Татьяна Засецкая - Вольный Ветер

За нашим диалогом наблюдали все.

— Вы ошибаетесь, — нагло соврал Оверн, смотря прямо в глаза Лиодора.

— Какая связь? — возмутилась я и, пресекая дальнейшие расспросы, вновь вернулась к лэре, принявшись мурлыкать себе под нос хулиганскую песенку.

Ребята плюнули на нас с Оверном и принялись думать, как двигаться дальше.

Наконец, спустя пол часа споров и пререканий, мужчины решили забрать вправо от намеченного ранее курса, свернув с наезженного тракта на широкую и довольно качественную дорогу. А потом хозяин постоялого двора рассказал о визитёре, мы с дроу изредка дополняли рассказ мужчины. Я даже поправила его насчёт слов преследователя, на что тот очень удивился:

— Вы же сидели в другом конце зала и… — я посмотрела на него чуть засветившимися глазами, в которых подрагивали зрачки, — были заняты игрой на лэре, — выкрутился он, оттянув ворот рубашки. Я кивнула на его слова и продолжила играть мотив. Лиодор лишь усмехнулся и покачал головой.

— В разведку тебе нужно было идти, — посетовал он, с лукавством глядя на меня, когда мужчина ушёл.

— Извини, Лиодор, но мне и Ищеек хватило по горло! — заверила я его, не отрывая пальцев от струн.

— Ищеек?! — вскочил со стула Рид, с огромными глазами уставившись на меня.

— Да, — пожала плечами и подмигнула парню. — Я же говорила, что Лиодор — мой учитель.

— Но… — протянул он. Я, уже зная продолжение (плавали — знаем), закатила глаза, оборвав звучание струн.

— Да! Сейчас из ищеек выгоняют только посмертно! Но раньше этого не было!

— Но… — глаза парня ещё больше округлились, а Иллар открыл рот — похоже, дошло.

— Да! Я была в ищейках, когда это был ещё эксперимент, то есть пол века назад! И да! — продолжила я, видя, что уже у Кассия отваливается челюсть. — Мне уже тоже очень много лет!!!

По окончанию этой речи за нашим столиком воцарилось гробовое молчание. Все сидели с отвалившимися челюстями. Кроме Ноя, так как я ему недавно об этом сказала, Лиодора, естественно, знающего это с самого начала, да Оверна, который знал меня, как облупленную. На роже последнего вообще поселилась нахальная ухмылка, съезжающая вправо.

Я его убью!

Это уже было.

Я его убью!!!

Тем более было.

Я ЕГО УБЬЮ!!!

Репертуар смени.

— Ррррррр…. - глаза сами собой изменились, а из горла вырвалось натуральное рычание.

Моя стихия — синий лёд — подошла к той самой красной черте, заступив за которую она станет несдерживаемой. В глазах тёмного я увидела всполохи рыжего огня. Его стихия тоже была близка к срыванию с цепи. Время снова стало замедляться. Ещё немного и….

В чувство нас обоих привёл звон лопающихся кружек, в которых было пиво у Прова, Лиодора и Кассия. Я сморгнула и, бросив быстрый взгляд на Оверна, который сидел, уставившись в пол, просто вылетела из зала на улицу. Остальная компания так и осталась переводить глаза с расколотых надвое толстых кружек на дверь, за которой я скрылась, и с двери на застывшего каменной статуей дроу.

ДЕМОН!!! Что ж это такое?!!

Так, дыши ровно! Думай о море! Волны, синь, горизонт, блики от солнца, лёгкий бриз, шум прибоя, соль на языке, тёплая вода омывает твои ноги, накатывая одна за другой. Далёкие крики чаек, парящих где-то в вышине, мелкий песок, обнимающий руки. Вокруг лишь спокойствие и умиротворение.

Я выдохнула и открыла глаза. Сейчас я сидела под деревом в стороне от постоялого двора.

Спасибо.

