах унаследовал способность изменяться в размерах, а от отца-кровожадность.

— Красива же та ифритша была, если у ее дитя такое личико! — процедил сквозь зубы наемник, на которого накатила волна бешеной злости. В голове всплыли слова бабушки Нур«…обещай, что вернешь ее домой в целости и сохранности…». До боли сжав зубы наемник смотрел, как Сидус протирает укус на руке Тии какой-то терпко пахнущей мазью. Помолчав с минуту, он растерянно спросил у мага:

— Что нам теперь делать?

— Сам не знаю — сжал виски тот. — Я влил ей в рот зелье общей отмены. Штука мощная, но против яда альгдаха, увы, малопригодная. Оно лишь замедлит действие отравы, и у нас будет немного времени, чтобы найти противоядие… Да и укус смазал заживляющей мазью, а то в такой жаре рана может быстро загноиться.

— Как его найти? — продолжал задавать бессмысленные вопросы наемник, однако остановиться никак не мог.

— Если бы я только знал… — почти неслышно прошептал Сидус.

— Ты найдешь противоядие, слышишь, маг-недоучка? Ты найдешь, Дэв тебя сожри!!! — внезапно заорал наемник и принялся трясти того за грудки. — Из-под земли достанешь, понял? Но Тия будет жить… — он отпустил Сида так же внезапно, как и схватил и пробурчал — Мы не можем позволить, чтобы она умерла, только не она… — Змеелов опустился на колени рядом с Тией и аккуратно откинул ей со лба волосы. — Начинается жар — беспомощно посмотрел он на мага.

— Думаешь, я не понимаю, что ее смерти нельзя допустить? — прошептал маг, сжав кулаки. — Это я виноват в том, что случилось с девочкой, а потому теперь наизнанку вывернусь, но противоядие найду, ты в этом можешь не сомневаться — серьезно покачал головой он и затравленно посмотрел на наемника. — При укусах подобных тварей жар и бессознательное состояние — обычное явление… — с этими словами маг махнул рукой, отгоняя маленькую обезьянку, опасливо обнюхивавшую свою хозяйку.

— Тогда надо хотя бы избавить ее от лихорадки — сжал губы наемник. — У тебя есть винный уксус?

— Да… сейчас — маг снова полез в свою сумку и через несколько секунд протянул Змеелову пузырек с желтой жидкостью. Тот достал свою запасную курту, разорвал ее на куски и смочил материю уксусом. Затем наложил примочки на лодыжки и запястья девочки, предварительно протерев уксусом ее лицо. Сид с интересом наблюдал за действиями наемника, и когда тот закончил, удивленно спросил:

— Где ты этому научился?

— А ты думаешь, в школе наемников только драться учат? — невесело усмехнулся тот и кивнул на тяжело дышавшую Тию. — Нам нужно быстро дойти до Дильмина. Что бы ни было противоядием, но в маленьком оазисе посреди Великой Пустыни ты его вряд ли найдешь…

— Я открою нам на рассвете мышиную тропку, и за несколько часов мы окажемся на месте. А сейчас иди спать, я посторожу девочку.

— Вряд ли я смогу заснуть, так что не нужно этого — вздохнул Змеелов. Сидус осторожно опустился рядом с ним и задумался. Об альгдахах и их укусах он знал не так уж и много. Только то, что уже рассказал другу. Что же касается противоядия, то подобный состав ему попадался на глаза лишь раз в каком-то редком манускрипте, и фигурировал там, помимо обычных в таком случае древесной золы, овсяного отвара и плодов бородавочного дерева еще и какой-то редкий ингредиент… Сид взлохматил волосы и уставился в темноту караван-сарая, рассеиваемую лишь небольшим масляным фонарем. Внезапно он вспомнил, что переписывал состав себе, и свиток сейчас где-то среди его бумаг.