Останки Фоландии в мирах человека-обычного (СИ) - Элеонор Бирке

— Не пойдем! — твердо сказал Кирк. — Тебе надо переодеться! — он попытался отвлечь Элфи. — Пойдем к вам домой! Можем и ко мне, если что… — Он протянул руку и приготовился воспользоваться шебраком для перемещений.

Но разве можно в этом мире остановить мечтательницу? Элфи в одно мгновение оказалась в воздухе и уже через пару секунд была в доме. Она приземлилась у обломка разбитого стола. Элфи не могла сейчас осознать, что, если особо не задумываться, полет выходит довольно ловко, впрочем, вскоре она оценит это.

Кирк вбежал следом и остановился в двери, в доме был настоящий кавардак. Разломанная мебель; разбитое окно; словно обглоданная гигантами-бобрами лестница с вырванными то там, то здесь кусками дерева; а под ногами тряпка, на которой Кирк моментально угадал некогда цельную «кошачью» скатерть.

Что здесь случилось? Но главное, почему он не переместился вместе с Элфи раньше, когда только нашел ее без чувств? Вот идиот!

С чашей в руках, у которой до половины был отбит ободок, на табурете у торчащей вбок ножки стола сидела Магдалена. Она пила из чашки или ей так казалось. Она говорила с кем-то невидимым, но потом заметила Элфи, встала и шагнула к ней, протянула руку:

— Откуда ты, дитя? Ты заблудилась? Мы как раз говорили… — Она повернулась к столу и вдруг закричала: — Нет! Он ушел! Опять! — она метнула взгляд на Кирка: — Вы, оба, зачем вы здесь? Вы спугнули его! Теперь его опять нет! Пустота, опять никого. Он ушееееел! — она разрыдалась, повторяя одно и то же: «Он ушел, ушел, ушел…»

— Мама, что с тобой?! — Элфи оторопела. Мама никогда не кричала на нее. Да и почему она плачет?

Женщина посмотрела на дочь:

— Ты кто? — спросила Магдалена.

— Ма-ма? — осторожно произнесла Элфи и непроизвольно сделала два шага назад, пока не уперлась во что-то мягкое. Малышка, не устояв на ногах, упала в кресло. Что творится с мамой? Почему в доме мистера Хванча такой беспорядок? Что же такое?! — Маааама…

— Миссис Смолг, не волнуйтесь, все хорошо, вам надо успокоиться… — сказал Беккет, даже не глядя на миссис Смолг.

Магдалена улыбнулась и запустила руки за шею. Она перебирала волосы, подкидывая их и расправляя.

Шебрак рядом с ладонью в кармане, но надо быть осторожным. Кирк не хотел случайно переместиться без Элфи. Если это случится сколько времени ему понадобится, чтобы прибежать сюда вновь? До Элфи шагов десять, Кирк переступил через какие-то доски, палки, — что за бардак? Что-то треснуло под ботинком, и Магдалена вдруг заговорила:

— Элфи? Моя хорошая… — она подскочила и обняла дочь: — Я учу тебя летать! Я совсем забыла. Полетели! — она схватила Элфи и закружила в своих объятиях. Под ногами трещали черепки разбитой вдребезги посуды.

Кирк приблизился, он ждал удобного момента. При желании он мог ухватить Элфи за ногу.

О

— Нет, мам, я не хочу! Я не хочу летать. Поставь меня!

— Не надо, миссис Смолг! — Кирк понимал, что троих его диск не переместит. Как же ему отделить Элфи от матери? Переместиться и позвать отца? А вдруг он не успеет? Но придумать способ Беккет не успел.

Магдалена уже, оторвавшись от пола, потащила дочку вверх. Кирк прыгнул, едва успев ухватить Элфи за ноги. Его тоже подняли к потолку. Магдалена уперлась спиной в балки, недоуменно посмотрела на них, чуть опустилась и с новой силой ударилась спиной в перекрытие потолка. Еще и еще раз! Дети кричали, молили, почти плакали, но она не слышала. Наконец потолочные балки треснули. Еще удар, и они проломились. Не только силой мысли, но и силой своего тела Магдалена одолела крышу строения. Царапины и глубокие порезы — дети пострадали, но больше всех досталось Магдалене! Она была изранена. На ее лице, руках и платье резвились ручейки крови. Красные шарики спрыгивали с тела женщины, оставляя в воздухе кровавый серпантин, когда она неслась в небо серого мира.

Магдалена не чувствовала боли, она улыбалась! Поднявшись на сотни метров, Магдалена остановилась. Дети от ужаса умолкли. Элфи висела на маминой шее, а Кирк вот-вот соскользнет и полетит вниз!

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Женщине ничего не стоило держать обоих, она искала что-то взглядом и вдруг — улыбка, и она помчалась к туману.

В нем что-то было! Он излучал что-то такое…

Словно одержимая, не думая, Магдалена неслась в туман, ведь в нем было нечто вожделенное. Она почти достигла цели. Несколько мгновений, и она окажется внутри!

Кристиан… Любимый Кристиан…

— Нет, мама! Не надо! Мама! Мама! — крикнула Элфи. Ее мольба, наконец выхватила из оцепенения Беккета. Кирк тоже заорал, пытаясь привлечь внимание миссис Смолг.

Магдалена вдруг заметила детей — балласт оказался для нее сюрпризом. Она забыла, что тащит за собой лишний груз, и теперь, глядя на дочь и мальчишку-соседа, заметно удивилась. Она рассматривала детей и не узнавала в них ничего родного или хотя бы знакомого. Женщина крутанулась и силой мечты откинула обоих прочь.

Стало легко! Стало чудесно! Она набрала в легкие воздух и устремилась в белую пелену.

Она летит в туман, ведь там ждет ее кто-то важный… Он там! Еще чуть-чуть, и она увидит его вновь!

Но туман не пустил ее. Женщина врезалась в него, словно в стену. От силы удара она лишилась чувств, и уже через несколько секунд Магдалена рухнула на землю.

Девять дней назад Хванч даже не заметил, как промечтал всего одну мечту, перед тем как вошел в туман. Магдалене не пойти за ним. Они больше не будут вместе…

Глава 18. Родной город

— Она сошла с ума! — взволнованно повторил Кирк, продолжая сжимать руку Элфи.

Кирк словно прикипел к малышке Смолг. Элфи плакала. На обоих вэйшебах оказалась целая россыпь царапин и ссадин, а одежду ждал не ремонт — наверняка помойка. Похоже зря пришила мама к пиджаку Кирка ту злополучную пуговицу. Одежда восстановлению не подлежала ни при каких обстоятельствах! Дети стояли перед Кириллом Беккетом, и к их удивлению, услышав историю о поведении Магдалены, он скорее разозлился, нежели удивился.

— Еще один случай… — прошептал Кирилл, даже не поднявшись с кресла.

— Еще один?

— Да-да… Надо найти ее. — Он встал, положил книгу на стол. — Дождитесь меня. Я скоро вернусь, — и исчез. Он переместился.

Обняв Элфи, Кирк попытался ее утешить. Он вспомнил, как они падали вниз, как ему, с трудом державшемуся за лодыжки Элфи, пришлось орать и лупить подругу своей ценнейшей головой по острым ее коленкам, чтобы та пришла в себя. Элфи визжала и боялась открыть глаза. Он вопил: «Лети! Лети! Ты же умеешь летать!» — слава мечте, они полетели. Но их шатало, и Элфи слабо контролировала ситуацию. Благо Кирк, изловчившись, воспользовался перемещательным шебраком. И вот они оказались в доме Беккетов!

Они упали на пол у распахнутого кабинета Беккета-старшего. Кирк встал и, схватив Элфи за руку, потащил малышку в кабинет отца. Тот поднял глаза и уже начал было отчитывать их за беспечность, повторять про запреты, но вдруг осек себя. Сын с тревогой смотрел на отца, а Элфи была в шоке, лишь через минуту она выпала из ступора и наконец расплакалась, в самый что ни на есть захлеб.

— Магдалена чуть не убила нас. Она сошла с ума! — закончил короткий рассказ сын.

Итак, отец! В своей привычной манере, вновь поступил неподобающе родителю. Ни минуты дополнительного внимания, никакого утешения. А ведь, если подумать, перед ним стояли испуганные дети. Пусть Кирк не малыш, но ведь сын! Отец, как обычно, парой фраз расспросил о случившемся и занялся более важными делами. Сейчас Кирк осознавал это как никогда прежде. Он вновь задавал себе вопросы, которые были невыносимо тяжелы.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Почему отец предельно холоден, избегает общения, постоянно уезжает по каким-то делам, то на дни, а то и на долгие месяцы? Почему так мало времени проводит с семьей? Похоже у него всегда находятся дела поважнее, чем сын… да и, пожалуй, важнее жены. Возможно из-за ничтожности в глазах Кирилла собственной супруги, Кирк непроизвольно также стал относится к матери. Ум восьмилетнего ребенка поражал, точнее мог бы поразить любого, если б только взрослые смогли пробраться сейчас в его голову. Кирк вдруг увидел ситуацию со стороны и многое понял.