Не за что! Мать?

Что?

Если это случится в следующий раз, то можешь писать завещание!

Знаю.

И?

Что и? Я не представляю, как это прекратить! Это само приходит! Понимаешь, само! Я это не контролирую!!!

Тише, тише! Успокойся.

Я не знаю.

Ладно. Отдыхай.

Я снова прикрыла глаза и, откинув голову к коре старого дерева, выкинула все мыли из головы.

Всё! Меня нет! Я умерла!

…- Вера, вставай!

Большая комната, в которой легко можно угадать комнату ребёнка. Сквозь тяжёлые шторы пробиваются лучи встающего солнца. Вокруг сплошной беспорядок. На мягкой кровати, уткнувшись в подушки носом, лежит, свернувшись клубочком, маленькая девочка. Рядом с ней сидит паренёк лет десяти и аккуратно трясёт её за худенькое плечо, пытаясь разбудить. А она только морщится и отмахивается от него, бурча себе под нос что-то недовольным голосом.

— Вер! Проснись!

Но девочка не реагирует. И тогда паренёк, зачем-то оглянувшись на дверь, наклоняется к ней, собираясь поцеловать в щёку. Но тут, когда он уже склонился, девочка, недовольно приоткрыв один глаз, повернулась к нему. На несколько мгновений в комнате повисла напряжённая тишина, во время которой дети с ужасом пытались понять произошедшее.

— Эээээ, я тебя будить пришёл, — невнятно пробормотал парень, заливаясь краской.

— Разбудил, — ответила уже просто пунцовая девчонка, натягивая одеяло до самого носа, так, что снизу вынырнули голые ноги.

И снова тишина. Дети усиленно не смотрят в сторону друг друга.

— Где вы там? — раздаётся из коридора голос отца Скирна, и дверь открывается….

— Вера! Вера! — над самым ухом раздаётся настороженный знакомый голос, и чьи-то руки касаются моих плеч.

Тело на чистых рефлексах проделывает вбитый в мышцы до судорог приём, и противник уже прижат мною к земле. Его руки у него над головой. Я сжимаю их на запястьях одной рукой, а другая, уже сжавшись в кулак, взлетает вверх.

— Вера!!! — Ной пытается отцепить мои руки от своих, но моя хватка очень сильна. Кулак замирает в каки-то жалких миллиметрах от его лица. А эльф очумело смотрит на него. Я же удивлённо и слегка ошарашено смотрю на лежащего подо мной светлого эльфа и пытаюсь понять, что же только что произошло.

— А ты что тут делаешь? — спросила я, убирая кулак от его лица.

— В данный момент лежу, — оповестил он меня. — Тебе удобно?

— Извини, — смутилась я и, скатившись с эльфа, уселась на траву под дерево. Посмотрела на небо, и поражённо застыла — уже темнеет.

Сколько же я проспала?

— Лиодор сказал, — эльф сел рядом, — что мы отправимся завтра. А тебя всё не было.

Я хмыкнула и протёрла слипающиеся глаза.

— Значит, пойду досыпать, — сказала я вставая. — Спасибо.

Эльф проводил меня задумчивым взглядом и, когда я скрылась за дверью, невесело усмехнулся. Я же заказала у хозяина поесть себе в номер и ушла. Перекусив, тут же завалилась на кровать и заснула, будто бы не я проспала почти пол дня.

На следующий день в нашей компании царила какая-то напряжённая обстановка. Парни пытались шутить, но даже Пров затих, бросив это гиблое дело. Я ехала, не обращая ни на кого внимания, Оверн отчаянно делал вид, что меня не существует, Ной кидал в меня и в тёмного слишком странные взгляды, наставник хмуро разглядывал меня и дроу, что-то обдумывая и приходя к неутешительным выводам. Остальные тоже косились в сторону меня и тёмного эльфа с опаской — лопающиеся ни с того ни с сего кружки их насторожили.