Дмитрий Билик - Жестяная корона (СИ)

— Я слышал только о ростовщичестве и скупке краденого в его землях, — ответил мальчик.

— Это всего лишь мыльный пузырь. Громкая ложь, чтобы отвлечь любопытные взгляды от основного занятия — торговли рабами.

— Но в Кантии запрещена работорговля, — возразил мальчик.

— Да, но зато на севере и в восточных землях, откуда, кстати, сам Мойно, нет. Черепаха рассказал, что Крафтер, хотя тогда его звали по-другому, купил его и еще несколько человек для своего замка, но Мойно удалось бежать. Черепаха пошел наемником к мелкому лорду, где его и заприметил Эдмон Энт. Уже став телохранителем сира Эдвара, Мойно встретился с Крафтером и, конечно, узнал его. Но Боули пригрозил рассказать его светлости, что Черепаха — беглый преступник, если он скажет хоть слово против него. Зная о методах Слизняка, это предоставляется вполне возможным. К тому же, повторю, надо знать Мойно — для него быть рабом уже позор. По его мнению, он не достоин служить лорду, запятнав свою честь рабством.

— Но зачем Крафтер оставил Мойно в живых? — недоумевал мальчик.

— Ровно для той же цели, для которой в конечном счете и использовал. Чтобы сделать козлом отпущения. Цель Крафтера была следующая — правый тайный мастер должен был умереть. Но сам убить его Боули не мог — выглядело бы слишком подозрительно. Тогда он сделал так, чтобы его убил Мойно, у которого оказалось редкое качество, о котором знал только Крафтер. Вы знали, ваша светлость, что ваш телохранитель не может переносить вида человеческих страданий?

— Мойно? — в один голос спросили Эдвар и Иллиан.

— Возможно, корни этого в тех временах, когда Черепаха был рабом. Наверное, это какое-то психологическое отклонение, но при всей его мужественности, ему невыносимо видеть боль и страдания остальных. Легче убить человека, нежели видеть его мучения. Так, Мойно?

— Да, — кивнул пунцовый от смущения Черепаха.

— Не знаю, каким образом Крафтер узнал об этом свойстве Мойно, но оно пришлось как нельзя кстати для осуществления его плана. Черепаха разрубил единственную ниточку, которая вела к предателю.

— Браво, браво, — захлопал в ладоши Крафтер. Он даже хотел подняться, но повернувшийся вслед за ним меч заставил передумать. — А что теперь? Может, все жили долго и счастливо?

— Зачем? — тихо спросил Эдвар, посмотрев шуту в глаза. — Для чего это все?

— А я, пожалуй, даже расскажу, — развеселился Крафтер. — Почему бы и нет, раз у нас такое доверительное общение. Самая моя большая ошибка была покупка этого идиотского титула. Знаете ли, я с детства хотел власти, поэтому, как подвернулась возможность, стал лордом. Это не так трудно, скорее затратно. А минусов уж точно больше, чем плюсов. К тому же этот хрыч Эдмон Энт прознал, что у меня есть деньги. Сначала были небольшие займы для короны, с расписками, все честь по чести. Ну а потом… потом они превратились в огромные суммы, отданные под честное слово. Мое лордство стало обходиться мне слишком дорого, скорее даже стало убыточным.

— Так почему же просто не уехать? — спросил Иван.

— Зачем? — искренне удивился Крафтер. — Мне нравится в Кантии. Это мой дом. Лучше было сделать так, чтобы сир Эдмон не стал мешать мне жить.

— И вы решили убить его?

— А что мне оставалось? — искренне удивился Крафтер. — Только тогда я впервые увидел Эдвара и понял, насколько талантлив этот мальчик. Вправду, я даже им восхищался. Но заметил и другое — как им легко управлять. Внешне у меня были очень хорошие отношения со стариком Эдмоном и оказаться в свите его племянника стало не так сложно.

— А почему шут? — спросил Иллиан.

— Не знаю, — рассмеялся Крафтер, — так захотелось… Я прекрасно все спланировал, но…

— Но конунг предал тебя, как ты предал своего господина, — кивнул Туров.

— Ты так и не понял, — захохотал Крафтер, и всем пришлось ждать, пока он успокоится. — Ты так и не понял. Конунг меня не предавал. И все шло строго по плану, пока не появился ты. Сначала я даже хотел, чтобы ты присоединился к Эдвару. Пока не понял, что ты слишком силен. Что в одиночку способен изменить ход сражения. Конный отряд должен был победить в той деревне, но мальчишку бы не убили. Взяли в плен. А мне чудесным образом удалось бежать.

— Не вижу смысла, но какой тебе прок от того, что сира Эдвара взяли бы в плен?

— Во-первых, — Крафтер откинулся на спинку и зажал мизинец, — тогда бы не появилось точно никаких слухов о сговоре Эдвара с племенами, на которые так расстарался Эриган. Во-вторых, — к мизинцу присоединился безымянный палец, — я бы освободил мальчика от плена, собрав армию, и стал бы не только народным героем, но еще больше приблизился к будущему королю. В-третьих…

— Погоди, погоди, — замотал головой Иван, и меч, направленный на шута, упал на пол. Крафти хотел было рвануться вперед, но Туров тут же вновь поднял клинок. — Каким образом ты собирался собрать армию? Даже если сражение стало бы видимостью, то для него все равно нужны были реальные войска, чтобы не навлечь подозрений.

— Конечно, на такие случаи и нужны козыри в рукаве, — рассмеялся Крафтер.

— И ты само собой расскажешь нам о них, — острие меча приблизилось к самому горлу предателя.

— Расскажу, теперь-то что, — с опаской поглядывал на оружие лорд Воров. — Я еще в конце лета нанял две тысячи кафийских меченосцев. Воины они так себе, но стоили копейки — это за год службы-то. В назначенный час я просто обратился бы к некоторым лордам, они как-будто бы дали денег, на которые я якобы нанял наемников и освободил будущего короля.

— Но после того, как план изменился, ты побоялся прибегать к помощи наемников?

— Да. Как бы я объяснил их появление? — разозлился Крафтер. — После того, как ты появился, все пошло наперекосяк. Мне пришлось несколько раз встречаться с конунгом, чтобы придумывать ход дальнейших действий. Старик Хродмар в какой-то момент даже решил, что я хочу его подставить…

— Значит, — не слушал его Иван, — где-то до сих пор ждут своего часа две тысячи наемников?

— Да, к северо-востоку от Утеса Гроз, в полутора днях пути. Там большой верещатник, от скалистого побережья на несколько миль вглубь. Места безлюдные, редко кто туда забредает. Там и находится лагерь наемников.

— И они повинуются только тебе? — спросил Туров.

— Они повинуются тем, у кого деньги, — начал смеяться Крафтер, но осекся, отпрянув от надвигающегося меча. — Печать! Есть печать! — Ваня отвел оружие в сторону. — Кафийцы выдают печать, когда ты заплатишь им золото. Тот, кто владеет печатью — владеет наемниками.

— Слово какое нехорошее, владеет, — усмехнулся Иван. — Ну хорошо, а где же эта печать?