Ольга Гребенщикова - Переход

— Думаю, вы оба много потеряли, — пожал плечами Морис.

— Думаю, мне лучше уйти, — снова улыбнулась Веллита.

Она совершенно не боялась, и Морис подумал, что вокруг нее наверняка уже висят такие щиты, что лучше не приближаться, иначе прошлогодний удар током во время ремонта яхты покажется невинным щелчком по носу. Волшебница уже шла к выходу.

— Прости, я был груб и говорил чушь, — сказал он ей в спину.

— Я прощаю. Доброй ночи.

Она не обернулась, твердо намереваясь оставить неудачливого собеседника в одиночестве. Но Морис пришел сюда не за этим. Его голос вдруг изменился, полностью утратив нахальную веселость:

— Леди Делари, не уходите. Я должен передать вам послание!

На рассвете чужеземная герцогиня покинула город. Правитель подарил Кассандре вместительную карету для дальних путешествий, которая привела Мориса в восторг мягкими сиденьями и обилием подушек, а Кассандру — возможностью избавиться от ненавистных верховых прогулок. Карета стояла во дворе, все уже собрались, кроме самой герцогини. Морис прогуливался туда-сюда, внимательно поглядывая по сторонам, слуги укладывали багаж, в основном бутафорский. Роланд тоже был здесь и ждал. Оставалось лишь несколько минут до того, как их пути разойдутся, и теперь он твердо намеревался исполнить задуманное, даже если в будущем поймет, что был неправ.

…Как она вам? Настоящая принцесса, не какая-нибудь заурядная девица из побочной ветви великого рода. Но я, разумеется, хотел поговорить не об этом. Вы кое-что видели, и представляете, каковы возможности. Стоит только кому-то воспользоваться, и столица падет. Многое, конечно, зависит от внезапности, но теперь вы знаете, чему придется противостоять…

Это было не предостережение, а предложение, намек, тонкий, как шелковая нить. Слишком многообещающий, чтобы посчитать его плодом разгулявшейся фантазии.

Кассандра появилась на лестнице, бесшумно спускалась, приподняв подол пышного платья. Приветственный взмах рукой — она увидела Роланда. Король приблизился, собой закрывая ее от остальных — мага, охраны, Мориса, и сказал несколько слов. Наследница чуть заметно кивнула, одарив его внимательным, немного удивленным взглядом, а потом продолжила путь, не оглядываясь и не говоря ни слова.

Громоздкая карета с шумом прокатилась по улицам и подъехала к запертым по причине раннего времени воротам. Наро, восседавший на козлах вместе с кучером, протянул караульному пропуск. Четыре всадника возле кареты нетерпеливо ждали, когда их пропустят вслед за госпожой, а из окна, отодвинув плотную занавеску, выглянул Морис, спросил, почему задержка. Стражники запомнили его еще по вчерашнему приезду "герцогини", и теперь любой, поинтересовавшись у городской стражи, услышит, что чужеземка со свитой на рассвете отбыла в направлении восточной границы.

Карета укатила подальше, чтобы у свидетелей отъезда не осталось сомнений в том, куда она отправилась, и кучер хлестнул лошадей, сворачивая на узкую дорогу слева от Восточного пути, на север, а потом на северо-запад. Кассандра скинула ботинки и блаженно растянулась на мягких подушках, Морис расположился напротив. Места более чем хватало, кроме них в карете никого не было. Наро предпочитал ехать рядом с кучером, показывая дорогу, а четыре неразговорчивых телохранителя — двое прежних, и двое приставленных лордом Виларом — скакали верхом по обе стороны кареты. Кассандра не ехала с Роландом в столицу, она собиралась навестить родственников и попробовать разыскать некую безделушку, которая очень нужна магам, но добраться до которой сами они почему-то не могут. Экипаж мчался в сторону замка Старая застава, владения рода Экхарт и места, где якобы нашел упокоение последний король, носивший это имя.

Через полчаса пути леди Экхарт поманила Мориса на свою половину кареты и обняла его, уткнувшись в широкое плечо. Он вытянул из ее прически длинную серебряную шпильку, и волосы рассыпались по плечам. Не такие длинные, как у здешних красоток, но не менее роскошные, похожие на темно-золотой шелк, струящийся между пальцев, уже впитавший какой-то здешний, волшебный аромат. Когда молодой человек уже почти справился с мудреными застежками нового платья подруги, Кассандра вдруг прошептала ему несколько слов. Она не знала, могут ли здесь подслушать разговор, но не хотела, чтобы оставшиеся снаружи попутчики пронюхали, о чем сказал Роланд во дворе перед самым отъездом. Он сказал: "Остерегайся, что-то здесь не так". А она никогда не оставляла без внимания такие предостережения.

— Разберемся, — шепнул Морис и вкрадчиво добавил, — а если нас кто-нибудь подслушивает… пусть завидуют! Никогда не думал, что буду обнимать настоящую дочь короля. Кстати, тебе бронежилет не мешает?

— Уже мешает! — улыбнулась Кассандра.

— Ну, так долой его!

В это же самое время в замке правителя, в дальнем, скрытом от посторонних глаз дворе Веллита готовилась открыть портал. Самый слабый, почти без выброса освобожденной силы, с выходом всего лишь в долину неподалеку от Лакуара. Через этот портал король и его друзья незаметно покинули город.

Глава 9

Лето в этом году выдалось прохладным и дождливым. Бывали дни, когда солнце, как и положено, радовало самым настоящим зноем, но отряду, приближавшемуся к столице, с погодой не повезло. Всю дорогу накрапывал дождь, а к вечеру небо заволокли такие низкие, темные тучи, что о ночевке под открытым небом никто и заикнуться не посмел. До Алуа было всего ничего, но сумерки сгустились раньше обычного, и путешественники решили не рисковать. Попасть в город днем, среди многих приезжающих и уезжающих, гораздо проще, чем ломиться ночью в запертые ворота. По словам лорда Вилара, из-за сомнений в смерти короля, и, более того, неясных слухов о том, что он жив, заговорщикам не удалось перетянуть на свою сторону большинство членов Совета. В столице воцарилось хрупкое спокойствие, больше похожее на затишье перед грозой. Но это вовсе не означало, что в Алуа можно войти беспрепятственно. Какова во всем случившемся роль командира Королевской гвардии, Роланд узнал еще в ночь переворота, и кому на самом деле теперь служит столичная стража, не хотелось снова опрометчиво выяснять на собственной шкуре.

Заброшенная мельница у реки в стороне от дороги подвернулась очень кстати. Старый каменный дом на берегу разваливаться не собирался, хотя время и непогода изрядно потрудились над его разрушением. Почти сгнившее колесо давно остановилось. Но даже в таком неприглядном виде дом укрывал от дождя и, судя по следам костров вокруг, в нем не раз останавливались путники, задержавшиеся по дороге в столицу.