Владимир Петько - Забытый мир

Того, что справа, Петер сразу узнал - это был Дэнил. Капельки влаги сверкали на его теле. На том, что слева накинут грязно-желтый плащ с капюшоном, лицо под которым смазано сумраком. На лице Дэнила доброжелательная улыбка, но те чувства, что плещутся в его глазах, вызвали невольную дрожь.

- Здравствуйте, - сказал Петер чужим голосом.

- Ну и ты сдохни! - радостно ответил Дэнил.

- Не надоело воевать?

- А ты как думаешь? - разговор, похоже, забавлял Дэнила.

- Вы же умные люди, - проникновенно сказал Петер. - Наверняка понимаете, что исход предрешен. Вдвоем против всей вселенной. Вы проиграете.

- Пока, как минимум, ничья, - заметил тот, что в капюшоне.

- Ты слышал? - Дэнил поднял указательный палец и сделал многозначительный вид. - Мы уже умные люди! А ведь совсем недавно мы были просто уродами, накипью, которую нужно аккуратно удалить, чтобы она не портила вкус почти приготовленного блюда. Страшно представить, что дальше будет.

- Не радуйся, - ответил человек в капюшоне, - это просто преувеличение. Себя он вообще целой вселенной назвал.

- Не себя, - улыбнулся Петер. - Я только часть.

- Мертвая часть, - довольно уточнил Дэнил.

- Это вряд ли, - улыбнулся Петер. - Я не тот, за кого вы меня принимаете.

- Да ну? - удивился Дэнил. - И кто же ты такой? Чем удивишь нас?

- Я не собираюсь удивлять вас, - сказал Петер. - Я пришел с предложением.

- Дай угадаю, - задумался Дэнил. - На побегушки к тебе пойти?

- Зачем так грубо? - поморщился Петер. - Вы доказали свои способности, вам и управлять этим сектором.

- Сектор, это сколько? - уточнил Дэнил.

- Человечество.

- Не так уж и много, - подал голос тот, что в капюшоне. - После вас мало что осталось.

- Так поднимите все из руин! - с энтузиазмом сказал Петер. - Вы не представляете, какие ресурсы будут вам даны!

- Знаю я ваши ресурсы, - недобро отозвался Дэнил. - На своей шкуре прочувствовал. В жопу бы их вам запихать...

- Запихаем, - заверил тот, что в капюшоне, - какие наши годы.

Дэнил неприятно рассмеялся:

- Я всегда молодой. Не душой, так другими местами.

- Ресурсы - это только ресурсы, - вздохнул Петер. - Важно, как их используют. Если раньше ими пользовались неправильно, исправьте ошибки. Сделайте как надо!

- Ну вот почему вы все думаете, что так легко сесть нам на уши? - вздохнул Дэнил.

- На уши? - удивился Петер. - Это как?

- Давай мы как обычно, по старинке, - сказал тот, что в капюшоне, - просто убьем тебя и пойдем дальше.

- До материального тела мне дела нет, - поскучнел Петер. - Если хотите с ним позабавиться - пожалуйста. Но предложение мое обдумайте. Никогда не поздно принять правильное решение.

- Люди и правильные решения несовместимы, - глубокомысленно обронил Дэнил. - А как с тобой позабавиться? Вот был бы ты бабой - тогда мы бы обсудили разные варианты.

- Досадное упущение, - развел руками Петер.

- Ничего, - сказал Дэнил примиряюще. - Обойдемся надругательством над нематериальной частью.

- Увы, - начал Петер, - как я уже говорил...

- Неважно, что ты говорил, - перебил человек в капюшоне, в руке его тускло сверкнул вытянутый металлический цилиндр, дюймов пятнадцати длиной.

