Mona Lisas Nemo - Золотые Небеса. Полёт Одной Птицы

— Кто тебя учил? — решив чуть отдохнуть, учтиво осведомился алхимик.

— Друг, — Мэроу, чьё дыхание сбилось куда меньше, тоже стоял в стороне, прикидывая, как бы воспользоваться слабыми местами противника. Впрочем, тот со своей стороны делал то же самое.

— Это не маг часом?

— Он.

— Друг. Знаем мы таких друзей. От магов ничего хорошего ждать не нужно. Знаешь, для них ведь всё то черно, то бело. Они ради своего хорошо на многое готовы.

— Мой друг знает, что хорошо. Я не вижу в этом ничего плохого.

— Маги как каэлы, только одни стремятся ко всему чёрному, а эти — к белому. Но и те, и те готовы идти по трупам ради своего. И нечего зверем смотреть на меня. Я тебя каэлами не ради соплей пугаю. Эти твари, говорят, и сейчас родиться могут. Морка помнишь, а всех ему предшествующих? А знаешь ли ты, как сто лет назад по всему миру вырезали этих отродий…

— При чём здесь маги?

— Упёртые они, вот. — Зло и как-то обречённо пробормотал Касимес. — Им бы поближе к Воплощению, чтобы больше власти заграбастать, а оттуда уже, насосавшись, творить свои магические дела. Из магов выходят хорошие защитники города — они и туман прогнать могут и вылечить иногда, но вот дружить с магом, это всё равно, что дружить со стеной. Стена она знает, какая она, а всё остальное ей ни к чему. Она — стена! — Назидательно закончил алхимик.

— Маги бывают разные.

— А так тебя и растак. — Касимес раздосадовано махнул рукой на Мэроу. — Хоть ты и не маг, а вижу упёртости не занимать.

Сделав несколько шагов вперёд, как и Мэроу, Касимес со всей силы обрушил лезвие меча, и столкнулась, зазвенела сталь.

Мэроу, нападая, поднял свой меч и…

… И Лант отразил удар. Перед ним спокойно и безмятежно стоял Силидин. Его длинный змеящийся меч был опущен острием к полу. Они сражались в одной из верхних башен, где весь пол был сплошным сочетанием ярких пятен — огромная мозаика, чёрное, красное, белое, жёлтое. Всё это складывалось в единый узор. Но в какой, Лант так и не разобрал. Вот если бы он поднялся под потолок, и увидел сверху…

Удар. Удар. Он отбивает и отклоняется в сторону, атакуя.

Здесь не было окон и только крыша на толстых колоннах. Сырой зимний воздух наполнял каждую частичку тела. Внизу как муравьиный улей копошился город, а здесь, высоко в небе в башне, сражались двое магов.

Силидин двигался плавно и взвешенно, но твёрдо и жёстко в то же время. Каждые его удар ничуть не щадил ученика. Каждое движение сопровождалось пронизывающим суровым взглядом.

Шаг в сторону, влево, рывок вправо. Лант резко подался вперёд, так что Силидину пришлось отбивать сильный удар. Лант двигался так же неумолимо, но всё же с почтением. В каждом его жесте была та несгибаемая крепкая как камень воля.

Никто из них не дышал тяжело. Никто не проронил ни слова. Пока Лант, как Силидин, не опустил острие к полу.

— Осознание силы ведёт к понимаю своего долга. — Плавно заговорил верховный маг Единого Воплощения. Голос его обволакивал как мёд ложку. — Ты силён Лант, мне давно не встречались такие сильные маги. Ты ещё не понимаешь этого, но родиться таким магом и прозябать на дороге, изредка излечивая бродяг — это удел куда более закрытых. Ты же открыт. Мир с тобой, и потому тебе ни в коем случае нельзя уходить в тень. Да ты и не сможешь. — Силидин поднял меч и, провертев его в руках, сделал несколько шагов в сторону.

— Чем тебе не угодна присяга? — прямо спросил он.

Лант вложил меч в ножны, понимая, что с этого момента урок окончен.

— Я не хочу убивать ради власти.

— Но власть и есть путь к цели. — Уверенно проговорил Силидин. — Убивать не убивать, сильный маг может ограничиться и куда более привлекательными средствами.

— Запугать?

— Хотя бы, — невозмутимо ответил Силидин. — Но не в том суть. Я знаю, что ты пришёл издалека. Знаю, что некогда у тебя был наставник, а может и не один. Не знаю, что подвергло тебя уйти от них, или него. Но вижу — мир привёл тебя сюда.

— На нас напали. — Сказал Лант.

— Понимаю, наёмники. — Глаза так и проникали внутрь, стремясь вывернуть наизнанку. Но Лант был не таков, чтобы так просто поддаться чужому влиянию. — Ладно, на сегодня и впрямь стоит отложить урок. Мы поедем в Натаан. У меня там дела и ты будешь сопровождать меня.

Оседланные и как всегда вычищенные кони ждали у ворот замка. Силидин первый запрыгнул в седло и Лант последовал его примеру. Теперь они неслись вдоль широких алфарских улиц. И редко какой прохожий гневно восклицал вслед.

Как всегда в это время, Алфар был суетлив. Везде виднелись телеги, часто глазу попадались воины во всём своём воинском облачении, крепкие и статные, с суровыми непроницаемыми лицами. Часто слышался стук молотка о раскалённую сталь, дым валил из труб, бегала и сражалась на деревянных мечах ребятня.

Натаан располагался на северо-западе. Его узкие ворота доставали до самого верха стены. Уже отсюда были видны многочисленные крыши аристократических поместий и дворцов. На входе Силидину поклонился привратник и молча почтительно попятился назад, когда ворота начали разъезжаться в разные стороны. Взору открылась длинная алея, с чёрными деревьями по бокам. Дальше виднелся небольшой изящный мостик через пруд.

Силидин пустил коня вперёд и позволил себе спрыгнуть на землю, только когда они остановились у моста. Кругом было тихо, непривычно пустынно после Райхала. Редко где прохаживались натаанцы. С высоко поднятыми головами, гордой походкой они мерно шли вдоль аллей, мимо дворцов, ведя учтивые беседы.

— Княжество Сияния и Тайны, — проговорил Силидин обращаясь к Ланту, безмолвно рассматривающему окружающее их великолепие. — Всё красное, золотое, изящное. Всё скрыто за блеском. Смотри, будь ухо востро и не верь тому, что скажут.

Пройдя по мосту, вежливо кланяясь проходящим мимо людям, они дошли до одного из самых пышных поместий. У входа Силидин ещё раз поклонился, кивнул Ланту, и тот сделал то же самое.

Как показалось Ланту, здесь можно было день простоять только рассматривая всё кругом, такое великолепие представляло из себя поместье. Самая маленькая крыша была украшена различными вырезанными в ней узорами. И чем выше, тем больше становились эти многочисленные крыши — прикрывавшие одна другую. Две статные статуи из золота стояли по бокам от невысоких ступеней.

— Основатели рода, — мимоходом пояснил Силидин.

Они вошли внутрь под своды сплошь как и должно, красно-золотые. Тонкая ткань развевалась на слабом ветру вместо дверей. Редкие колонны были покрыты резным орнаментом. Под арками меньшие колонны были выкрашены в белый. Отсюда из гостевого зала свернув или поднявшись на следующие этажи, можно было попасть в бесчисленное множество других комнат.