Питер Дэвид - Армии света и тьмы

- Есть мнение, что на самом деле дела обстоят не совсем так, как вы нам поведали.

- Иначе выражаясь, вы думаете, что мы лжем.

- Вовсе не иначе выражаясь, - вступил в разговор Г’Кар. - Вы выразились предельно точно, назвав вещи своими именами.

К удивлению Г’Кара, Лондо рассмеялся.

- А, теперь мне понятно, зачем вы взяли его с собой, - сказал он, указывая на Г’Кара. - Он не будет церемониться со мной, рискуя вызвать мой гнев, а вам предоставит роль милых и очаровательных собеседников. По крайней мере, настолько милых и очаровательных, насколько это в ваших силах. Как говорят земляне, добрый следователь и злой следователь.

- Послушайте, не надо передергивать…

Лондо поднялся с трона.

- Мистер Гарибальди, если я откровенен с вам до конца, то я уже не в силах быть еще более откровенен. Если я ничего не скрываю, значит, мне нечего показать вам сверх того, что я уже показал. Вам предоставлена полная свобода осмотреть любое место на Приме Центавра, и изучить все, что вы пожелаете изучить. Прошу вас, проведите инспекцию наших строительных работ на Ксоносе… Я организую транспорт для вас, он будет готов доставить вас туда уже завтра утром.

- А почему не сегодня вечером? - тут же спросил Гарибальди.

- Пожалуйста, можно и сегодня вечером. Как скажете, - пожал плечами Лондо. - Просто я подумал, что вы, возможно, устали с дороги, и захотите придти в себя, прежде чем приступить к инспекции. Но если вы хотите отправиться прямо сегодня… - и Лондо повернулся было к гвардейцам, чтобы отдать приказ.

- Нет, нет, все в порядке, - остановил его Гарибальди. - Нас вполне устроит отправиться туда завтра. Не нужно никого напрягать. Вы правы, мы лучше используем это время, чтобы отдохнуть.

- Вот и хорошо, - охотно согласился Лондо. - Ваши гостевые палаты уже подготовлены, а завтра… Завтра мы отправимся на Ксонос. А теперь, если позволите… неотложные государственные дела, сами понимаете, ну и все такое…

- Благодарим вас, Ваше Величество, - формально сказал Гарибальди.

- «Ваше Величество»? - переспросил Лондо, и вид у него был одновременно и радостный, и удивленный. - О, пожалуйста, Мистер Гарибальди. Мы уже слишком давно друг друга знаем, вы и я. Вы, и ваши коллеги, вполне можете обращаться ко мне просто… - Лондо выждал драматическую паузу. -: «Ваше Высочество».

- Зачем нам ждать до завтра? - спросил Велч.

Гарибальди был занят тем, что доставал из чемоданов те несколько комплектов одежды, которые он взял с собой. Велч, багаж которого был скромнее, чем у Гарибальди, уже развесил свои вещи в гардеробе.

- Потому что здесь попросту ничего быть не может, - решительно заявил Гарибальди. - Потому что если люди с готовностью позволяют вам проинспектировать нечто - будь то их квартира, их корабль, их планета, что угодно, не важно что, - это значит, они уже благополучно припрятали то, что вы ищете, в таком месте, где, по их мнению, вы никогда не сумеете этого найти.

- Так значит, ты считаешь, что их готовность идти нам навстречу - это просто доказательство того, что им есть, что скрывать?

- В какой-то мере, - подтвердил Гарибальди. - У нас остается лишь две версии, Лу. Либо центаврианам и в самом деле нечего скрывать… Либо что-то у них все же есть, но не здесь.

- И тогда встает вопрос - если, конечно, им есть, что скрывать… Где они это прячут?

- Ага. И что, есть какие-нибудь идеи?

Велч посвятил некоторое время раздумьям, шагая взад-вперед по комнате, и почесывал у себя за ухом, словно пытался пощекотать свои мозги, чтобы заставить их работать активнее. Наконец, он спросил:

- Ты веришь в интуицию, Шеф?

- Зачем спрашивать, ты ведь давно меня знаешь?

Велч усмехнулся, но сразу снова стал серьезным.

- Эти детки. Пионеры Центавра. Они здесь повсюду, ты заметил?

- Да, я заметил. Прямо наваждение какое-то. За какой угол не заверни, всюду наткнешься на одного из них. И все равны, как на подбор, словно клоны одной и той же модели.

- Возможно, они и есть ключ ко всему. Или уж, по крайней мере, о них стоит узнать поподробнее.

- И что же у тебя на уме?

Велч вышел на узкий балкончик и жестом пригласил Гарибальди присоединиться. Когда тот тоже вышел, Велч указал:

- Видишь их?

Гарибальди посмотрел в ту сторону, куда указывал Велч. Там небольшой отряд Пионеров Центавра шел куда-то в сторону города. Они шли в ногу, с настолько великолепной выправкой, что и в самом деле можно было подумать, будто это просто многократно повторенная одна и та же персона.

- Несколько минут назад я уже любовался ими со своего балкона. Были и другие отряды, и все они шли в том же направлении, а некоторые, наоборот, шли им навстречу, но тоже с той же самой стороны.

- И ты хочешь их выследить.

- Именно. Шеф, надо посмотреть, куда они все направляются. Выяснить, что там такое происходит.

- Хорошо, - согласился Гарибальди. - И когда?

Внезапно на Велча напал приступ кашля, чересчур громкий и долгий. А затем, с нарочито преувеличенными хрипами в горле, он сказал:

- Мне кажется, я ухитрился простыть. Похоже, завтра мое самочувствие будет просто отвратительным.

- Я не забуду передать твои извинения, - ответил Гарибальди.

Г’Кар услышал тихие шаги позади себя, и ему даже не потребовалось оборачиваться, чтобы понять, кто это.

- Приветствую, Ваше Высочество, - сказал он.

Лондо подошел, заложив руки за спину, и лицо его выражало явное недоумение.

- Просто «Лондо». Ты, Г’Кар, как никто другой, должен понимать, что сейчас ко мне лучше всего обращаться просто «Лондо». Мне сказали, что ты здесь, внизу. Есть ли на то какие-нибудь особые причины? Неужели те комнаты, что предоставлены в ваше распоряжение, настолько плохи, что даже темница выглядит лучше?

Дело в том, что они и в правду находились сейчас в темнице. В подземелье, упрятанном глубоко под дворцом. Г’Кар стоял в дверях одной из наиболее ужасных камер, и в воздухе здесь царил такой смрад, что Лондо приходилось бороться с позывами к рвоте. Он отчетливо услышал, как где-то рядом крохотные когтистые лапки скребут по полу, и подумал, что же это за твари могут бегать здесь.

- О, нет, наши комнаты просто великолепны, - ответил Г’Кар. - Я просто предаюсь воспоминаниям… о том, как, будучи вдали от родного дома, получил в свое распоряжение убежище.

Поначалу Лондо не понял, что имеет в виду Г’Кар, но затем внезапно сообразил.

- Ну конечно. Та самая камера. Та, в которую бросил тебя Картажа. (25)

Г’Кар кивнул. На самом деле он даже дружески похлопал дверь камеры, словно был счастлив снова увидеть ее.

- Ты, наверно, скажешь сейчас, что пути вашего Великого Создателя неисповедимы, Лондо. И я, пожалуй, соглашусь с этим. Картажа бросил меня сюда в надежде сломить волю врага Примы Центавра. Но что мы видим теперь? Картажи давно уже нет, зато я выжил и стал гораздо более грозным, чем он мог себе представить. Я здесь многому научился. И это помогло мне стать тем, кем я стал теперь.