Джон Норман - Убийца Гора

– Конечно, – ответила ему Филлис. – А ты на что рассчитывал?

– Ключ от её металлического пояса также останется у меня, – сказала ему Сура.

– Отдай его лучше мне, – предложил Суре Хо-Сорл.

Филлис побледнела.

– Нет, – рассмеялась Сура. – Пусть он будет у меня.

– Наручники! – рявкнул Хо-Сорл Филлис, и та заученным движением отвела руки назад и, несколько склонив голову набок, замерла в позе послушной рабыни.

Хо-Сорл рассмеялся.

На глаза Филлис навернулись слезы. Ее ответ на приказание охранника был автоматическим, как реагирует на команду хозяина хорошо дрессированное животное. Не давая ей времени проявить характер, Хо-Сорл быстро надел на неё наручники.

– Поводок, – тут же приказал он, и девушка, одарив его полным ярости взглядом, подняла подбородок, подставляя ему ошейник, к которому охранник пристегнул тонкую цепь.

Вирджиния тем временем сама протянула ладони Ремиусу, и тот застегнул у неё на запястьях наручники. Затем она повернулась к нему лицом, поднимая голову и покорно подставляя ему свой ошейник, за который тот, несколько смущенно, зацепил тонкий металлический поводок.

– Вам тоже нужны наручники и цепь для нее? – спросила меня Сура, кивнув на Элизабет.

– Да, – сказал я, – конечно.

Все было немедленно принесено, и я под пристальным взглядом Элизабет деловито надел на неё наручники и пристегнул к ошейнику цепь. После этого мы все вышли из дома Кернуса, ведя за собой своих рабынь.

Как только мы оказались на улице и свернули за угол, я снял с Элизабет все металлические рабские побрякушки.

– Зачем ты это делаешь? – спросил меня Хо-Сорл.

– Так и ей, и мне будет удобнее, – ответил я. – А кроме того, она ведь всего лишь рабыня красного шелка.

– Вероятно, он просто не боится её, – многозначительно заметила ему Филлис.

– Что-то я не пойму, – ответил ей Хо-Сорл.

– Ты тоже можешь снять с меня наручники, – сказала ему Филлис. – Я не нападу на тебя. – И она повернулась к нему спиной, подставив свои стянутые цепями руки и нетерпеливо задрав голову.

– Когда на тебе наручники, – ответил Хо-Сорл, – у меня в тебе больше уверенности.

Филлис раздраженно топнула ногой.

Ремиус, глядя на Вирджинию, бережно приподнял ей подбородок и впервые встретился с её глубокими серыми глазами.

– Если я сниму с тебя наручники, – спросил он, – ты не сделаешь попытки убежать?

– Нет, господин, – мягко, но убедительно ответила девушка.

Наручники тут же с неё были сняты.

– Спасибо, господин, – поблагодарила его Вирджиния.

Нужно заметить, что все горианские рабыни обращаются к любому свободному мужчине «господин», а к свободной женщине «госпожа».

– Ты хорошенькая рабыня, – сказал Ремиус.

Вирджиния, не поднимая глаз, улыбнулась.

– Господин тоже очень красивый, – ответила она.

Я был поражен: в устах робкой и застенчивой Вирджинии Кент подобное замечание было довольно смелым.

Ремиус рассмеялся и потянул её за собой с такой силой, что девушка едва не упала и вынуждена была ухватить его за руку, которую она, однако, тут же с испугом выпустила, и пошла за ним, отстав от него, как учили, на два шага и низко опустив голову. Ремиус же снова потянул за цепь, вынуждая её идти рядом с собой, босую, красивую и, как мне кажется, очень счастливую.

Хо-Сорл продолжал разговаривать с Филлис.

– Я, конечно, сниму с тебя наручники, но именно для того, чтобы ты могла на меня напасть. Это было бы забавно.

Руки и этой девушки были освобождены. Она потерла покрасневшие запястья и потянула за цепь, удерживающую её ошейник. Хо-Сорл сделал вид, что не замечает её действий.

– Может, ты хочешь, чтобы я пообещала, что не сделаю попытки убежать? – спросила она.

– В этом нет необходимости, – ответил Хо-Сорл. – Ты и так не убежишь.

Он так быстро зашагал за нами, что Филлис едва не упала от неожиданного рывка за цепь и, невольно вскрикнув, хмурясь, пошла с ним рядом.

Хо-Сорл остановился и смерил её удивленным взглядом. Филлис немедленно отстала от него на два шага и побрела за ним, низко опустив голову и кипя от переполнявшей её ярости.

– Нам бы не опоздать на состязания, – сказала Элизабет.

Я протянул ей руку, и мы последовали за идущими впереди нас двумя охранниками и их такими разными пленницами.

На трибуне Ремиус и Хо-Сорл отстегнули цепи с ошейников девушек, и те хотя бы на некоторое время могли почувствовать себя относительно свободными.

Вирджиния казалась безмерно благодарной Ремиусу, рядом с которым стояла, опустившись на колени. В какой-то момент состязаний я заметил, что она положила ему руку на плечо и они, склонившись головой друг к другу, так и продолжали наблюдать за гонками, но больше смотрели один на другого. По окончании нескольких заездов Хо-Сорл дал Филлис пару мелких монет и приказал ей купить у торговца ломоть са-тарновского хлеба с медом.

Девушка хитро улыбнулась и, быстро пробормотав:

«Да, господин», тут же направилась к проходу между рядами.

Я удивленно посмотрел на Хо-Сорла.

– Она ведь попытается убежать.

На лице черноволосого парня заиграла усмешка.

– Конечно, – ответил он.

– Если Кернус узнает, что она убежала, – продолжал я, – тебе не поздоровится.

– Не сомневаюсь, – сказал Хо-Сорл. – Но она не убежит. Хотя обязательно попытается.

Делая вид, что мы за ней не наблюдаем, однако на самом деле не спуская с девушки глаз, мы с Ремиусом увидели, как Филлис поравнялась с двумя торговцами хлебом и, помедлив секунду, прошла мимо.

Хо-Сорл посмотрел на меня и рассмеялся.

– Видишь? – кивнул он.

– Да, – ответил я, – вижу.

Филлис тем временем, оглянувшись по сторонам, торопливо направилась к защитному барьеру, отделяющему песчаное поле стадиона от зрительных трибун.

Хо-Сорл проворно вскочил на ноги и бросился за ней.

Я подождал с минуту и тоже поднялся.

– Жди здесь, – сказал я Элизабет.

– Не позволяй ему избивать её, – попросила Элизабет.

– Он за неё отвечает.

– Пожалуйста.

– Слушай, Кернус не будет слишком доволен, если предназначенная для продажи рабыня будет убита или сильно разукрашена. Хо-Сорл тоже это понимает, поэтому самое большее, что ей грозит, – это хорошая трепка.

– Ничего другого она здесь и не видела, – сказала Элизабет.

– Вероятно, это не пошло ей на пользу, – пожал я плечами, – раз она не сделала для себя никаких выводов.

Я оставил Элизабет и Ремиуса с Вирджинией и отправился на поиски Филлис и Хо-Сорла, продираясь сквозь толпу вскочивших на ноги и заполнивших все проходы болельщиков. Послышались три удара судейского гонга, означающих выведение участвующих в очередном заезде тарнов на стартовые позиции.