Дмитрий Воронин - Плечом к плечу

Таша поёжилась и принялась неторопливо одеваться. Кастелян не самоубийца, в такую рань к хозяйке не заявится. Придётся идти его искать — чем раньше она разберётся с накопившимися делами, тем лучше. А потом можно будет взять лошадей и отправиться на прогулку. Альта, безусловно, будет недовольна — ещё не отошла от поездки. Странно, но у неё почему-то присутствует некая нелюбовь к лошадям… вернее, лошади как раз девчонку обожают, и Мрак косится без обычного недоброжелательства, хотя к себе пока не подпускает. А вот сама Альта к верховой езде относится без восторга, и с этим надо что-то делать, благородная леди (или девушка, которой необходимо выглядеть благородной леди) должна сидеть на лошади мило, изящно и непринужденно. И вообще, надо бы заняться воспитанием Альты немного в другом ключе. Магия, история, литература — это неплохо, но, чтобы найти по-настоящему удачную партию, необходимо нечто большее, чем несколько сотен прочитанных и запомненных книг. И яркой внешности тоже недостаточно.

Интересно, что на сегодня ей приготовит кастелян? Опять сверхважные хозяйственные вопросы, одна мысль о которых вызывает зевоту?

— Госпожа, — из-за угла вынырнул мальчишка. Его одежда когда-то была опрятной, но сейчас явно свидетельствовала, что паренек только что занимался на кухне очень нужной, но не очень чистой работой. — Госпожа, там эта… балагородный господин пожаловали… вас просють.

— Что за господин?

— Так не знаю, госпожа, не нашенский вроде… токмо точно балагородный, с мечом.

Леди Рейвен приподняла бровь. Время для визита было, мягко сказать, не самое удачное.

— Где он?

— Дык в большом зале, ясное дело. Кто ж его в другое какое место пустить, хоть он и балагородный!

Паренёк пыжился от гордости по меньшей мере по двум причинам. Во-первых, он в замке свой — а значит, на голову выше остальных селян или даже «балагородных», которые тут могли быть просителями, гостями, наказуемыми… в общем, кем угодно — но только не «своими». И, во-вторых, сегодня ему поручено передать сообщение хозяйке — стало быть, первый шаг на пути от прислуги к слуге сделан, радужное будущее не за горами. Глядишь, хозяйка заметит, оценит, сама что-нибудь поручит… а уж он постарается!

А может, ни о чём таком кухонный мальчик не думал. Просто радовался, что на время грязная работа сменилась необременительной ролью гонца.

Большой зал не вполне оправдывал своё громкое название. В принципе, здесь хватило бы места для двух-трех десятков гостей, но не более — всё-таки Рейвен-кэр был и оставался военным сооружением, пусть старым и ветхим. Те, кто возводили замок, меньше всего думали о приёмах и балах — куда важнее была способность противостоять врагам. А друзья собирались в этих стенах не ради танцев, предпочитая шумное весёлое застолье. Пышным балам место в столице… да и если бы Таше вдруг взбрело в голову устроить самый настоящий приём — кого пригласить? Не управителя с супругой же, в самом деле.

Так что пиршественный, он же «большой» зал, как правило, пустовал. Иногда — если просителей было много, а погода на улице не радовала, кастелян пускал ходатаев сюда — в такие дни леди Рейвен приходилось торжественно сидеть на отцовском троне, иначе говоря, на крайне неудобном деревянном резном кресле, установленном на возвышении в дальнем от дверей конце зала.

Войдя в зал, Таша замерла на пороге и почувствовала, что медленно закипает. Пальцы правой руки сложились щепотью — весьма дурной признак с точки зрения тех, кто знает жестовую составляющую боевой магии. Причина была проста и, в то же время, потрясающе нелепа — высокая фигура по-хозяйски расселась (видимо, за неимением альтернативы) на фамильном троне Рейвенов и даже не попыталась встать при появлении владелицы замка.

Не то, чтобы Таше было жалко рассохшегося кресла, но, демон раздери этого нахала, существуют же какие-то приличия!

— Я надеюсь, — прошипела она, — что объяснения будут краткими и доходчивыми.

Человек на троне поднял голову. Факелы в зале никто не зажигал, узкие окна плохо пропускали свет — рассмотреть лицо нахала было совершенно невозможно. Незваный гость молча разглядывал хозяйку, явно не собираясь покидать кресло.

— Я не отличаюсь терпением, — сквозь зубы сообщила Таша, предусмотрительно оставаясь в дверях.

Кем бы ни был посетитель, он явно не относился к числу трусов. Войти в чужой дом и усесться в хозяйское кресло без разрешения было несусветной наглостью само по себе, но в данном случае о назначении деревянной резной конструкции догадаться было несложно. Так что имеет место либо попытка прямого оскорбления, либо… либо просто издевательство. Если оскорбление — гость дождётся её вызова, дабы получить право на выбор оружия, или же сделает вызов сам. Ну а если это лишь злая насмешка…

Ее пальцы были уже готовы завершить движение и всадить в грудь нахала «стрелу мрака». Игра с огненными или ледяными заклинаниями в помещении — верный способ изрядно повредить и без того траченные молью гобелены, а то и спалить трон. При всём его неудобстве, он символизировал, в какой-то степени, власть лорда. Теплых чувств к деревяшке Таша не испытывала, но и портить имущество не собиралась. А «стрела мрака» ничему не повредит… она смертельна только для живого.

Человек, по-прежнему не вставая, развёл руками.

— Ну что поделать, — до боли знакомый голос прорезал застоявшийся воздух тронного зала, отражаясь от стен и возвращаясь чуть заметным, но несомненным эхом, — у вас тут определённо негде присесть, леди. Неужели посетители вынуждены приветствовать хозяев исключительно стоя?

Пальцы разжались, «стрела», так и не успевшая родиться, снова вернулась в разряд «заготовок», отложенная до лучших времен. Таша почувствовала, как вдруг предательски задрожали колени.

— Ангер…

— Ну, а после этого примечательного сражения ничего достойного внимания и не было. Наш друг Хай благополучно доставил меня в Сур и, как мне кажется, не испытывал особого сожаления от расставания.

— Сур — Орденская крепость, к тому же там вечно толкутся маги Альянса. Не слишком рискованно?

— Во имя… — он сделал паузу, затем вздохнул, — во имя богов, леди Рейвен, ну мне ли учить опытнейшую шпионку? Если бы корабль пристал ночью к пустынному берегу, уже через несколько часов там всё кишело бы патрулями Белых плащей. С тех пор, как уважаемый Комтур Зоран объявил себя защитником мира, война вспыхнула с новой силой. Только тихая такая война, без сражений.

— Можно подумать, в гавани шпионов не высматривают.

— Ну как же без этого… Но в гавани затеряться легче. Да и Хай не из дураков, ему не нужна дурная слава. Поболтались вдали от берега, подождали крупного каравана и вошли в порт одновременно с ним. На пристани толчея была — любо-дорого поглядеть. Там не то, что одинокому человеку, там небольшой армии потеряться было впору.