Икан Гультрэ - Тайны родства

Я его порывы пресекла достаточно жестко — что поделаешь, я уже прочно ощущала старшей сестрой, любящей, но зато имеющей право и подзатыльник отвесить. И жить велела у меня пока оставаться: точно знаю, чтобы не упустить свое, надо оставаться поблизости и на виду. Не факт, что братцу удалось бы сотрудничество с издателем на большом расстоянии. Единственное, напомнила ему о правилах поведения, которые и в наше отсутствие должны соблюдаться.

А отсутствие было уже не за горами. Как-то неожиданно осталась позади последняя сессия и наступило лето.

— Эх, — вздохнул Рьен, прощаясь со мной после последнего дежурства, — чует мое сердце, нескоро мы тебя тут увидим. Сначала далекий мир, потом практика у эльфов, а там, глядишь, дворцовые тебя к рукам приберут.

— Посмотрим, — улыбнулась я, — не больно-то я рвусь к этим дворцовым.

— С его величеством, что ли, спорить будешь? — полюбопытствовал целитель.

— С его величеством — не потяну. Слабо мне.

…Дед явился за нами не один, а в компании двух серьезных молодых людей. То есть тейордов. Это и понятно: нас трое — и их трое. Молодежь подхватила моих младшеньких, дед обнял меня, и мгновение спустя мы очутились в просторном зале, наполненном светом и воздухом. Я осмотрелась: кроме нас здесь были еще трое — мужчина, женщина и парень. Парень глядел на нас и улыбался, я бы сказала, предвкушающе, мужчина посматривал хмуро и с недоверием, взглядом женщины можно было бы заморозить море… Впрочем, к холоду в нем примешивалась изрядная доля брезгливости. Встретившись с ней глазами, я инстинктивно задвинула детей себе за спину. Дед заметил мой маневр и ухмыльнулся:

— Позвольте представить вам моих внучек Лариэссу и Натаэлли, а также их названого брата Мариена.

— Я вижу здесь только одну твою внучку, Гилеари. Зачем ты притащил сюда этот сброд? — поджала губы женщина.

— Девочки мои, эта невоспитанная дама — Иллиэсса, жена моего старшего сына Мерниари, — мужчина сдержанно кивнул, когда дед назвал его имя, — остальные трое — их сыновья и мои внуки Танвери, Лейдери и Неттаи.

Неттаи оказался тем самым улыбающимся парнем, другие двое как раз и доставили нас сюда. В отличие от младшего брата, оба сохраняли серьезный, невозмутимый вид и сразу удалились, стоило Гилеари жестом отпустить их.

В общем, посмотрела я на эту родню и решила, что мне вполне хватило бы одного Гилеари. Разве что младшенький ничего, если мне не показалось, то с ним можно было бы найти общий язык. А от дражайшей тетушки лучше вообще держаться подальше. Пакостить едва ли будет, но вот гадостей наговорить с нее станется.

В первый же день Иллиэссе удалось показать свое отношение ко мне не только взглядом. Улучив минуту, когда я оказалась одна на балконе, дамочка просочилась ко мне и, наклонившись к самому моему уху, прошипела:

— Не думай, приблудная, что тебе удастся прибрать к рукам наследство Гилеари. Пусть тебя признал совет, для меня ты никто и ничто, и не вздумай вставать у меня на дороге — раздавлю, как букашку.

— О, какие страсти! — фальшиво улыбнулась я, повернувшись лицом к женщине.

Отметила про себя, что тетушка хороша необыкновенно и одета со вкусом, еще бы характер не такой стервозный — цены бы ей не было.

— Оч-чень скоро ты пожалеешь о своих улыбочках! — не могла остановиться дама.

— Вот как? Тетушке не по душе моя улыбка? — с моего лица не сходило приветливое выражение — опыт подсказывает, что оно эффективнее всего выводит из себя недружелюбно настроенного собеседника, а мне требовалось вывести родственницу из себя, чтобы понять, на что она способна в гневе.

Я не прогадала: еще несколько фраз в режиме обмена любезностями — и красивые черты исказились яростью. Она отступила на пару шагов, дальше последовало какое-то неуловимое движение рукой, я засекла колебание магического фона и… Анх и Лейриш не зря натаскивали меня, вырабатывая мгновенную реакцию на любую угрозу. Три вида щитов — на всех уровнях — прикрыли меня от нападения, а мощная силовая волна — можно было бы послабее, но я, увы, не удержала контроль — буквально смела женщину, сбивая ее с ног. После того как тетушка влетела обратно в гостиную через балконную дверь и шлепнулась на пол, удерживать на физиономии ледяное презрение удавалось ей куда хуже.

Я вошла следом за ней и, не дожидаясь вопросов, заявила удивленному деду и рассерженному дядюшке:

— Нападая на боевого мага, надо иметь в виду возможные последствия.

— Какой боевой маг? — зашептал дядюшка на ухо деду. — Ты же говорил, что она целитель!

— Одно другому не мешает, — вмешалась я, — боевой маг я по второй специальности.

— Поня-а-атно, — протянул Мерниари, краем глаза наблюдая за отползающей в сторонку женой и не делая попыток помочь ей подняться.

М-да, странные у них отношения.

— А чтобы было понятно и всем остальным, — продолжила я, обведя глазами собравшихся родственничков, — заявляю: вставать между вами и вашим наследством я не собираюсь. Я достаточно богата, чтобы не ждать с нетерпением смерти любимого деда… — Гилеари прищурился хитро, и я подмигнула ему в ответ. — Кроме того, у меня в руках профессия, и я могу заработать себе на жизнь, если вдруг внезапно лишусь своего состояния. Сюда же я прибыла, чтобы познакомиться с родственниками. И я надеюсь, что мне не придется пожалеть об этом знакомстве.

— А если вы так не рады нашему появлению, — встряла в разговор просочившаяся в двери Наташка, — так нам и деда для общения хватит, без вас обойдемся.

Сестрицу Гилеари обучил языку еще в первый свой визит в наш дом. Я об этом узнала уже задним числом, когда сама вернулась с Айиоро. Мариену же пришлось довольствоваться кулоном-переводчиком. Мыслеобразы, облеченные в слова чужого языка, порой приобретали странную форму, но смысл в целом сохранялся, так что вполне можно было объясниться.

Наташкино выступление, как ни странно, разрядило обстановку в комнате. Мерниари улыбнулся — едва заметно, уголками губ, Гилеари буквально расцвел от удовольствия, а Танвери и Лейдери наконец помогли матери подняться с пола и вывели ее из гостиной.

Остаток дня прошел спокойно и мирно. Однако единственным из новых родственников, который проявил к нам искренний интерес, был младший из кузенов — Неттаи. Парень сначала окружил вниманием Наталью, занимал ее болтовней, рассказывал какие-то забавные истории и забрасывал комплиментами, чем вызывал смущение девочки и раздражение Мариена. Впрочем, он и братца пытался привлечь к беседе, но тот предпочел держаться в стороне. Когда младшенькие унеслись в сад — знакомиться с окружающим миром — Неттаи удостоил своего общества и меня.