Элейн Каннингем - Эльфийская тень

Его обсидиановый взгляд несколько смягчился, когда он увидел перед собой особу с золотистой кожей, облаченную в длинную красную мантию. Многие эльфы, равно как и люди, почитали богиню леса, поэтому эльф склонился в глубоком поклоне перед ее жрицей.

- Приветствую служительницу Миеликки, - провозгласил он.

Рыжеволосый стражник, которого Эрилин назвала Клионом, не сдержался и хихикнул.

- Не могу поверить! Капитан, разрешите представить нашего старого друга. Это Эрилин Лунный Клинок, одна из самых отчаянных искательниц приключений, с которыми нам приходилось странствовать. Эрилин, это Тинтагель Ни'Тессин.

Внезапно Данила вспомнил, где он слышал это имя. Тинтагель Ни'Тессин - так звали эльфа, который издевался над Эрилин в годы ее учебы в Академии. Молодой человек посмотрел на свою спутницу. Ее лицо оставалось невозмутимым, и она спокойно встретила яростный взгляд Тинтагеля, однако в глазах девушки отразилась усталость, а в уголке рта залегла горькая складка.

- Вот мы и встретились, - ровно сказала она.

Светлый эльф вскипел от возмущения.

- Это святотатство! Как ты посмела нарядиться жрицей Миеликки, не говоря уже о твоей попытке выдать себя за тель'квэссир.- Тинтагель готов был прожечь ее насквозь презрительным взглядом. - Я могу понять твое желание скрыть свое истинное происхождение, но позолоченные отбросы никогда не станут золотом.

Оба стражника выслушали эту тираду с раскрытыми ртами, онемев от изумления. Данила невольно потянулся к мечу, однако что-то в лице Эрилин его остановило.

- Вот мы и встретились, Тинтагель, - повторила девушка спокойно, - Должна признать, твоя внешность меня также удивила. Немногие светлые эльфы носят форму городской стражи.

Глаза эльфа сузились, и Данила догадался, что безобидное с виду замечание Эрилин содержало в себе оскорбительный намек.

- Моя служба в городской страже - это дело чести, - заявил Тинтагель вызывающе, но в его взгляде и голосе читалась неуверенность.

- В самом деле? Хотя я питаю глубокое уважение к страже Глубоководья, мне трудно поверить, что ты считаешь эту должность почетной.

- В общем и целом моя служба в городской страже смахивает на жалкую шутку, - зло признался Тинтагель, не обращая внимания на сердитые взгляды, которыми перекинулись его подчиненные.- Кто-то должен установить подобие порядка в необузданной толпе, которую вы называете горожанами.

- И этот кто-то, несомненно, вы? Как повезло жителям Глубоководья! - удивленно протянул Данила.

Помимо воли Тинтагеля его заявление и в самом деле прозвучало курьезно. В действительности в Глубоководье существовала сильная власть, которая неизменно поддерживала порядок, а городские законы исполнялись неукоснительно.

Эльф вскользь глянул на Данилу, затем его черные глаза вновь обратились к Эрилин.

- Моего отца убили в горах, неподалеку от Глубоководья, Поразив стрелой в сердце.

Он опустил руку, и его пальцы сжались вокруг древка стрелы, подвешенной к поясу. Данила заметил необычный черный знак, вырезанный на древке,

- Я посвящу свою жизнь тому, чтобы отомстить за его смерть и избавить город от подобных негодяев, - решительно проговорил светлый эльф.

- Достойная цель, - поддакнул Данила, откровенно насмехаясь над Тинтагелем. - Если вы не возражаете, мы вас покинем.

Он взял Эрилин за руку и повел ее к конюшне. На лице девушки застыло холодное вежливое выражение.

- Я приведу лошадей, - предложил Данила. Эрилин рассеянно кивнула. Ее внимание привлек длинный деревянный желоб, начинавшийся у дверей в конюшню. На его дальнем конце располагался ручной насос. Эрилин подхватила пустое ведро и направилась к скважине. Она накачала в ведро воды и с остервенением принялась тереть лицо. Девушка со злостью оттирала краску, смывая золотые пятна со щек и с рук. В тишине раздался звук рвущейся шелковой материи: не дождавшись исчезновения Иллюзии, Эрилин попыталась сорвать с себя красную мантию. Отбросив разодранную тунику, искательница приключений гордо выпрямилась, радуясь, что снова может быть собой.

- Вот так-то лучше, - прокомментировал Данила, передавая девушке поводья. - Золотистый оттенок кожи тебе не идет. К тому же, судя по тому типу, которого мы только что встретили, тель'квэссир - кем бы они себя не мнили - ужасно неприятный народ.

Глава 15

Несмотря на увещевания Данилы, Эрилин настояла патом, чтобы выехать из Глубоководья ночью. В осеннем небе ярко сияла луна. Путешественники направились на юг по верхней дороге, огибавшей Громовой Мыс - небольшой участок суши, покрытый скалами и песком, который вдавался в море, защищая гавань с юга. Далеко внизу в белом лунном свете чернела гряда прибрежных скал, а на севере высились могучие городские стены, обещая странникам защиту и приют. «Одна видимость», - подумал Данила, припомнив события трех последних дней.

С тех пор как они спешно покинули Глубоководье, молодой человек постоянно думал об убийце Арфистов. Эрилин говорила мало, и до поры до времени Данила оставил ее в покое. Он дал ей возможность побыть наедине с собой, рассудив, что позже ему будет легче ее разговорить. Этим вечером хитрец планировал вызвать девушку на откровенность.

Нельзя сказать, чтобы Данила с нетерпением ждал предстоящего разговора, однако если они с Эрилин хотели найти убийцу Арфистов, им следовало изменить направление поисков. Сведения, полученные от Элайта Кроулнобара, убедили юношу, что Хелбен Арунсун был прав: ключом к разгадке и установлению личности убийцы служил Лунный Клинок. Данила предпочел бы просто рассказать девушке все, что узнал о волшебном мече от дяди, но тогда он выдал бы себя с головой.

Поскольку Эрилин выглядела несколько рассеянной, молодой человек держался настороже, вглядываясь и вслушиваясь в темноту. Несмотря на все свое богатство и великолепие, Глубоководье было единственным островком цивилизации среди диких и опасных земель. «Дикий Север» - Так высокомерные южане называли эти края, и в их словах содержалась изрядная доля истины. К северу и западу от города раскинулись богатые поместья и плодородные сельскохозяйственные угодья. Однако на юге, куда направлялись Эрилин и Данила, лежала пустынная заброшенная местность.

Вокруг начали появляться сосны и низкий кустарник: путешественники достигли кромки Ардипского леса. Эрилин остановила коня, решив сделать привал.

- Мы разобьем лагерь здесь. Я поймаю чего-нибудь на обед, а ты займись лошадьми.

Не дожидаясь ответа, девушка спрыгнула на землю, взяла маленький лук и колчан со стрелами и растворилась среди деревьев.