Ник Эндрюс - Награда наёмника

— Сейчас пойдут на штурм, — вымолвил сотник стигийцев.

Однако шари почему-то медлили. Обстрел прекратился, и наступила тишина. Никто из защитников не решился даже двинуться с места. Но вот до путешественников донесся яростный рев. И тут же в окна полезли тлацитланцы. Как и предполагал Конан, они незаметно подобрались к зданию и лишь ждали сигнала. «Барсы» встретили их копьями и мечами. Из лука стреляла только Селена. Девушку близко к месту боя не подпускали. Казалось, что отбить эту атаку удастся легко. Узкие проемы не позволяли тлацитланцам развернуться, и нападавшие несли тяжелые потери.

Но тут раздался ужасный грохот. От мощного удара, нанесенного обломком каменной колонны, стена треснула во многих местах и обвалилась. В образовавшийся пролом хлынул поток шари.

— Валер, Аджа, за мной! — прокричал киммериец.

Наемники бросились навстречу противнику. Следом за ними устремились стигийцы. Закрыть брешь в обороне надо было любой ценой. Левая нога ужасно болела, но северянин не обращал на это внимания. Он разрубил первого противника почти напополам, второй получил удар клинком в грудь, а третий — кулаком в лицо.

В подобной драке не составляет труда зацепить и своих, но выбирать не приходилось. Конан поднялся на груду развалин и невольно ужаснулся. Перед ним находилось сплошное море голов. Ксухотлцы толкались, кричали, стараясь прорваться в первые ряды. Как же их остановить?!

На помощь подоспела группа шемитов, но внести перелом в ход сражения «барсы» не сумели. Теряя людей, путешественники начали отступать. Вскоре тлацитланцам принадлежала уже половина здания.

Выставив копья и клинки, защитники ждали последнего решающего штурма. Шемиты, стигийцы, банту стояли плечом к плечу. Перед лицом смерти все равны. Многие бойцы от полученных ран едва держались на ногах. Но враги не спешили. Они будто заранее наслаждались своей победой.

— Неужели это конец? — со слезами на глазах спросила Селена.

— Нет, если ты остановишь шари своей магией, — спокойно заметил киммериец.

— Но что я могу… — бессильно развела руками волшебница. — Обрушить огненный дождь, который заберет все мои силы?

— Было бы неплохо, — откликнулся аквилонец.

— Он уничтожит и нас, — всхлипывая, проговорила девушка.

— Тогда лучше не стоит, — иронично вымолвил наемник.

Даже в такой ситуации Валер не потерял чувство юмора. Между тем, враги приближались. Вот-вот они бросятся в атаку…

— Сзади! — вдруг раздался громкий возглас кого-то из «барсов» Северянин обернулся. Теперь стало понятно, чего ждали тлацитланцы. Их товарищи, приставив лестницы к другой стене, быстро перебирались через невысокое препятствие. Шемит заметил их вовремя. Еще чуть-чуть, и путешественники попали бы в кольцо.

— Хасан! Убери их отсюда! — приказал варвар.

Прикрывая лучников, воины опустили щиты. Осознав, что их хитрый замысел раскрыт, шари двинулись в тыл. Даже в темноте защитники стреляли неплохо: почти каждый выстрел достигал цели. Стоило тлацитланцу появиться на стене, как стрела тотчас впивалась в его тело. Спрыгнуть вниз удалось лишь единицам, но здесь их поджидал клинок Исайба. Телохранитель Андурана бесстрастно и безжалостно убивал врагов одного за другим.

Атака с тыла захлебнулась, но зато по фронту тлацитланцы теснили путешественников. Силы таяли на глазах. Вот упали двое банту, рухнул шемит, получил копье в горло стигиец. Аджа вскрикнул и, закрывая рану на животе, спрятался за спиной Конана.

— Проклятье! — прошипел кушит. — Как же больно…

Кровь сочилась сквозь пальцы, но помочь ему было некому. Сражение входило в свою решающую стадию. Давление шари нарастало, они чувствовали близость победы. Если даже киммериец устал, то, что же говорить об остальных защитниках?! Воины уже с трудом поднимали тяжелые мечи. Щиты давно лежали под ногами атакующих. Давя своих раненых, тлацитланцы упорно двигались вперед.

Северянин поднял голову и не поверил своим глазам. Небо за спиной шари окрасилось в розовые тона. Утро! Где же этот проклятый Нгвалу?!

Со стороны улицы вдруг раздался громкий тревожный звук тамтама. Ряды шари дрогнули и отступили. На лицах врагов появился страх — тревожный ропот мгновенно разнесся по таверне. Высоко подняв руки, Гсара восторженно закричал. Вскоре полуразрушенное строение опустело. Отход тлацитланцев превратился в паническое бегство.

— Что случилось? — спросила Селена, изумленно озираясь по сторонам.

— Мятеж подавлен, — прохрипел Аджа, зажимая рану. — Лидебу убит. Его сторонники рассеяны. Скоро войско короля подойдет сюда.

— Жирная образина! Все-таки не солгал, — тихо пробурчал варвар.

Солнце медленно поднималось над горизонтом. Его лучи озарили страшную картину кровавого побоища. Куда бы ни падал взор, всюду лежали мертвые тела. Трупы висели на обрушенных стенах и даже в проемах окон. Кое-где раздавались стоны умирающих.

Конан оценивающе посмотрел на защитников «Сердца льва». Уцелели немногие. Чуть больше десятка шемитов, двое стигийцев, двое банту. Не теряя времени, Селена приступила к оказанию помощи, а в ней нуждались почти все. Волшебница не делала различий между ранеными. Очередь дошла и до стигийцев. У Хотепа была повреждена левая рука, а по лицу текла тонкая струйка крови. Клинок тлацитланца рассек ему кожу на лбу. Селена ловко и быстро наложила повязку.

Неожиданно змеепоклонник громко расхохотался.

— Ты, что с ума сошел? — удивленно вымолвил, варвар.

— Нет, — ответил сотник. — Я представил лицо Атхемона, если бы он увидел это зрелище. — Бедняга задохнулся бы от злобы и ненависти. Ученица Андурана останавливает мне кровь…

— Всякое в жизни случается, — пожал плечами Конан. — Среди пиратов встречается немало стигийцев. На моей «Тигрице» их было трое…

— Верно, — улыбнулся Хотеп. — Как ты думаешь, зачем мы здесь остались?

— Вот уж не знаю, — равнодушно отозвался киммериец.

— Чтобы убить тебя и ее, — повысил голос змеепоклонник. — Сиптах дал нам второй шанс. Он так и не простил мне провала морского похода к берегам Зингары. Но у него осталось слишком мало сторонников. Только поэтому я еще жив. Обычно колдун скармливает неудачников демонам.

— Тогда понятно, почему жрецы Луксура изгнали Атхемона из страны, — вставил Валер.

— «Изгнали»!.. — презрительно произнес стигиец. — Они вознамерились проучить зарвавшегося чародея, даже не представляя, с кем имеют дело. Сиптах убил почти всех, разрушил главный храм и сжег полгорода. Спасся только хитрец Сехемхет.

— И все-таки вы бежали из города, — заметил северянин.