Дженни Ниммо - Зеркальный замок

— Нет, — Элис улыбнулась.

— Хорошо. Попробую.

Оливия села на скамейку и сжала руками виски. Потом в глазах у нее появился хорошо знакомый друзьям хулиганский блеск. Чарли и компания молчали, затаив дыхание. Даже неугомонный пес успокоился, точно понимал, что сейчас не до игр.

— А теперь посмотри вон туда! — Элис показала на поляну.

Оливия послушно обернулась, за ней остальные. Над поляной клубилось какое-то смутное бесформенное облако.

— Нет, деточка, не совсем так, — мягко сказала Элис. — Сосредоточься, но не напрягайся. Ты слишком стараешься. Все должно происходить естественно.

Оливия кивнула и прикрыла глаза. Облако потемнело и постепенно приняло очертания гигантской фигуры…

Посреди поляны, раскачиваясь на задних лапах и щеря зубы, стоял огромный динозавр — судя по всему, тираннозавр, с длинной шеей, скрюченными в воздухе передними лапами и грозной пастью. От его рева тряслись деревья.

Спринтер-Боб взвыл от страха. Фиделио завопил. Чарли разинул рот и замер на месте, не в силах издать ни звука. Конечно, он понимал, что видит иллюзию, но очень уж убедительной она выглядела.

Первым не выдержал пес — про иллюзии ему никто не объяснил, поэтому Спринтер-Боб поджал хвост и с воем кинулся наутек. Чарли и остальные погнались за ним.

— Вы чего? — крикнул им велосипедист и шлепнулся наземь.

Мальчишки, гонявшие мяч, заорали: «Привидение, привидение!» — и попрятались в кусты. Спугнутая собачка опрокинула мусорную урну, а ее хозяйка негодующе воскликнула: «С ума все посходили!»

— Вернитесь! — звала ребят Элис Ангел. — Он вас не съест, это же просто иллюзия!

Поймав Спринтера-Боба у самых ворот парка, ребята оглянулись. Силуэт тираннозавра все так же нависал над деревьями. А Оливия раскачивалась туда-сюда на скамейке и заливалась истерическим хохотом, не в силах остановиться. Элис обняла ее за плечи и что-то зашептала. Девочка послушно кивнула, перестала смеяться и оглянулась на динозавра, от чего он сразу расплылся в воздухе и превратился в темное облако. Через минуту облако развеяло ветром.

Оливия вскочила со скамейки и, хлопая в ладоши, заплясала по аллее, дрыгая ногами.

— Сейчас будет добавка! — весело крикнула она.

Чарли втянул голову в плечи, но на этот раз ничего страшного Оливия не сотворила. Над парком появились фигуры Безумного Шляпника, Мартовского Зайца и Сони, занятых безумным чаепитием. Потом они пропали, и на их месте возникла радуга, а когда она растаяла, по газону пронесся конный рыцарь — в полном боевом облачении, на черном жеребце, в алом с золотом плаще. Фиделио и Эмма ахали от восторга. Оливия не просто показывала плоскую картинку: иллюзии, которые она творила, выглядели реально, ведь динозавр рычал, участники чаепития брякали посудой и переругивались, а рыцарь промчался мимо под скрип седла и топот копыт.

Оливия вновь заплясала победный танец.

— Ай да я! Вот я что могу! — выкрикивала она. — Видели? Видели?

— Да уж, зрелище впечатляет, — нагнулся Фиделио к уху Чарли. — Не знаю, как она, а с меня пока хватит.

Спринтер-Боб сидел на дорожке и, поскуливая, дрожал крупной дрожью.

Элис что-то тихо сказала Оливии, и после рыцаря больше никто не появлялся.

— Уф! — Оливия плюхнулась прямо на траву. — Кажется, я выдохлась.

— Для первого раза неплохо, — одобрила Элис, поглаживая перепуганного пса.

Наконец вся компания расселась на скамейке, и Оливия обрушила на Элис град вопросов:

— А почему я раньше не знала, что умею такое? Почему не догадывалась, что я тоже одаренная? Откуда вы об этом узнали? Почему яблоки? Почему у меня не получалось их чистить?

Элис выслушала и спокойно ответила:

— Не так-то просто все это объяснить. Видишь ли, я всегда знала, что в один прекрасный день ко мне обратится за помощью тот, кто не в силах найти самое себя. Такой уж у меня дар. Наверно, он кажется странным? — Она глянула на Чарли.

— По-моему, у одаренных все таланты необычные, — задумчиво ответил тот. — Возьмите хоть Габриэля, хоть Эмму, хоть меня. Да кого угодно.

— Верно, — благодарно улыбнулась Элис — Так вот, однажды мне заказали украшение комнаты для крестин одной девочки. Ее маме так понравились мои букеты, что она предложила мне принять участие в празднике. Я тогда понятия не имела, что этот день изменит всю мою жизнь. Ну а потом принесли малышку, и все столпились вокруг нее и начали ахать и восхищаться.

— Я была такая хорошенькая? — обрадовалась Оливия.

— Честно говоря, кругленькая и розовая, как поросенок, — ответила Элис и строго покосилась на Чарли с Фиделио, давившихся от смеха. — Но это было совершенно не важно, потому что, увидев тебя, я сразу поняла, что ты особенная. Хотя ты просто лежала в белой колыбельке и пускала пузыри. И еще я сразу догадалась, что пройдет двенадцать долгих лет, прежде чем ты смиришься со своими способностями.

— А как вы догадались? — поразилась Оливия.

— Ты не поверишь.

— Мы поверим чему угодно! — встрял Чарли. — Расскажите! Ну, пожалуйста!

— Хорошо, расскажу, — согласилась Элис Ангел. — У меня в саду растет яблоня, но поскольку ее ветка свешивается к вам в сад, то она и твоя тоже, Оливия. В день твоих крестин на ветке было ровно тринадцать яблок и… — Элис помедлила и продолжала так тихо, что ребятам пришлось наклониться к ней. — И у меня в голове прозвучал голос, сказавший: «В свой тринадцатый год да примет она свое наследство с благословением».

— Ой! — вырвалось у Оливии. — Мне же, как раз вот-вот исполнится тринадцать! А яблоки… они у меня не чистились, потому что я упиралась и не хотела верить, что тоже одаренная.

— Видимо, так оно и есть, — кивнула Элис — Надеюсь, теперь ты довольна, Оливия.

— Ну конечно! — улыбнулась девочка. — Только это так неожиданно… я всегда дружила с одаренными, но… я была как бы отдельно. Смотрела на них со стороны. — Она сочувственно подмигнула Чарли. — А теперь я одна из них. Честное слово, даже не знаю, что делать с этим — как его? — талантом.

— Уверена, друзья помогут тебе найти ему применение, — Элис едва заметно кивнула Чарли.

Фиделио собрался с духом и спросил:

— Мисс Ангел, а вы ведьма? Колдунья?

— Похоже, что так, — Элис улыбнулась краешком рта. — Но я — белая ведьма. Словом, можете считать меня феей. — Она помрачнела. — Дети, я не хочу вас пугать, но, к сожалению, там, где есть белая ведьма, всегда объявляется и злая, черная.

— И кто это? — спросил Чарли, у которого было в запасе четыре кандидатки в злые колдуньи, — считая бабушку Бон.