Петер снисходительно улыбнулся, но внутри кольнуло тревогой. В следующий миг тело словно ударило молнией, а голова оказалась внутри камнедробилки. Сквозь рев и грохот пробился ехидный голос Дэнила:

- Что, сильно шумит? Как после хорошей попойки или еще сильнее? Вот видишь, вроде бы и тело - лишь пустая оболочка, а если обрезать все пути-дорожки назад, оказывается ценнейшим хранилищем разума. Страшно, когда у тебя вдруг не остается дома, только воет вокруг хаос и безнадега?

На миг сознание Петера прояснилось, он увидел над собой холодный блеск стали и из последних сил, словно защищаясь, поднял руку.

- Со мной было то же самое, - сквозь непрекращающийся шум донесся голос Дэнила.

Перед глазами сверкнуло, и в грудь, ломая ребра, вошел пронзительный холод.

Петер подскочил и огляделся ошалелыми глазами. Слева, выглядывая из-за стены с прозрачными шахтами, виднелся кусок посветлевшего небосвода. С другой стороны, еще сияли несколько самых ярких звезд. Сопящий рядом Марк вздохнул, почесался и пробормотал что-то невнятное. Везет же ему, с завистью подумал Петер, спит как убитый. А у меня одни кошмары другими сменяются. Сна больше ни в одном глазу, он прислонился к стене и сидел, наблюдая как постепенно, где-то за горизонтом копит силы восход. Марк снова что-то забормотал, и Петер не удержался, ткнул его ботинком в зад. Марк всхрапнул и открыл глаза, еще затуманенные сном. Полежав так несколько мгновений, он пришел в себя и рывком поднялся.

Край солнца выглянул из-за окоема, осветив изломанные верхушки зданий.

- Красиво здесь, - невнятным со сна голосом сказал Марк.

- Где? - не понял Петер и завертел головой, шаря взглядом по развалинам.

- Здесь, на высоте, - пояснил Марк. - Смотри, как далеко видать! Здорово быть птицей, каждый день такое видишь.

Петер хмыкнул и полез в мешок, за консервой и галетами. Марк тотчас последовал его примеру.

- Слушай, - начал он, уже жуя, - а ты заметил, что за нашей дырой находилось?

- Как бы я это сделал? - удивился Петер. - Там же высоты сотня ярдов и развалины с обеих сторон!

- А ты сейчас глянь, - сказал Марк, отправляя в рот на острие ножа очередной кусок.

Петер повернулся к месту, из которого они вышли и пригляделся. Гигантский рот по-прежнему превосходил их в высоте, но ненамного. И отсюда хорошо видно, что за провалом входа нет никакой пещеры. Еще несколько стоэтажных башен скрутило в единое целое, а дальше шли все те же развалины, лишь на самой границе видимости прорезалось что-то зеленое.

- Мне кажется, или те дома, что за ртом, малость поблескивают? Как будто лаком покрыты...

- Есть такое, - подтвердил остроглазый Марк. - Это та розовая херня, что на потолке была. Бетон немного внутрь пролез, а эта дрянь наружу выбралась. А вот дальше то нет ничего. Где наша пещера?

- Да не пещера это, - в который раз повторил Петер.

- Я знаю, - упрямо сказал Марк, - но там ведь совсем ничего нет!

Петер только рукой махнул. Этому дураку ничего не объяснить. По правде, он и сам не особо понимал, понимало что-то внутри него, оставшееся после ночи на крыше здания. Петер поднялся и начал собирать мешок. Закряхтел и Марк, вставая.

- Сил моих уже нет, на твердом спать, - заворчал он. - Один только раз на мягком прикорнул, и то, посреди ночи подняли, да еще и наизнанку вывернули, дряни всякой вовнутрь натолкали...

Петер поддал ногой под зад наклонившемуся за мешком другу и зашагал по ступеням. Каждый лестничный пролет в высоту около четырех ярдов, вся же башня, на глаз, была ярдов восемьсот-девятьсот. Выходило не менее двух сотен пролетов. От этой мысли сразу заболели ноги. На шестом этаже его догнал Марк: