Инна Зинченко - Жизнь без правил

— Как же ты похож на Армароса! — Восхитился Ги.

Рука с вилкой замерла. Виктор напрягся. Неужели? А, может, это и есть Охотники? Он от них убегал, а они просто заманили его в своё логово. Увидев страх на лице Виктора, Ги рассмеялся.

— Успокойся, я не тот, о ком ты подумал. Я просто хорошо знаком с твоим батюшкой. Ешь и не нервничай. Когда придёшь в себя, обсудим обстановку.

Виктора раздражало, что молодые ребята продолжают сосредоточенно молчать. 'Может, они глухонемые? : — подумал он. Настроение испортилось. Как ни крути, но подозрения остались. Он ничего не знает о тех людях, к которым попал. Это очень напрягает, тем более в сложившейся ситуации.

— Ты, что, и в самом деле надеялся убежать от чистильщиков? — Наконец-то заговорил один из близнецов. — Как глупо! Мы даже не пытались этого сделать, просто обратились к отцу.

Так, значит, эти двое тоже беглецы! Только они совершенно не похожи на загнанных лошадок, в отличие от него.

— Чёрт! — Виктор положил вилку и внимательно посмотрел на своего собеседника. — Может, вы мне всё объясните?! Кто вы такие?

— Конечно, мы тебе всё объясним, только тебе, наверное, будет трудно в это поверить.

Виктор вспомнил лицо в зеркале, тянущуюся к своему горлу руку и готов был поверить во что угодно!

— Меня зовут Гипнос, — представился Ги — я - бог сна. А это мои сыновья. Они, как и ты, полукровки. Демоны и боги, они живут рядом с вами, только вы никогда не сможете отличить их от остальных людей. Иногда случаются случайные связи между нашим родом и людьми и вы — последствия таких вот связей.

— А зачем тогда нас убивать? — Удивлённо е спросил Виктор. — С чего вдруг такая кровожадность?

— Это долгая история. Расскажи-ка ты лучше, что с тобой произошло.

И Виктор рассказал всё. И про встречу с отцом, и про отражение в зеркале и про подозрительный холод, который всегда возникал, как только он надолго задерживался на одном месте. Терять ему было нечего. Стоит только выйти на улицу, как обязательно появится какая-нибудь машина и он отразится в зеркалах и вновь начнётся охота, а он уже устал убегать! Гипнос слушал очень внимательно.

— Так, ясно. За тобой охотится Муту, это редкая сволочь! Исполнительный и неподкупный. Это плохо. С ним не договоришься.

Он посмотрел на своих сыновей и подал какой-то незаметный знак. Те встали, подошли к Виктору и сказали:

— Пошли, нам надо на пару минут выйти.

Ничего не понимая, Виктор покорно пошёл за ними. На лестничной площадке он спросил:

— А зачем выходить надо было?

— Отец должен открыть зеркало, не надо, чтобы нас видели те, кому не положено.

Вскоре дверь открылась и их позвали обратно. В квартире каким-то непостижимым образом оказался ещё один человек и собака. Неизвестный был очень похож на хозяина квартире, разве что не настолько ухоженный: беспорядок к одежде, в причёске, опять же ногти не отполированы. Он сидел на широком кожаном диване нога на ногу и рассматривал ребят. Чёрный пёс, больше похожий на волка, лежал у его ног. Наконец он сказал:

— Так, надо бы придумать для вас подходящее убежище.

Близнецы дружно возмутились:

— Нам-то чего скрываться, про нас ещё никто не знает?!

— Узнают! — Уверенно сказал незнакомец. — Сейчас кое-что изменилось. Идёт большая охота и теперь каждого, кто попадёт в поле зрения чистильщиков, даже проверять не будут — сразу уничтожат.

— На кого охота, на меня? — Испуганно спросил Виктор.

Гость хмуро улыбнулся улыбкой, которая не обещала ничего хорошего.

— Нет, не на вас, но это уже не имеет значения. Сейчас в городе столько чистильщиков, что спрятаться будут сложно. Так что вы, ребята, пока поживёте у тёти Лилит. Она любезно согласилась предоставить вам свой дом. Это удобно, потому, что только ей позволено держать зеркало постоянно завешенным.

Тут появилась и сама тётя Лилит! Виктор даже присвистнул, настолько хороша оказалась эта 'тётя'! Он совсем даже не прочь немного пожить у неё. От неё не скрылся его восторженный взгляд, она улыбнулась хитро и сказала ласково и многообещающе:

— Если будете вести себя прилично, то я даже разрешу вам ходить на море купаться, сейчас как раз бархатный сезон.

— Море? — Удивлённо спросил один из братьев. — Какое море, у нас же работа?! Нас уволят!

Лилит нахмурилась, она не привыкла, чтобы с ней спорили.

— А ты бы предпочёл, чтобы вас сразу убили? Нет, мальчики, вам придётся выполнять все мои приказы! Но, — её лицо вновь озарила солнечная улыбка, — я не буду слишком уж строга к вам. Назовите свои имена, чтобы я знала, как к вам обращаться!

— Иван.

— Антон.

Виктор немного замешкался и Лилит так посмотрела на него, что он тут же заикаясь, тихо представился:

— В-В-Виктор.

— Вот и славно! — Потом она повернулась к незнакомцу с волком и сказала:

— Тан, у меня есть одно подозрение — я думаю, что ко мне может вот — вот наведаться Локи. Мне кажется, что ему можно верить, но всё же.

Лицо того, кого она назвала странным именем 'Тан' омрачилось — видимо, имя Локи ему много о чём говорило. Он резко поднялся и заходил по комнате. На его лице, обычно холодном и спокойном, сейчас отражалась целая гамма чувств. Он был не то, чтобы испуган, но насторожен. Испугать Танатоса сложно.

— Верить Локи? — Переспросил он. — Локи? Ты с ума сошла! Верить Локи нельзя никогда! Никто не может сказать наверняка, что делается у него в голове и чего от него можно ждать!

Лилит рассердилась не на шутку. Глаза вспыхнули нехорошим огнём, она порывисто вскочила с кресла и крикнула с вызовом:

— Как вам всем не стыдно! Почему вы все так о нём думаете?!

Мужчины многозначительно молчали, позволяя ей выпустить пар.

— А ты знаешь, что Локи уже известно имя того, из за кого вся эта каша заварилась. Я не знаю, откуда ему это известно, но, помнится, когда Агния гадала Диане, в квартире невесть откуда появился большой чёрный кот. Так вот, я подозреваю, что это и был Локи. Он уже давно всё знает, но никого не выдал!

— Возможно, он сделает это позже, — задумчиво произнёс Гипнос.

Лилит нахмурилась. Она повернулась к Виктору и вдруг сказала:

— Я хорошо знаю твоего отца. Достойный человек, в смысле, демон. Знаешь, почему он стал демоном? Объясняю: боги очень не хотели, чтобы люди чему-либо учились. Они считали, что, чем меньше человек знает, тем более зависимым он становится от богов. Люди, по их мнению, должны были так и оставаться тупыми и покорными. А твой отец совершил страшное преступление — он научил людей науке врачевания! Стоит ли говорить, что за это он был раз и навсегда был разжалован в демоны.