Нина Хоффман - За гранью снов

— Я могу разговаривать с вещами. Может быть, эти ребята оставили какие-то следы. Я хочу сходить туда, где они были, и поговорить с улицей.

— Я могу спросить у воздуха, — сказала Таша.

— Я тоже с вами пойду, — заявила Лия. — Я посмотрю сквозь огненные линзы, нет ли каких-то следов.

— А я пока подумаю над заклинанием-сигнализацией. Попробую предугадать, что они еще могут придумать.

— Можно мне посмотреть? — спросил Гарри. — Думаю, что ваша магия ближе всего к той, которую изучаю я.

— Конечно. Я тут прихватила с собой запас заклинаний. Надо пойти забрать их из сумки. Думаю, работать лучше всего в кухне, потому что мне нужна плита. Сюди, а ты мне не поможешь?

— Да, — согласилась Сюди.

Дейдра встала. Вид у нее был несчастный.

— Дейдра, пойдем тоже с нами, — сказала Мэтт.

— Хорошо.

Мэтт сбегала наверх за своей курткой.

Весенняя ночь была прохладной, они даже видели пар от своего дыхания. На чистом ночном небе сияли звезды. Мэтт поглубже закуталась в куртку. Еще через минуту она надела капюшон и вытащила перчатки из карманов. Она оглянулась. Лия и Таша могли прекрасно контролировать свою ауру и не замерзать, а вот Дейдра дрожала от холода.

— У меня в машине теплая куртка, — сказала Дейдра, обгоняя на ходу Мэтт.

— Подожди, Ди, — сказала Лия. Она догнала ее и схватила за руку. Они уже были у ворот. — Мы не знаем, что там ждет. Нужно держаться вместе. Можно, я прикоснусь к твоей одежде?

— Что за дурацкий вопрос!

— Просто скажи да. — Лия почти смеялась.

— Ладно, ладно. Трогай все, что хочешь. Только без щекотки. Эй, что — что это? Что ты сделала?

— Просто подогрела твою одежду.

— Ух ты, здорово! Прямо как электроплед. Спасибо.

— Пожалуйста. Мэтт, тебя согреть?

Мэтт мысленно обратилась к куртке:

— Как ты отнесешься к тому, что в тебя поместят огонь?

— А это не обожжет меня?

Мэтт спросила это у Лии.

— Нет. Это просто активизирует молекулы. Я сделаю это так, что это будет действовать только когда холодно. Правда, это ускоряет старение, но только при определенных условиях.

— Хорошо.

Лия положила руки на плечи Мэтт. И Мэтт тут же согрелась. Потом она так же подогрела капюшон.

— Спасибо, — сказала Мэтт и мысленно спросила у куртки: — Все в порядке?

Куртка что-то ответила, но так быстро, что Мэтт не успела ничего уловить, но почувствовала, что та не возражает.

Так они подошли к воротам. Мэтт взялась за металлическую ручку. Некоторое время они просто стояли, всматриваясь в улицу.

— Мне так странно, что я начала ощущать опасности, — сказала Таша. — Я столько путешествовала и никогда ни о чем не волновалась. А сейчас я боюсь выйти за ворота.

— Дом, ты что-нибудь видишь там?

— Только машины и вас. — Ворота со скрипом открылись.

— Но это же глупо, — добавила Таша. — Ведь воздух везде. — И она проплыла в ворота в шести футах от земли.

За ней прошла Мэтт, и следом Дейдра. Они прошли туда, где до этого стояли чужаки, прямо на границы владений дома. Вдоль тротуара одна за другой были припаркованы четыре их машины.

Мэтт опустилась на колени и прижала ладони к асфальту.

— Привет, дорога.

— Привет. Ты кто? Я тебя знаю.

— Я — Мэтт, — мысленно ответила она.

— Но ведь… — Дорога рассказала ей о нескольких слоях асфальта, смешанного с гравием, о спрессованной земле под ним, краткую историю всех, кто проходил или проезжал по ней.

— Да, я была частью тебя, — сказала ей Мэтт, вспомнив, что вместе с домом она проникала и в дорогу. — Я — Мэтт, иногда я тоже бываю частью дороги.

— Сегодня на мне было много странного, — сказала ей дорога.

— Именно об этом я и хотела спросить.

— Большая штука! Почти как та, что строила меня. — Перед Мэтт возник образ чего-то очень тяжелого, а рядом много мелких шагов. Цепочка шагов вела от соседнего дома, кружила рядом и возвращалась во двор. Дорога могла отличить одни шаги от других. Но больше всего ее взволновала та большая тяжелая штука.

— Пожарная машина, — подумала Мэтт.

— Хотя эти штуки не похожи на обычных прохожих.

Мэтт почувствовала запах пяти пар ног, как их восприняла дорога. Каждый из них казался странным: один болотно-фиалковый, другой — перец чили со льдом, третий сладко-чесночный, четвертый кроваво-яблочный, а последний пыльно-мятный. Что-то щелкнуло у нее в голове: она поняла, что последний принадлежит тому парню, Галену, хотя откуда взялась такая уверенность, она сказать не могла.

— А как пахнем мы?

Говяжье рагу с имбирем, сосна и шоколад, перец чили с музыкой, полынь с тухлым мясом, корица с можжевельником, сахар с чесноком.

Некоторое время Мэтт ломала голову над тем, какой запах к кому относится. Перец чили с музыкой — это, конечно, Лия. Но кто же из них пахнет мертвечиной? И как пахнет она, Мэтт?

Почему шесть запахов, если их всего четверо? К ним кто-то присоединился? Полынь и тухлое мясо? Может быть, это койот Дейдры. Но и тогда только пятеро.

И тут она подскочила. Сахар с чесноком! Один из нападавших!

— Эй! — вскрикнула она. Она обернулась и осмотрелась вокруг. Никого не было видно, хотя дорога говорила, что они здесь. Лия, Таша и Дейдра исчезли. Мэтт вдруг испугалась. Она осталась один на один с кем-то из тех злых людей? Всю свою жизнь она защищалась от дурных людей, но ей не приходилось еще иметь дело с теми, кто владел магией. И она не знала, насколько прочной окажется защита дома.

Где же остальные?

Из машины Дейдры донеслись визгливые крики.

Мэтт побежала на звуки. В кустах стоял высокий мужчина. Он весь светился, его лицо было неестественно бледным и красивым. Длинные седые волнистые волосы развевались на ветру. Темно-зеленая одежда была перетянута цепочками с драгоценными камнями, а рукава у запястья перехвачены золотыми цепочками. Он что-то прошептал, и Мэтт уловила в его словах убеждение и непреодолимое приглашение.

Дейдра стояла спиной к Мэтт и смотрела на него.

— Подожди, — крикнула Мэтт.

Сияющий человек вытянул вперед тонкую изящную руку, и Дейдра взялась за нее.

— Остановись! — закричала Мэтт. Рядом с Мэтт прямо из воздуха появились Таша и Лия, и тоже бросились к Дейдре.

Завыл койот, но Дейдра даже не обернулась. Она шагнула к колдуну, и они оба исчезли.

Глава шестнадцатая

— Койот пошел за ней, — сказала Мэтт. — Я пыталась ухватиться за тропинку, но она исчезла. — Лия сидела в кресле-качалке, ссутулив плечи и сложив руки на груди. Она казалась усталой и обескураженной.

— Я пыталась сжать воздух вокруг них, чтобы задержать, но они ускользнули. Я не смогла их остановить. — Таша была бледная и растрепанная.